Министр сталинских строек
(10 лет во главе МВД) - Богданов Юрий Николаевич - Страница 103

19 августа 1949 года Спецкомитет возложил персонально на Завенягина А.П. руководство доставкой изготовленного в КБ-11 плутониевого ядерного заряда и нейтронных взрывателей на Семипалатинский полигон. Ему было поручено сопровождать «Груз № 1» на всем пути следования, а также обеспечить сохранность «Изделия 501» во время подготовки к испытанию.

В ночь на 29 августа 1949 года первая советская атомная бомба РДС-1 была установлена на 30-метровой стальной башне и подключена к системе подрыва. В связи с тем, что к моменту проведения заключительных операций произошло резкое ухудшение погоды и поднялся сильный ветер, по предложению Курчатова И.В. и с согласия Берия Л.П. во избежание неожиданностей подрыв заряда произвели на час раньше запланированного времени — в 7 часов утра по местному времени. Созданная трудом огромной армии ученых, инженеров, техников, рабочих, как свободных, так и находившихся в заключении, офицеров разведок, руководителей всех рангов, советская атомная бомба ярко и громогласно заявила о себе. 29 августа 1949 года стало рубежом, когда монополия США на этот вид оружия массового поражения была ликвидирована.

На следующий день Берия Л.П. и Курчатов И.В. направили Сталину И.В. доклад о предварительных данных, полученных при испытании атомной бомбы. Точно в назначенный момент, говорилось в документе, «произошла вспышка атомного взрыва, во много раз превосходящая по своей яркости яркость Солнца. В течение 3–4 секунд вспышка приняла форму полушария, увеличившегося до размеров 400–500 м по диаметру. Одновременно со световой вспышкой образовалось взрывное облако, достигшее в течение 2–3 минут высоты нескольких километров и прорвавшееся затем в обычные дождевые облака, которые покрывали в момент испытания небо. Вслед за вспышкой взрыва возникла огромной силы ударная волна атомного взрыва. Зарево взрыва было видно, а грохот ударной волны слышен наблюдателям и очевидцам, находившимся от места взрыва на расстоянии 60–70 км». Мощность взрывного устройства была определена в 15 килотонн тротилового эквивалента. Проведенное испытание признали успешным [68].

Несмотря на столь впечатляющий эффект от атомного взрыва, Сталин И.В. не спешил похвалиться достигнутым успехом ни у себя в стране, ни на весь мир. Однако американцы и англичане сумели определить сам факт испытаний и начали этот вопрос усиленно муссировать, нагнетая общественное мнение. Только 25 сентября 1949 года Телеграфное агентство Советского Союза (ТАСС) поместило в газетах сообщение в связи со сделанным накануне заявлением президента США Трумэна о проведении в СССР атомного взрыва. Поскольку вслед за этим в печати многих стран появились «многочисленные высказывания, сеющие тревогу в широких общественных кругах», ТАСС уполномочили заявить, что в Советском Союзе ведутся строительные работы крупных масштабов, которые вызывают необходимость «больших взрывных работ с применением новейших технических средств». «Что же касается производства атомной энергии, то ТАСС считает необходимым напомнить о том, что еще 6 ноября 1947 года министр иностранных дел СССР В.М. Молотов сделал заявление относительно секрета атомной бомбы, сказав, что “этого секрета давно уже не существует”. Это заявление означало, что Советский Союз уже открыл секрет атомного оружия, и он имеет в своем распоряжении это оружие. Научные круги Соединенных Штатов Америки приняли это заявление В.М. Молотова как блеф, считая, что русские могут овладеть атомным оружием не ранее 1952 года. Однако они ошиблись, так как Советский Союз овладел секретом атомного оружия еще в 1947 году». В отношении тревоги общественности говорилось, что «Советское правительство, несмотря на наличие у него атомного оружия, стоит и намерено стоять в будущем на своей старой позиции безусловного запрещения применения атомного оружия» [68]. Этот написанный в типично сталинском духе документ является, на мой взгляд, прекрасной «информацией для размышления» для современных читателей.

28 октября 1949 года Берия Л.П. вручил Сталину И.В. «Заключительный доклад о результатах испытания атомной бомбы», в котором конкретно описывались все подробности исторического события. Только ознакомившись с этим документом, Председатель Совета Министров СССР на следующий день подписал постановление, в соответствии с которым Сталинскими премиями I и II степени и денежными премиями награждались около 300 ученых и инженеров, принимавших участие в разработке бомбы, создании атомной промышленности и проведении испытания. На основании этого постановления и ходатайств Спецкомитета Верховный Совет СССР издал под грифом «совершенно секретно» указ, по которому звание Героя Социалистического Труда было присвоено 33 участникам атомного проекта: Курчатову И.В., Харитону Ю.Б., Ванникову Б.Л. Завенягину А.П. и другим. Орденом Ленина наградили 260 человек, в том числе организатора атомного проекта Берия Л.П. и министра внутренних дел Круглова С.Н. Орден Трудового Красного Знамени получили 496 человек, орден «Знак Почета» — 52 человека. В числе награжденных по такому знаменательному случаю фамилия Сталина И.В. не встречается. Впрочем, вождь народов считал, что руководителям его уровня обычные награды ни к чему. Правительство удостаивало орденами и медалями лучших людей Страны Советов, чтобы народ знал своих героев. Однако награждение участников «атомного» проекта не афишировалось и проходило так же, как и все работы по созданию бомбы, с соблюдением всех правил конспирации: награжденному вручалась только выписка из указа, касавшаяся его лично. Опубликован указ был только в самом конце двадцатого века [68].

После испытания первой атомной бомбы работа по совершенствованию ядерного оружия успешно продолжилась, поскольку в трудные послевоенные годы была сделана не показуха для устрашения наших бывших союзников по антигитлеровской коалиции, а создана мощная атомная промышленность, позволившая поднять на новый уровень обороноспособность Страны Советов. Не случайно с этого времени в средствах массовой информации и в выступлениях государственных политических деятелей США заявлений о «ковровых» атомных бомбардировках городов Советского Союза больше не делалось. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 декабря 1951 года министр внутренних дел Круглов С.Н. совместно с многими другими исполнителями вновь был награжден орденом Ленина «за успешное выполнение правительственного задания» в связи с проведением на Семипалатинском полигоне очередных испытаний атомных бомб на земле (24 сентября 1951 года) и в воздухе (18 октября 1951 года) [26].

24. ГУШОСДОР

К Главному управлению шоссейных дорог (ГУШОСДОР) НКВД-МВД СССР я не могу относиться без особого чувства, поскольку этот большой главк в течение полутора лет возглавлял мой отец Богданов Н.К., благодаря чему мы всей семьей стали москвичами. Но все по порядку.

В главе 5 говорилось о том, что в тридцатые годы с руководством ГУШОСДОРа происходила непрерывная чехарда и это пагубно отражалось на результатах работы, пока в 1939 году данное ведомство не возглавил профессиональный строитель Федоров В.Т., получивший при назначении на руководящую должность в НКВД звание «военный инженер 3- го ранга». В предвоенный период строительство и реконструкция дорог наиболее широко развернулись в Белорусском, Киевском, Ленинградском и Московском трестах ГУШОСДОРа, а также в Приморском крае Дальнего Востока. Кроте того, правительство возложило на НКВД прокладку дороги Новгород-Волынский — Ровно — Дубно — Львов «в максимально короткие сроки». С начала 1940 года специально созданными комиссиями стали повсеместно приниматься в эксплуатацию законченные участки дорог, имевшие асфальтовое, щебеночное и булыжное покрытие, а также искусственные сооружения на них (мосты, дренажные трубы, административные и жилые постройки и др.). Всего по итогам года было введено в действие около тысячи километров новых дорог.

Однако постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 24 марта 1941 года высшее руководство страны приняло решение резко сократить прокладку дорог и возложить на НКВД СССР срочное строительство 254 аэродромов для военно-воздушных сил Красной Армии. В связи с этим опытного строителя Федорова В.Т. назначили начальником Главного управления аэродромного строительства (ГУАС) НКВД СССР, освободив на время выполнения данной работы от забот по ГУШОСДОРу. Исполнять обязанности откомандированного начальника стал его заместитель, военный инженер 2-го ранга Засов И.А. Значительную часть инженерно-технического состава и рабочей силы в ГУАС забрали из ГУШОСДОРа, в связи с чем дорожный главк вынужден был заниматься лишь вводом в эксплуатацию ранее построенных дорог.