Министр сталинских строек
(10 лет во главе МВД) - Богданов Юрий Николаевич - Страница 142

Это произошло потому, что в Главном управлении лагерей (ГУЛАГе), переданном в полном составе из МВД в Министерство юстиции, сложилось весьма напряженное положение. В апреле 1953 года при передаче «хозяйства» ГУЛАГу теперь уже Минюста в его подчинение перешли, в частности, 13 исправительно-трудовых лагерей (ИТЛ), которые начали поставлять рабочую силу из заключенных Главспецлесу Министерства лесной и бумажной промышленности. Все эти ИТЛ располагались в северных и горных районах Коми АССР, Архангельской, Кировской, Молотовской, Свердловской, Кемеровской областей и Красноярского края и «в связи со спецификой производства» дислоцировались в большой отдаленности от населенных пунктов, в тайге. Произведенной в августе-сентябре 1953 года проверкой состояния лесных ИТЛ было установлено, что жилищно-бытовые условия, состояние снабжения и торговли, культурное и медико-санитарное обеспечение, обучение детей обслуживающего персонала находились в этих лагерях «в крайне неудовлетворительном состоянии». Такая обстановка возникла вследствие того, что после перехода в Минюст «ГУЛАГ и его подразделения, по существу, лишились руководства» и «варятся в собственном соку». Казалось, что от перевода главка из одного министерства в другое «особо существенных изменений не произойдет, но на практике получилось далеко не так». Министерствами, получившими «дармовую» рабочую силу, «не были тщательно изучены все вопросы, связанные с передачей ГУЛАГа в Министерство юстиции». Теперь уже вспоминалось как положительный пример, что ранее в Министерстве внутренних дел деятельность 140 исправительно-трудовых и особых лагерей обеспечивалась 12 главными лагерно-производственными управлениями МВД СССР. «ГУЛАГ в отношении этих лагерей осуществлял лишь руководство и контроль по режиму, охране, учету заключенных и комплектование кадрами начальствующего состава лагерного сектора. Все остальные многообразные вопросы деятельности этих лагерей являлись компетенцией упомянутых производственных главков. Обеспечение всех лагерей и колоний продовольствием, вещевым довольствием, организация в лагерях торговли как для личного состава, так и для заключенных производились непосредственно Главным управлением военного снабжения, а обеспечение всеми необходимыми для работы ресурсами — Управлением материально-технического снабжения МВД СССР. ГУЛАГ этими вопросами совершенно не занимался, кроме представления справок в УМТС МВД СССР на необходимые для его собственной производственной деятельности материалы. Первый специальный отдел МВД СССР осуществлял персональный учет заключенных, содержавшихся в лагерях и колониях, и последние в части учета подчинялись этому отделу и отчитывались перед ним непосредственно. Управление кадров комплектовало систему ГУЛАГа кадрами руководящего состава, устанавливало правовое положение начальствующего состава, ведало работой по присвоению званий, представлению к наградам за выслугу лет, утверждало штаты управленческих аппаратов лагерей. Финансовый отдел МВД СССР разрабатывал тарифные перечни должностных окладов начальствующего состава, осуществлял финансирование лагерей и колоний и проводил пенсионную работу. Плановый отдел вел планирование производственной деятельности, устанавливал потребную лагерям численность рабочей силы, фонды заработной платы, разрабатывал систему оплаты труда вольнонаемных рабочих и служащих, а также оплату труда заключенных и учитывал их трудовое использование. Вопросами ГУЛАГа занимались также Центральная бухгалтерия, Отдел детских колоний, Хозяйственное управление и Управление военно-учебных заведений МВД СССР» [38].

Заметим здесь, что эта непростая система эксплуатации подневольного труда складывалась на протяжении десятилетий. В течение многих лет, несмотря на все трудности, ею успешно руководил министр внутренних дел Круглов С.Н. Один автор назвал Сергея Никифоровича «лагерным министром», другой написал, что лагеря были «любимым детищем Круглова». Но занимался данными вопросами герой нашего повествования вовсе не потому, что «обожал» это дело, а просто, имея прекрасные организаторские способности, умело руководил огромными коллективами людей в той области, куда его «направила партия». Практика показала, что нормальную и производительную работу лагерной системы, даже в значительно меньшем объеме, оказалось не по плечу вести другим министерствам и министрам.

Центральный аппарат ГУЛАГа в три раза превышал штатную численность Министерства юстиции, которое не имело ни возможности, ни желания руководить такой махиной. В связи с этим этот главк Минюста вынужден был самостоятельно решать весь огромный комплекс вопросов, связанных со всеми видам обеспечения и производственной деятельности исправительно-трудовых учреждений. К тому же в соответствии с постановлением правительства, рассчитывавшего на то, что количество заключенных будет отныне неуклонно уменьшаться, численность центрального и периферийных аппаратов ГУЛАГа, включая военизированную охрану, была значительно сокращена. Однако после проведения амнистии резко возрос обратный поток осужденных в лагеря и колонии, что требовало расширения штатной численности администрации и даже увеличения количества лагерей. Минюст СССР, министерства юстиции республик и управления юстиции в краях и областях оказались не в состоянии заниматься этой сложной и новой для них работой по лагерям и колониям. В сложившейся обстановке предлагалось ГУЛАГ вместе с его периферийными органами вывести из состава Министерства юстиции и превратить в самостоятельное Главное управление, подчиненное непосредственно Совету Министров СССР. В этот же главк передать из МВД особые лагеря, срочные и следственные тюрьмы и конвойную охрану, сосредоточив в одном месте всю пенитенциарную систему [38].

Однако высшее советское руководство не решилось на такой кардинальный шаг и предпочло вернуться к старому, испытанному варианту. 21 января 1954 года Совет Министров СССР принял постановление о передаче из Министерства юстиции в Министерство внутренних дел исправительно-трудовых лагерей и колоний. Теперь на МВД вновь были возложены содержание, охрана и персональный учет всех осужденных к лишению свободы, организация и проведение исправительно-трудовых работ, а также содержание воспитанников детских колоний и приемников-распределителей. Совместным приказом министра юстиции Горшенина К.П. и министра внутренних дел Круглова С.Н. из одного ведомства в другое вновь передавались Главное и местные управления и отделы исправительно-трудовых лагерей и колоний и все остальные службы и подразделения вместе с их материально-имущественными ценностями, зданиями, сооружениями, с фондами на материалы, оборудование, автотранспорт, горючее, топливо, сырье, вооружение, средства химической защиты, спортивный инвентарь, хлебопродукты, продовольствие, вещевое имущество, с планами промышленного производства, капитального строительства, сельского хозяйства, с финансовыми, кредитными планами и ассигнованиями, с установленными для организаций и хозяйств штампами и фактической численностью личного состава.

В дополнение к прежнему «хозяйству» приказом министра внутренних дел Круглова С.Н. от 8 февраля 1954 года в ГУЛАГ МВД из Тюремного управления МВД перевели особые лагеря и обслуживавшие их 24 штатные единицы центрального аппарата. В составе Тюремного управления остался Отдел по делам военнопленных и интернированных, на который возлагались содержание, учет и репатриация «осужденных военных преступников из числа бывших военнопленных», а также отправка на родину всех осужденных иностранцев, отбывавших наказание в местах заключения в СССР [38].

Помимо гулаговских лагерей вернулось в МВД и остальное «лесное хозяйство». Во исполнение постановления Совета министров СССР от 10 февраля 1954 года совместным приказом министра лесной и бумажной промышленности и министра внутренних дел Круглова С.Н. Главное специальное управление «Главспецлес» было «возвращено» в МВД, где получило свое прежнее наименование — Главное управление лагерей лесной промышленности (ГУЛЛП) МВД СССР [10].