Попаданка в академии драконов - Свадьбина Любовь - Страница 56

— Геринх ранен! — кричу я с рук Арендара, отказывающегося класть меня на постель, хотя мисс Клэренс этого требует:

— Как же я смогу ее осмотреть, если ваша магия мешает?

— Где Геринх? Почему ранен? — на миг перекрикивает всех Эзалон.

— У стены, там… — мой ответ тонет в басе ректора:

— Что вы устроили? Почему студентка была вне академии?

— На нее напало порождение Бездны! — рычит Арендар.

И все на миг затихают. Тишина взрывается сбивчивыми вопросами:

— Что?

— Как?

— Где?

— Почему?

— Положите Валерию на кровать! — мисс Клэренс топает ногой.

— Не отдам! — рыкает Арендар. — Ваш Фабиус — носитель порождения Бездны!

— Не может быть, — гремит Дегон.

— Какие доказательства? — бледнеет Эзалон.

— Геринх! Ранен! — Заливаясь слезами, я машу свободной от мехового комочка рукой. — Помогите ему! Он у стены. — Поймав растерянный взгляд Эзалона, я кричу: — Спасите его!

Тот с хлопком исчезает.

— Положите Валерию на кровать! — побагровевшая от гнева мисс Клэренс указывает на постель. — Вы хотите, чтобы я ей помогла или…

— Объясняй! — прерывает ее рык Дегона.

Тело Арендара каменеет от напряжения, он гневно смотрит на ректора, но, поборов гнев, отвечает:

— В лесу порождение Бездны поставило печать поглощения, напало на Леру. Я его остановил, сейчас им занимается мой брат Элоранарр.

Дегон гневно оскаливается.

— Валерия, — мисс Клэренс потряхивает. — Скажи уже этому упертому дракону, чтобы он дал тебя осмотреть!

Вскинув брови, Арендар поворачивает к ней голову. Мисс Клэренс резко бледнеет.

С хлопком посредине комнаты возникает Эзалон с бесчувственным Геринхом на руках.

— Степар! Раненый! — мисс Клэренс бросается к Геринху.

Постукивая шестью ногами, подбегает Степар, забирает Геринха с рук перепачканного кровью Эзалона и укладывает на одну из коек. Несколько томительно долгих мгновений мы смотрим, как мисс Клэренс машет над раненым то цветными кристаллами, то жезлом-усилителем.

— На него тоже напало порождение Бездны? — мрачно спрашивает вдруг успокоившийся Дегон.

Кажется, вид крови привел его в чувство.

— Нет, — слабо отзываюсь я с рук Арендара. — Сначала на меня напали не порождения Бездны, с Фабиусом мы уже потом…

Эзалон закатывает глаза. Кажется, он очень жалеет, что их маяк меня сюда заманил.

— Кто на тебя напал? — таким ледяным тоном спрашивает Арендар, на пальцах которого снова отрастают когти, что я жалею о сказанном.

Но, делать нечего, я обнимаю трясущийся в моих руках меховой комочек и начинаю рассказывать о коробке конфет с запиской.

— Я ничего такого не присылал, — вставляет Арендар, и пол вокруг него слегка обугливается.

Рассказываю о появлении трех нападающих в плащах и помощи Геринха. Как надеялась спрятаться за дверью в стене и выбежала наружу.

— Я же просил не ходить в лес, — бормочет Эзалон.

— Почему? — холодно уточняет Арендар.

Ректор и Эзалон тревожно переглядываются, последний вздыхает и опускает голову:

— Мы заметили следы подозрительной магической активности в лесу. Также поступили жалобы на исчезновение животных. Учитывая уникальную способность Валерии притягивать… — Эзалон странно смотрит на когтистые руки Арендара, — неприятности, я счел благоразумным предупредить ее, а потом и вовсе заблокировал возможность посетить лес, но вмешательство… императорской родовой магии разрушило эту защиту.

— О вашей интересной защите мы поговорим отдельно, — шипит Арендар. — Особенно о ее целях. Вы сообщили о ваших проблемах в министерство безопасности?

— Мы сообщили главному императорскому магу, — Эзалон сцепляет пальцы. — Он сказал обращаться, когда появятся какие-либо существенные факты.

— Теперь их более чем достаточно, — Арендар поворачивается к колдующей над Геринхом мисс Клэренс. — Он живучий, как все оборотни, немедленно помогите Валерии.

— Я в порядке, лучше Геринха лечите.

— Займусь ею, как только вы положите ее на кровать, — не глядя на нас, нервно отзывается мисс Клэренс.

Арендар тихо рычит. Мисс Клэренс передергивает плечами, но продолжает заниматься Геринхом. А мне хочется треснуть Арендара по голове: ну как можно быть таким упертым? Геринх мне жизнь спас, а этот драконище его лечить мешает!

С надеждой заглядываю через плечо Арендара на ректора и Эзалона. Ректор морщится. Эзалон тихо произносит:

— Запрос именем императора на допуск в академию…

— Знаю, — глухо отзывается ректор.

Арендар оборачивается к ним:

— Я настоятельно рекомендую не противодействовать официальным представителям императорской семьи. Среди ваших служащих оказалось порождение Бездны, любая попытка мешать расследованию будет рассматриваться как измена со всеми вытекающими последствиями. И да, я поднимаю вопрос о лишении академии драконов статуса независимой территории.

В глазах ректора вспыхивает пламя.

— Чешуей бронированной сначала обрасти.

Оба дракона оскаливаются, а бледный-бледный Эзалон вскидывает руки, снова на его пальцах загорается свет.

— Спокойно, — просит Эзалон. — Давайте поговорим спокойно.

Но в комнате становится ощутимо жарче.

— Мне не нужно обрастать бронированной чешуей, чтобы лишить тебя власти над академией, — рычит Арендар.

— Не зарывайся, — ректор кривит губы. — Если на ритуале родовая магия не найдет тебе избранную, ты лишишься титула наследника, как и два твоих старших брата. И тогда мы поговорим по-другому, принц. Ненаследника мне можно будет даже пожевать немного.

— Не дели шкуру неубитого зверя, — Арендар распахивает крылья. — Я не прощаю угроз.

— Ну надо же, — язвительно отзывается Дегон. — Я тоже!

— Выйдите вон! — рявкает раскрасневшаяся от гнева мисс Клэренс. — Это палата для больных, а не арена для выяснения отношений. Положите Валерию на кровать, и вон!

— Да-да, пойдемте, — Эзалон первым направляется к двери.

— Положи меня уже, — прошу я. Все эти пререкания отвлекают мисс Клэренс, так до моего осмотра она никогда не доберется, а у меня ссадины горят.

Арендар так смотрит на меня, будто я прошу что-то невозможное.

Он и ректор резко поворачивают головы в сторону двери.

Через несколько мгновений она распахивается. Призванный Арендаром рыжий, волосы которого в нормальном свете не настолько вопиюще яркие, какими казались в сиянии огня, окидывает палату цепким взглядом и останавливает его на мне. Вскидывает бровь.

— Забавно. — Он поднимает взгляд на лицо Арендара: — Братишка, с каких это пор ты заделался носильщиком?

Воздух теплеет еще на несколько градусов.

— Я не носильщик, — крепче прижимая меня к себе, огрызается Арендар. — Что там с порождением? Есть следы других тварей?

Рыжий скептически косится на ректора и Эзалона. Последний сразу предупреждает:

— Я добровольно пройду проверку на чистоту от порождений.

— Да всю академию надо проверять, — отмахивается рыжий. — Развели тут непонятно что.

Дегон отзывается утробным рыком. Рыжий покачивает указательным пальцем:

— А вот на меня рычать не надо. Это наш глубокоуважаемый наследник хоть и наследник, но с юридической точки зрения в министерстве безопасности в целом и в моем отделе в частности всего лишь временная заноза в за… Ой, простите, — он нарочито невинно хлопает ресницами, — случайно вырвалось. Так вот, в отличие от нашего глубокоуважаемого наследника, я обладаю очень высокими юридическими полномочиями и могу…

— Язык до сих пор как помело, — роняет Дегон.

У рыжего гневно темнеют глаза, но на губах появляется улыбка.

— А как твой язык? Достаточно гибок, чтобы объяснить, что среди служащих академии делало порождение Бездны?

— Что делало? — Дегон задумывается на мгновение. — Полагаю, скрывалось и питалось. Раса болотных гоблинов любит резкие, отталкивающие нас запахи, у Фабиуса всегда воняло. А должность завхоза позволяла ему без малейших подозрений отлавливать и поедать магических паразитов, в изобилии водящихся в лесу и постоянно норовящих попасть в академию.