Попаданка в академии драконов - Свадьбина Любовь - Страница 42

Вздыхаю. Пододвинув мне вазочку с печеньем, Ника сочувственно уточняет:

— Что, гонял вас сегодня?

— Да не в этом дело.

— А в чем?

— Он меня с занятия выгнал.

— За что? — От удивления Ника хватается за печенье и надкусывает его, смотрит круглыми, требующими ответа глазами.

— Ну, я ничего плохого точно не делала.

— Неужели тебя опять подставили? — Ника взмахивает чашкой. — Умеешь ты вляпываться в неприятности.

— Да нет… — Загнала я себя практически в угол: не объяснить всего, если не сознаться. Оттянув рукав, проявляю метку. Из руки Ники выпадает чашка, окатывает нас брызгами. — Кажется, Саран ее увидел, Арендар его утащил телепортом, а Саториус после этого выставил меня вон.

Если до этого глаза Ники просто округлились, то теперь они еще и слегка вылезли из орбит.

— Мм, — тянет Ника. — Мм… Ох…

Не сводя шального взгляда с метки Арендара, она с хрустом съедает печенье, еще одно. Чай тихо капает на пол. Ника автоматически взмахивает рукой, иссушая пролитую жидкость, и поднимает чашку.

— Лера, ну ты даешь! — Ника судорожно вздыхает. — Нет, честно, ты просто уникум: всего неделю здесь, а уже…

— Я же не специально… — Щеки заливает румянцем. — Он сам… пометил.

— Да нет, я ничего. — Помахав новым печеньем, Ника надкусывает его. — Просто… Но теперь понятно, почему магистр Саториус отправил тебя подальше: драконы, особенно молодые, крайне вспыльчивы, не всегда контролируют силы…

Ага, помню, как разлетелись в щепки подлокотники кресла.

— Если бы принцы подрались, от корпуса щитовиков могло ничего не остаться. Так что магистр просто хотел защитить остальных на случай, если бы принцы вернулись.

— А меня защищать не надо?

— Тебя принц Арендар защитит, — пожимает плечами Ника.

— В это объяснение не укладывается только одно: магистр Саториус зачем-то отправил Ингара провожать меня. Ингара, представляешь! И зачем именно его?

— Магистр Саториус, скорее всего, не знает о вашем конфликте: обычно имена свидетелей правонарушений известны только администрации, то, что мистер Фабиус тебе проболтался, — нарушение протокола. Почему Ингар… — Ника покачивает надкушенным печеньем. — Наверное, потому, что совсем без присмотра тебя отправить магистр постыдился, а Ингар из вашей группы самый безродный, самое то для мальчика на побегушках.

— Как это безродный? Гаддак что-то вещал о его знаменитом деде.

— То дед, а сам Ингар — полукровка, его положение ниже всех остальных в группе. Кроме твоего. До того, как у тебя появилось это. — Ника указывает на мое запястье.

Легкое прикосновение к метке, мысленный посыл — и кожа на моем запястье снова чиста.

— Не хочешь дразнить гусынь до выбора избранниц? — Взгляд Ники перемещается на мое плечо, брови приподнимаются. — Лера, у тебя…

Я и сама чувствую, что меня что-то теребит там. Цепенея от страха, медленно скашиваю взгляд: прядь волос подергивается, перекручивается и завязывается бантиком.

— Опять! — Прихлопнув прядь ладонью, склоняю голову. — Ника, это ужасно. Они снова шевелятся. Я криворукая или в инструкции ошибка? Я же все делала точно, как там написано!

Повинуясь взмаху моей руки, она переводит взгляд на разложенные на секретере брошюру и книги. С цветка в корзине срывается лепесток и падает рядом с позаимствованным зеркалом Ники.

— Помочь? — сочувственно предлагает Ника.

Одно ее прикосновение успокаивает бьющуюся в конвульсиях прядь. Подойдя к секретеру, Ника пролистывает брошюру.

— Нормальная инструкция, просто практики не хватает. — Ника приподнимает книгу с разрисованной рукой. — Смотрю, ты и магкаллиграфией заинтересовалась?

— Да была идея, но, наверное, мне не стоит…

— Ой, брось, у всех случались казусы с волосами. Я случайно выкрасила в зеленый и синий, а моя кузина укоротила волосы до корней. Бывало, что прически разваливались в ответственный момент. У дяди волосы встали дыбом, когда он просил руки и сердца своей возлюбленной. Так что дергающаяся прядь — не повод отчаиваться. Что за идея?

— Думала сделать что-нибудь подобное на руках. — Стянув носок, перебираю пальцами, и стразы на ногтях весело посверкивают.

— О, как красиво… Никогда не видела ничего подобного.

— У вас так не делают?

Ника мотает головой.

Оглушительно хлопает портал перехода. Принц Саран и двое гигантов в броне заполняют все пространство комнатки.

— Увести! — Саран кивает на приоткрывшую рот Нику.

Огромный рыцарь, щелкнув доспехами, подхватывает под локоть и тянет ее вверх. Стул Ники опрокидывается.

— Что вы делаете? — подскакиваю я. — Что?

Ника ошарашенно смотрит то на принца, то на меня. Хлоп! Она исчезает вместе с рыцарем. Второго Саран кивком отправляет за дверь.

Громыхнув доспехами, страж скрывается в коридоре. В комнате теперь намного свободнее, но ощущение тесноты остается. Тесноты, паники и холода, источаемого принцем Сараном.

— Где Ника? — Голос почти не дрожит. — Что ты с ней сделал?

Паника накатывает на меня: Ника ко мне так добра, а теперь может пострадать…

— Ты, человечка, — Саран смотрит сверху вниз, презрительно кривит губы. На пальцах его руки вырастают ледяные когти. — Если хочешь жить, признавайся, какое задание получила от «Культа Бездны», кто твой связной. И чем ты затуманила разум Арендара?

— Ты… бредишь? Какой «Культ»? Я здесь всего неделю…

— Вот именно. — Он молниеносно оказывается рядом, и ледяные когти сжимают мое горло. — Слишком много достижений за неделю для безродной шавки из непризнанного мира.

— Я не шавка! — Еле сдерживаюсь, чтобы не дергаться в ледяных тисках. — Хоть ты десять раз принц, это не дает…

— Ты! — В глазах Сарана закручиваются бело-голубые вихри. — Даже не надейся, что «Культ» тебя защитит. Что бы они ни предложили за помощь…

— Я не связана с «Культом».

— Что они предложили? Возвращение домой? Деньги?

— Послушай…

— Это ты меня послушай, — почти шипит Саран, и холод вокруг нас сгущается, потрескивает в чашке нарастающий лед. — Тебя сдали.

— Кто? — возмущенно выдыхаю я. — Если это Ингар, Фабиус…

— Ты можешь выслушать, не перебивая?

Звенящая тишина. И только потрескивает лед. Краем глаза вижу, как расцветают на стекле морозные узоры.

— Нет. — Пар срывается с моих губ.

Саран дышит часто, но его дыхание не выпускает белых облачков, а в белых волосах сверкает иней. Даже красиво, если бы не лезвия льда на шее. Кстати, не слишком-то и холодные.

— А ты сделай усилие, — требует Саран, — послушай. Отпираться бессмысленно: мы захватили фанатика «Культа», и он поведал нам, что при схождении в академию заслали шпиона.

— При каком схождении?

Прикрыв глаза, Саран шумно вздыхает. Когда он поднимает веки, в его глазах уже нет зрачков, одно сплошное сияние.

— Схождение миров, человечка, то самое схождение, из-за которого в наш мир попадают из непризнанных миров, и ты появилась в академии, встретилась с Арендаром и что-то с ним сделала. Что было в твоей слюне?

— Слюна. — Пар из моего рта окутывает лицо Сарана, он мотает головой.

— Хватит юлить. У тебя нет причин подыхать за «Культ Бездны».

— Потому что я с ними не связана!

— Ложь! Ложь и еще раз ложь! — Ледяные когти сильнее сдавливают шею. — Что они тебе обещали? Чем купили? Какими зельями и заклятиями снабдили? Твоя цель — Арендар? Или вся императорская семья Эр грая?

С каждым словом ледышки сильнее стискиваются на шее, дыхание перехватывает, легкие жжет.

— Говори, если хочешь жить, — рычит Саран и тянет меня вверх, удушая сильнее. — Говори, иначе…

Хруст льда и давление на шее красноречивей всяких слов. Я судорожно дергаюсь, размахиваю руками. Только одна мысль: защититься, спастись. Пытаюсь схватиться за метку Арендара и вдруг осознаю, что мою руку окутывает лед. Свободная рука дергается, натыкается на холодный металл. Пальцы сжимаются на ручке чайника. Резко вскидываю его и ударяю Сарана по лицу. Уже в движении понимаю: инерция сильнее из-за льда внутри, удар будет мощным, но остановиться не могу.