Попаданка в академии драконов - Свадьбина Любовь - Страница 44

Но Эзалон уже не слышит, подходит к краю и снова хватается за голову:

— Мне ведь организовывать ремонт.

— Вы же маги, поколдуете, и все станет хорошо, разве нет?

— Станет. Только за это нам выставят счет.

— Профессор Эзалон, — раздается внизу голос коменданта Анисии. — Профессор Эзалон, все эвакуированы, какие будут распоряжения?

А я, значит, не все?

Хлоп! И Эзалон исчезает. А я наконец заглядываю в список дел.

Да он издевается? Нет, я, конечно, буду только за, если этот список будет меня от Сарана утаскивать, но Арендар… И при чем тут лес?

Ладно, буду решать проблемы по мере их поступления. Собрать вещи, чтобы ремонтники их не повредили, весьма разумно, да и мебель новая нужна.

Ох, еще и Ника! Куда подручный Сарана ее вывел? Явно не в коридор. Не бросили ли ее где-нибудь одну без документов, денег и босую?

По коридору звенят торопливые шаги. Красная как рак, Ника влетает в комнату, повисает на дверном косяке.

— Ш-ш-што слу?.. — она склоняется, хватает ртом воздух.

— Ника. — Подскочив к ней, не знаю, что делать, как помочь.

Она вцепляется мне в плечи, заглядывает в глаза:

— Лера, что случилось? Почему… почему принцы подрались?

— Саран обвинил меня в причастности к «Культу Бездны», Арендар не согласился.

— Нет-нет-нет. — Отступив, Ника прижимается к стене и сползает вниз.

— Да что такое? — Присаживаюсь рядом. — Немного подерутся и успокоятся…

— Ты не понимаешь. — Ника дрожащими руками проводит по волосам. — Принц Саран, наш принц, напал на наследного принца империи. Это же… это… Наш Озаран могут выкинуть из Срединного альянса, и это сейчас, когда «Культ Бездны» нападает практически открыто. Или наложить торговые санкции. Или потребовать откуп. Но самое страшное — если выкинут из альянса. Тогда нам просто конец!

— Неужели все так серьезно?

По щекам Ники скатываются слезы, блестят оставленные ими дорожки, глаза наполняются новыми слезами.

— Лера, у вас в мире ведь разные государства?

— Да.

— Неужели у вас допустимо, чтобы семьи правителей нападали друг на друга в мирное время?

— Нет… Правда, у нас много избираемых правителей, и если сын одного побьет другого, особой беды не будет.

— А у нас может быть. — Ника всплескивает руками и закрывает лицо, бормочет в ладони: — Так, позитивно мыслить, позитивно мыслить: они помирятся, они договорятся. Приманивать мир, приманивать дружбу принцев.

— Уверена, они помирятся. У них же общая цель — защитить всех от «Культа Бездны».

— Да-да-да, — кивает Ника и утирает слезы. — Все так и будет. А теперь… — Она рассеянно оглядывает комнату.

— Соберем уцелевшие вещи? — осторожно предлагаю я.

— Точно!.. Лера, — Ника умоляюще заглядывает мне в лицо, — попросишь принца Арендара заступиться за принца Сарана перед императором и императрицей?

— Конечно! — Сжимаю плечи Ники. — Обязательно попрошу.

Надеюсь, Арендар не поймет мою просьбу превратно.

— Левее!

— Правее!

— На тридцать градусов выше!

— Пентаграмму Серна на эту трещину, живее!

Явившиеся из города представители гильдии строителей-стихийников — солидные мужчины и женщины в темных мантиях с серебряными позументами — шумят не меньше отбойных молотков нашего мира. Только процесс красивее и быстрее.

Сверяясь с планами и советуясь с Эзалоном, маги прямо в воздухе чертят сверкающие полупрозрачные печати, делают пассы, ругаются, а земля выравнивается, камни перетекают, словно ртуть, и укладываются в дорожку аллеи, заново отстраивают стену и промятое чьим-то хвостом крыльцо. Остатки лавочек, размягчившись, перетекают на свои места и принимают старую форму.

Трое эльфов в зеленых с золотом мантиях заново и быстро выращивают деревья.

Наблюдающие за колдовством студенты то и дело комментируют работу, спорят, какие именно и в какой редакции заклинания и печати используются. Некоторые просто стоят в сторонке, а многие устроили пикники и созерцают чужую работу, пожевывая бутерброды и запивая морсом. А у кое-кого, судя по розовым щекам и смешкам, в бутылях алкоголь.

Мы с Никой скромно перекусываем печеньем и запиваем соком. Она то и дело поглядывает на затягивающееся окно нашей комнаты. Мне-то что, все мои счастливо уцелевшие вещи поместились в корзину, а вот Никины пострадали больше, и сложить их пришлось просто в кучу, она теперь переживает, как бы их не попортило шальным откатом заклинания.

Атмосфера в целом веселая, но проскальзывает обеспокоенность, и все нет-нет да поглядывают на небо. Я не исключение. И чем дальше, тем тревожнее становится на сердце.

Вряд ли Дегон осмелится сильно навредить Арендару, но из-за драки у принцев наверняка проблемы. А может, Арендара уже отчитывает семья, и скоро кто-нибудь из императорских дознавателей явится выспрашивать, с какой это радости сам наследник империи обратил внимание на пришелицу из непризнанного мира. Будто я знаю почему: я же не разбираюсь в драконах.

— Как думаешь, они помирились? — Ника искоса смотрит на меня и сминает печенье, крошки уносятся ударной волной от внезапно всколыхнувшейся дорожки аллеи.

Несколько девушек взвизгивают — от неожиданности они пролили сок на форму. Ругаются.

Я не знаю, что ответить Нике. Пожимаю плечами. Но желание утешить подругу пересиливает, и я как можно бодрее замечаю:

— У них нет причин ссориться всерьез. Сама подумай: обвинение явно бредовое, и то, что я никак Арендара не очаровывала, можно доказать. Разберутся. И вообще, может, ректор дело замнет, ведь академия во многом независима от империи.

— Пожалуй… — тянет Ника.

«Ох, Лера, Лера, — качаю головой. — Всего неделю здесь, а уже можешь стать причиной международного конфликта. Скромнее надо быть, скромнее».

— На счет три! — командует рыжеволосая строительница-стихийница и вскидывает широкие ладони. — Раз. Два. Три!

С пяти пар рук стихийников срывается разноцветный свет, и аллею накрывает белая сияющая пентаграмма и медленно погружается в грунт.

— Групповая печать закрепления, — восхищенно произносит кто-то слева.

— Четко сработано, — поддерживает голос справа.

— Мастера, — соглашается парень у нас за спиной.

Здорово быть волшебником: у нас даже представить нельзя, что за работой в общем-то строителей и немного ландшафтных дизайнеров будут следить с таким восхищением. Магия!

— А как думаешь, почему они все же… так громко поспорили? — робкий вопрос, обращенный даже не ко мне (я еще не свернула на лестницу, по которой поднимаются неведомые собеседницы), заставляет нервно поежиться.

— Ну они же драконы, они… любят подискутировать с применением тяжелых аргументов, — отзывается нежный голосок.

На самом деле это первое упоминание ссоры Арендара и Сарана с памятного крика коменданта Анисии: «Это не учебная тревога, это драконы!» Даже стало казаться, что сражение мне померещилось, а разрушения — так, несчастный случай. Но нет, все говорят об этом.

Две светленькие девчушки вылетают на меня с лестницы, охают, извиняются и, семеня по коридору, шепчутся:

— Надеюсь, она не слышала.

— Но мы же ничего такого не говорили…

Так и хочется обернуться, но я сдерживаюсь: пока Ника вновь проверяет свои вещи, мне надо написать заявление на смену мебели.

Вход в кабинет коменданта Анисии расположен прямо в холле. За дверью что-то шуршит, и на первый же стук следует напряженный ответ:

— Войдите!

Причина напряжения сразу понятна: комендант Анисия стоит на собственном столе и, придерживая наполовину стянутую со шкафа коробку, что-то в ней ищет. Глянув на меня сверху, комендант кивает на стул: