Вынужденная помощница для тирана (СИ) - Свободина Виктория - Страница 60

Это я легко готова уйти? Да у меня сердце на клочки разрывается только при одной мысли о том, как расстроится Матвей, а уж как я потом буду рыдать. Но и остаться не могу. Нельзя идти на поводу у шефа. Я и так уже загнана в ловушку и все больше в нее погружаюсь. Василиск ничего не говорит о своих чувствах, возможно, у него их не было изначально, все, что Тиран делал – было ради сына, а я была лишь средством достижения желаемого результата.

– Отпустите, – не менее ледяным, чем у самого Василиска, тоном произношу я. Сейчас надо быть сильной, слезы потом, иначе надавит и прогнет.

– Не задерживаю, – сухо ответил босс, убрав руки с моей талии.

Встала и, держа спину прямо и не оборачиваясь, быстро вышла из кабинета. Само собой, работы никакой, все валится из дрожащих рук, настроения нет никакого. Рабочий телефон преимущественно молчит, но стоит раздаться звонку, и я смотрю на аппарат словно на ядовитую змею, поскольку ожидаю, что это либо клиент с отказом позвонит, либо Крамер, чтобы поглумиться. Когда перед обедом позвонил Матвей, у меня окончательно сдали нервы. С трудом заставила себя выйти в коридор и говорить непринужденно и просто, а в ответ получать родную тишину.

На обед не пошла, осталась в кабинете. Аппетит пропал вместе с настроением. Сергей ушел вместе со всеми, но вернулся всего через пару минут, запер кабинет на внутренний замок, подошел к моему столу, взял ближайший к нему стул и подсел прямо ко мне.

– Ну, что случилось? – мужчина неожиданно меня обнял, притянув к себе. Тщательно сдерживаемые до этого слезы полились рекой.

– Ничего.

– Ну да, а я балерина.

Хочу отодвинуться от Сергея, но тот держит крепко, а теперь еще и по волосам утешительно поглаживает.

– Ну, что? Тиран? Обидел? Кинул? Изменил?

Кхм-кхм. Даже слезы высохли.

– А с чего ты решил, что дело в начальнике, и, вообще, что…

– Маш, вот только не надо. То, что у вас роман, теперь уже ни для кого не секрет. Заметили, что вы приехали сегодня вместе. Ну и раньше были предпосылки. Василиск ни с того ни с сего, вплоть до увольнения, запретил любые шашни на работе с коллегами. Правда, уточнил, что хотя бы до конца квартала, пока не закончится отчетный период. Приказ поступил именно тогда, когда я, Антон и Олег как раз активизировались в ухаживаниях за тобой. Так что, думаю, не в работе было дело. Так что? Если скажешь, что вы расстались, сегодня же пойдем отмечать данное событие.

– Мы не встречались.

Сергей недоверчиво на меня смотрит.

Ноал рагосстноаголимась тнооалчнлаоал. И оалтномойечаготноь я нлаимачегоал нлае соалбимарагоюсь.

– Ладно, а что с Крамером этим? Ты так и не рассказала нормально.

– Он немного того, по-моему. Открыл на меня сезон охоты. Сегодня вот клиентов всех от нас отвадил. Презентация прошла зря. Еще и старые заказчики стали звонить отказываться от товара.

– Ого! Вот он му.. мужик неразумный, – видимо, Сергей вовремя вспомнил, что для ругательств компания не подходящая.

– Угу. Еще и преследует.

– А Тиран наш, значит, охраняет и оберегает тебя теперь от Давида?

– Можно и так сказать.

– Если вы расстались, то теперь, наверное, не будет?

– Наверное.

– Хочешь, переезжай тогда ко мне. Буду за тобой присматривать. Без пошлостей. Исключительно в качестве взаимовыручки.

Угу, как же.

– Сереж, спасибо, мне еще нужно подумать, что делать и как быть.

– Хорошо. Если что, я сегодня на машине, довезу, куда скажешь.

Больше ни о чем серьезном с Сергеем не говорили. Попили чаю. Стало немного спокойнее. Ну и приятно, что коллега больше не смотрит на меня волком, и мы вновь нормально общаемся.

За оставшийся рабочий день так и не смогла заставить себя написать заявление об увольнении с должности няни. Да и успокоилась я как-то. Трезвым умом понимаю, что как бы я ни хорохорилась, Матвея просто физически уже не могу бросить. Во всяком случае, пока он такой маленький, трогательный, молчаливый и так нуждается в любви, тепле и поддержке. Но выдавать свою слабость Василиску так не хочется. По сути, я уже проиграла, ведь понимаю, что уйти не смогу. Вот уже и рабочий день заканчивается, Тривэ вызывает меня к себе. Чувствую, опять меня ждет тяжелый разговор.

Я в кабинете шефа. Василиск сканирует меня бесстрастным взглядом, я же смотрю на мужчину настороженно.

– Ну что? – босс ни на секунду не отрывает от меня взгляда. Готовлюсь ко всему. – Домой?

– Угу, – мрачно кивнула в ответ я. Вот как он так быстро понял, что я передумала?

– Хорошо, – Василиск встает, показывая, что разговор наш, в общем-то, закончен, но я не рассчитывала, что все будет так быстро. – Я уже заметил, что вы, Мария, отходчивая.

– Больше никаких совместных ночевок, – жестко и уверенно заявила я. – Если будете приставать, я тут же ухожу.

– Я вас понял, Мария.

Вместе с начальником спускаюсь в лифте вниз, только выхожу не на подземном этаже, а на первом. Босса не предупреждаю, считаю, что незачем. Пускай уже для коллег не секрет, с кем я провожу вечера, но ехать в одной машине с шефом просто не хочу, ну и мне просто необходимо проветриться и погулять. Втайне очень довольна собой, что вот так, ни слова не говоря, кинула шефа, при этом ничего не нарушив. Мелочь, а приятно.

Правда, мне как всегда не повезло. Бунтарский поступок себя не оправдал, поскольку на улице ледяной ливень и пронизывающий холодный и очень сильный ветер. Если побегу через парк, промокну до нитки и замерзну. Только заболеть для полного счастья не хватало. Не могла, блин, догадаться перед уходом в окно посмотреть, вся в своих мыслях была и даже с коллективом и резиновой Зиной не попрощалась.

В общем, стою, переминаясь с ноги на ногу от холода, под широким козырьком родного здания, жду момент, когда дождь немного утихнет. Я не одна такая без зонтика, вокруг меня толпятся грустные коллеги. Всем скорее хочется убраться подальше от работы, в тепло. И даже несмотря на то, что можно вернуться в холл, который и без того переполнен пережидающими непогоду сотрудниками, никто не торопится. В стороне приметила двух мрачных охранников, что приставлены меня караулить возле работы. Бедолаги, теперь из-за меня тоже тут прохлаждаются.

И тут я заметила на дороге знакомый автомобиль. Машина остановилась на обочине прямо напротив здания. Красивое дорогое авто сразу привлекло внимание многих сотрудников. Гипнотизирую взглядом машину. Ни за что не сяду. Проходит где-то минута, и из автомобиля выходит мой шеф. Сразу раскрыв черный зонт-трость, мужчина уверенным широким шагом направился в сторону подъезда здания нашей работы.

Ну, все, вот и мой новый проигрыш. Тиран добился своего вновь. Не бежать же от начальника с криками ужаса обратно в здание. Под любопытными взглядами скучающих коллег шеф подошел ко мне. С непроницаемым выражением лица Василиск интересуется:

– Ну, что, вы идете, Мария Ивановна? Дома ужин стынет, Матвей ждет.

– Иду, – бурчу я в ответ.

ухвалотдуилов млаенпоя покад локакокатдуокак, вывокадилотду илоз тдуокалпы, окатдукрывалоетду дверь переднпоегока палоссаложилорскокагока силоденпоилоя, ило я чилонпонпоока саложусь в тдуеплокае нпоутдурока докарокагокагока аловтдуока. Взглянпоулало в окакнпоока. Мнпоокагилое кокаллегило у покадъездало залостдуылило с окатдувилосшиломлаило челюстдуямлаило ило выпученпонпоымлаило глалозаломлаило. Тилоралонпоало-Валосилолилоскало в этдуокай кокамлапалонпоилоило знпоалоютду мланпоокагилое. Покацелуй утдурокамла, тдуеперь еще ило этдуока. Налорокад в шокаке. Заловтдурало, нпоаловернпоокае, кока мланпое будетду палолокамланпоилочестдувока всех глаловнпоых сплетдунпоилококав.

Смотрю преимущественно в окно, в противоположную от водителя сторону, но почему-то все равно буквально чувствую, как Тиран доволен и самоуверен. Победил, да, но какие сплетни о нас будут ходить, страшно представить. Вот зачем так надо было делать, а?

Время до окончания отчетного периода на работе пролетело незаметно. Запомнилось все как-то эпизодами. Я все больше лентяйничаю, поскольку заказчики все еще в блокаде Крамера, и Василиск-таки скупил довольно солидную партию товара. Не весь склад, конечно, но достаточно, чтобы достойно преподнести заслуги отдела и получить премии за хорошие продажи.