Маршал Малиновский - Соколов Борис Вадимович - Страница 88

На самом деле обильное русское гостеприимство имело вполне определенную цель — до минимума сократить общение членов британской миссии с советскими офицерами и генералами, чтобы англичане, не дай бог, не выведали чего-нибудь запретного. На Юго-Западном и других фронтах, которыми командовал Малиновский, был специальный генерал, в задачу которого входило перепивать посещавших фронт иностранцев, — генерал-лейтенант войск связи Алексей Иванович Леонов, начальник управления связи Юго-Западного фронта, а потом 3-го и 2-го Украинских и Забайкальского фронтов. Он прославился, в частности, тем, что уже в 44-м в Румынии подпоил представлявшего движение «Свободная Франция» посла Пьера Кота. Можно не сомневаться, что и с Мартелем ему пришлось посоревноваться по части выпивки. Леонов, человек тренированный и родившийся в 1902 году, был почти на 13 лет младше Мартеля, что являлось немалой форой (а вот Пьера Кота Алексей Иванович был младше только на 7 лет). Но, как можно понять, Леонов и другие русские генералы перепивали и более молодых членов британской делегации. Иностранцев подпаивали как для того, чтобы выведать у них какую-то информацию и, главным образом, свести до минимума их свободное общение с советскими офицерами и генералами.

Что же касается Леонова, то он, душа застолья и замечательный тамада, был еще и очень неплохим связистом, почему Малиновский неизменно брал его собой с фронта на фронт, прекрасно понимая, что от хорошо налаженной связи в огромной мере зависит успех в бою.

После войны карьера Алексея Ивановича успешно продолжилась. Он служил вместе с Малиновским на Дальнем Востоке, а в 1951 году был назначен начальником войск связи Военно- воздушных сил. В 1953 году Алексей Иванович возглавил Центральные курсы усовершенствования офицерского состава войск связи, что было некоторым понижением, но с приходом Малиновского в руководство Министерства обороны карьера Леонова вновь резко пошла вверх. В 1957 году он первый заместитель начальника войск связи Министерства обороны, в 1958 — начальник войск связи Сухопутных войск и в том же году — начальник войск связи Министерства обороны. В мае 1961 года Алексею Ивановичу было присвоено звание маршала войск связи — самое высокое звание для связиста. Леонов пережил Малиновского более чем на пять лет и умер в ноябре 1972 года.

27 мая 1943 года Малиновскому из Генштаба переслали благодарственное письмо Мартеля, датированное 20 мая:

«Dear General Malinowski

Шлю Вам в этом письме благодарность за Ваше гостеприимство во время нашего пребывания в Вашем штабе и за весьма интересные беседы с Вами и начальником Вашего штаба. Все Ваши командиры, которых мы встречали во время нашей поездки по району Вашего фронта, делали все возможное, чтобы помочь нам ознакомиться с военными приемами, применявшимися немцами в разное время, а также с выработанными Вами приемами, позволившими Вам нанести им поражение.

Ваши командиры показали нам также и передовые рубежи обороны и плацдармы Вашего фронта. В результате многих интересных бесед мы накопили много ценных для нас сведений.

Всюду нам было оказано самое широкое гостеприимство, и мы чувствуем, что поездка была для нас весьма успешной.

С многими из Ваших командиров я обсуждал военные действия в Северной Африке, и они просили у меня дальнейших сведений по некоторым вопросам. Я займусь этими вопросами и пошлю ответы Начальнику Генерального Штаба Красной Армии в Москве для использования их по его усмотрению.

Yours sincerely

Que. Martel

(Генерал-лейтенант Мартель).

Господину Командующему Юго-Западным фронтом Генералу Армии Р.Я. Малиновскому».

Другое письмо Мартеля Малиновскому было помечено «Гор. Купянск, 17 мая 1943 г.» и также переслано Родиону Яковлевичу:

«Dear General Malinowski

Во время моего пребывания в Вашем штабе я не понял, что у меня не будет возможности попрощаться с Вами до Вашего отъезда.

Пользуюсь возможностью написать Вам и искренне поблагодарить Вас за Ваше гостеприимство и за превосходные приготовления, которые Вы сделали для нашей поездки по Вашему фронту.

Все Ваши командиры не останавливались ни на одном затруднении в целях обеспечения нам возможности осмотреть все, что нам хотелось и получить все требующиеся нам сведения.

У меня не хватает слов выразить Вам нашу благодарность за оказанное нам Ваше содействие.

Господин генерал-лейтенант Котляр заведовал всеми приготовлениями к нашему приему. Он всемерно помогал нам, и я имел с ним много приятных бесед.

Yours sincerely Que. Martel

(Генерал-лейтенант Мартель)

Господину Командующему Юго-Западным фронтом Генералу Армии Р.Я. Малиновскому».

Возможно, Мартель так и не узнал, что генерал Харитонов умер менее чем через две недели после встречи с ним. Вполне вероятно, именно разговор с британцем привел к роковому обострению болезни сердца. Харитонов наверняка мучился тем, что Мартель спровоцировал его на нарушение инструкции, вынудив показать советские резервы, и все думал о том, накажут его или нет. Мартель, похоже, не до конца сознавал, в какую страну он попал, и не мог даже предположить, что его стремление побольше узнать о Красной армии, порождаемое искренним желанием помочь союзнику в борьбе с немцами, может стоить его собеседнику жизни.

В завершающей стадии Курской битвы войска Юго- Западного фронта развернули наступление на Донбасс, пользуясь тем, что основные германские силы были отвлечены для сражений в районе Курского выступа.

Родион Яковлевич вспоминал:

«17 июля 1943 года войска Юго-Западного фронта перешли в наступление с форсированием Северского Донца, где был подготовлен сильно укрепленный оборонительный рубеж врага. Бои носили ожесточенный и упорный характер. В это же время перешли в наступление войска Южного фронта с целью прорыва обороны на Миусе. Несмотря на то, что соединения имели незначительный успех, они сковали крупные силы врага и лишили его возможности перебрасывать свои соединения на курское направление, что облегчило выполнение задач нашими войсками в битве под Курском».

В августе, параллельно с наступлением на Харьков, советские войска начали новое наступление на Донбасс. Вот как пишет об этом Малиновский:

«13 августа начались боевые действия войск правого крыла Юго-Западного фронта, а 16 августа — и ударной группировки, созданной в центре фронта. 18 августа перешли в наступление и войска Южного фронта.

Непосредственно за Донбасс из состава Юго- Западного фронта вели бои войска 3-й гвардейской армии под командованием генерал-лейтенанта Д.Д. Лелюшенко [на Харьков наступала 57-я армия Юго-Западного фронта]. Она форсировала реку Северский Донец и в ночь на 2 сентября силами 32-го стрелкового корпуса овладела Лисичанском, а затем, обойдя многочисленные опорные пункты врага, 5 сентября заняла Артемовск, а днем позже — Краматорск и Константиновку.

В это время войска Южного фронта развивали наступление в направлении Сталино. Противник оказался в полуокружении. Немецко-фашистские войска в панике бросали оружие и технику и поспешно начали отступать на запад. Войска Юго-Западного фронта, ломая сопротивление арьергардов врага, подвижными соединениями быстро продвигались к Красноармейску.

Это облегчило войскам Южного фронта выполнение задачи по освобождению Сталино.

Под угрозой окружения немецко-фашистское командование стремилось быстрее отвести свои войска на запад и юго-запад. Командующий группой армий “Юг” Манштейн отдал приказ, в котором требовал от войск вести подвижную оборону, повысить стойкость соединений, чтобы организованно отойти к Днепру. Одновременно командование группы армий “Юг” издало совершенно секретную директиву “Об эвакуации, разрушении и вывозке имущества”, в которой поставило перед войсками задачу полного разрушения оставляемых районов.

Я, как очевидец и участник событий видел эту страшную картину гитлеровских злодеяний. Мы тогда обратили внимание на то, что противник отходил глухими полевыми дорогами, а не шоссейными и улучшенными полевыми. Гитлеровцы заминировали шоссе, взрывали мосты, населенные пункты, промышленные центры, заводы, фабрики, оборудование, сжигали и уничтожали хлеб, сельскохозяйственный инвентарь, затопляли шахты. Противник осуществлял “тактику выжженной земли”».