Русская артиллерия
(От Московской Руси до наших дней) - Ионин Сергей Николаевич - Страница 81

Особое внимание уделялось артиллерийской контрподготовке, в ходе которой предусматривалась концентрация артиллерийского огня по наиболее важным объектам противника. Планировалась частная артиллерийская контрподготовка, проводимая ограниченными артиллерийскими средствами против вспомогательного удара врага, и общая, которая осуществлялась по приказу командующего армией или фронтом. Объектами общей артиллерийской контрподготовки являлись все известные нам огневые позиции артиллерийских и минометных батарей противника, наблюдательные пункты, штабы и узлы связи, скопления войск, склады боеприпасов и горючего. Для проведения артиллерийской контрподготовки привлекались 82 и 120-мм минометы, дивизионная артиллерия и вся артиллерия усиления, в том числе и реактивные системы залпового огня (гвардейские минометные части).

К началу июля 1943 г. на Курском выступе была сосредоточена большая масса зенитной артиллерии: 9 зенитных артиллерийских дивизий Резерва Верховного Главнокомандования, 29 зенитных артиллерийских полков, 13 отдельных дивизионов и 5 батарей, 22 зенитные пулеметные роты, 10 зенитных бронепоездов. Зенитная артиллерия применялась массированно и группировалась на важнейших направлениях для прикрытия главных группировок наших войск, командных пунктов, основных погрузочных и выгрузочных станций железных дорог, фронтовых и армейских складов. При организации ПВО были разработаны и утверждены специальные планы маневра зенитной артиллерией в зависимости от обстановки. Две трети всей зенитной артиллерии предназначались для прикрытия боевых порядков войск.

Учитывая боевой опыт успешной борьбы зенитной артиллерии с вражескими танками под Сталинградом, серьезное внимание было уделено использованию зенитной артиллерии и в интересах противотанковой обороны. Командиры батарей получили специальные планы противотанковой обороны, согласованные с общим планом противотанковой обороны участка, на котором они действовали. Все зенитные батареи были обеспечены бронебойными снарядами. Огневые позиции зенитной артиллерии выбирались с учетом возможности стрельбы прямой наводкой по прорвавшимся танкам с круговым обстрелом на дистанции 800—1000 метров.

Маршал Советского Союза Г.К. Жуков, находившийся в то время на Курской дуге, вспоминал:

«Следует сказать, что штабы артиллерии и все командующие артиллерией фронтов, армий и соединений хорошо и умно поработали над организацией артиллерийской обороны и контрподготовки».

Благодаря тщательно продуманным и целеустремленным мероприятиям к 1 июля 1943 г. была создана глубоко эшелонированная противотанковая оборона. Мы имели хорошо обученный личный состав войск, замечательное оружие, обеспеченный тыл, сильные общие и противотанковые резервы. Советские войска были в полной готовности встретить любой удар.

Близость грандиозного сражения чувствовалась и по действиям противника. С 21 июня немцы начали выдвигать к переднему краю новые пехотные и танковые части. Наконец советское командование узнало точную дату и час начала наступления — 2 часа 30 минут 5 июля 1943 г. Это еще раз подтвердило имевшиеся в нашем распоряжении данные. Стало также известно, что в частях немецко-фашистских войск, стоявших против наших фронтов, солдатам выдан сухой паек, водка и боеприпасы.

Теперь уже не оставалось сомнений, что именно в этот час и в этот день на курских, орловских и белгородских полях разразится гигантская битва.

По установившейся традиции ведения боя сражение начинается артиллерийской канонадой наступающей стороны. А так как такой наступающей стороной в данном случае являлись немецко-фашистские войска, то казалось естественным, что в 2 часа 30 минут 5 июля массированный огонь немецкой артиллерии возвестит о начале наступления. Но этому не суждено было случиться. Артиллерийская канонада началась не в 2 часа 30 минут, а на 10 минут раньше. И началась она не с немецкой стороны, а с нашей.

Тридцатиминутный контрудар советской артиллерии был неожиданным для врага и нанес ему тяжелые потери. Противнику понадобилось целых 2 часа, чтобы восстановить нарушенное управление войсками и начать артиллерийскую подготовку, которая велась неорганизованно, разрозненно и ослабленными силами.

Значение артиллерийского контрудара по противнику было огромное: было подавлено много артиллерийских и минометных батарей, взорвано складов боеприпасов и горючего, частично нарушен боевой порядок пехоты и предбоевой порядок танков. Уже на рассвете 5 июля, как потом рассказывали местные жители, в тыл противника прошло большое количество машин и повозок с убитыми и ранеными немцами.

Только в 5 часов 30 минут противник после неорганизованной, как уже отмечалось, артиллерийской подготовки, но при мощной поддержке авиации перешел в наступление. Началось невиданное по своим масштабам и ожесточению сражение.

Маршал Советского Союза К.К. Рокоссовский, командовавший тогда войсками Центрального фронта, вспоминал: «Немецкое командование, видимо, рассчитывало повторить атаку, подобную той, которую оно осуществило летом 1942 г. из района Курска в направлении на Воронеж. Однако враг жестоко просчитался: время было не то.

Наша артиллерия, минометы, „катюши“ и пулеметы встретили наступавших сильным огнем. Орудия прямой наводки и противотанковые ружья в упор расстреливали вражеские танки. Наша авиация контратаковала противника в воздухе и на земле».

Стойкость наших войск и особенно артиллеристов в первые дни сражения имела решающее значение. Советские воины, мужественно встретившие удар бронированной лавины врага, сражались с девизом «Ни шагу назад, стоять насмерть!»

Главная задача— отражение массированных атак танков — решалась всеми видами артиллерии, в том числе реактивной и зенитной. Превосходные боевые качества показали в борьбе с тяжелыми вражескими танками знаменитые 152-мм гаубицы-пушки образца 1937 г., обладавшие необходимой настильностью огня. Эффективным также оказался огонь этих орудий по танкам с закрытых огневых позиций. Например, 8 июля враг бросил на северную окраину станции Поныри 40 танков, из них 15 тяжелых. Но, попав под сокрушительный огонь наших гаубиц-пушек, стрелявших с закрытых огневых позиций, противник потерял 22 танка, из них 10 тяжелых. Атака врага провалилась.

В 13-й армии генерала Н.П. Пухова для борьбы с танками использовались также и 120-мм минометы, которыми только за 8 дней оборонительных боев удалось подбить более 70 танков противника.

Исключительное боевое мастерство, доблесть и мужество показали истребительно-противотанковые артиллерийские части. Так, артиллеристы 3-й бригады полковника В.Н. Рукосуева за день отражали 13–16 атак врага, уничтожив десятки его танков.

В мощный оркестр артиллерии вплелись характерные звуки, сопровождавшие стрельбу реактивных систем залпового огня. Следовавшие один за другим залпы дивизионов и полков гвардейских минометных частей накрывали атакующие танки и пехоту противника. Причем реактивная артиллерия вела огонь не только с закрытых позиций, но и прямой наводкой.

Ветераны войны хорошо помнят, как в ходе оборонительных боев на Курской дуге советские реактивные системы залпового огня обрушивали свои залпы по колоннам и скоплениям войск противника в период его подхода и в районах сосредоточения, участвовали в контрподготовке, отражали атаки пехоты и танков при массовом применении последних, поддерживали контратаки наших войск. Мощные залпы реактивной артиллерии производили большие разрушения: траншеи и ходы сообщения заваливались, проволочные заграждения и бетонные надолбы разрушались, дзоты, блиндажи, землянки приводились в полную негодность.

Характерным примером боевого применения «катюш» при прорыве являлся разгром Толкачевского узла сопротивления в июле 1943 г. Противник придавал этому узлу сопротивления большое значение, так как он прикрывал собой дальние подступы к городу Волхов, бывшему в то время важным ключом обороны немцев на Орловском плацдарме. Деревня Толкачево, расположенная на высоком берегу Оки, была превращена врагом в сильно укрепленный узел сопротивления с большим количеством блиндажей и дзотов в 5—12 накатов, с развитой сетью траншей и ходов сообщений. Подходы к деревне были густо заминированы и сплошь перекрыты проволочными заграждениями. Залпами реактивной артиллерии значительная часть дзотов была разрушена, траншеи вместе с находившейся там пехотой засыпаны, огневая система противника полностью подавлена. Из всего гарнизона узла, насчитывавшего 450–500 человек, уцелело только 28. Толкачевский узел был взят нашими частями без какого-либо сопротивления.