По праву сильнейшего (СИ) - Горская Ева - Страница 58

А дальше был рассказ, из которого я не поняла ничего. Даже слов. Брат сыпал какими-то научными терминами, доказывал мне что и как, почему и зачем. Поняла одно: Лео влюблен в науку, остальное его не интересует. А сыворотка, созданная для уничтожения того, что вселилось в меня, каким-то образом избавляет оборотня с разделенной сущностью от одной из этих сущностей. Правда, в момент принятия надо четко представлять, от какой сущности желаешь избавиться.

Когда я заявила, что никаких сывороток принимать не собираюсь и на Владе опытов устраивать не позволю, меня все итак устраивает, брат сильно расстроился. Обиделся, что не оценила его научного гения.

А потом мужчина спросил, как жила я. Рассказала. Знала, что бесполезно делиться чувствами с ним. Но мне необходимо было выговориться. А Лео сейчас был самым родным, относительно безобидным. Жаль, что безучастным. Хотя, с последним я ошиблась. Стоило рассказать, что меня волновало отсутствие сколь бы то серьезных чувств у Влада, глаза мужчины загорелись:

— А хочешь проверим его?

— Как? — понимала, что это неправильно. Что сумасшедший ученый ничего приличного не предложит, но не удержалась.

— Ну, не знаю… пусть думает, что тебя пытают и в качестве альтернативы предложим принять сыворотку.

— Лео, — серьезно посмотрела на брата. — Ты ведь не собираешься?

— Ты точно не хочешь? — уточнил брат. — Человеком он бы стал сговорчивее, а в роли домашнего питомца не доставлял особых проблем. Думаешь, что он выбрал бы? — я ахнула. Брат настолько уверенно говорил, что Соболев примет сыворотку, что заразил меня своим энтузиазмом. Можно сказать, надежду подарил.

— Не знаю, — осеклась. Поняла, как звучит мой ответ. Я-то имела в виду, что не знаю, что выбрал бы Влад. — Вернее, знаю точно, что не хочу, чтобы ты над ним эксперименты ставил. Он мне нравится такой, какой есть.

— Ладно, — легко согласился мужчина. Это должно было меня насторожить. — Так ты согласна?

— Да. Только прежде ответь, что ты собираешься ему предложить вколоть? — совсем не была уверена, что Влад введет себе непонятно что, уничтожающее одну из сущностей. Вернее, была убеждена в обратном. Ради Ларисы он может быть пожертвовал бы частью себя, но вот ради меня… Но Лео прав, должна была убедиться, прежде чем рвать отношения. За разговором с братом приняла окончательное решение. Пусть Лариса мертва. Но если я не нужна Соболеву, не нужна его человеческой половине, уйду. Плевать на мнение волчицы, которая сейчас истерично вопила свое извечное «Дура!». Плевать на разбитое сердце. Плевать на все. Тем более у меня теперь был выбор. Мне даже было необязательно возвращаться к родителям. Я могла остаться с братом. Могла занять место дяди Коли и заниматься управлением стаи, во всяком случае ее финансовой частью. Особой разницы между управлением лабораторией и сети салонов красоты не видела. Там и там, мелкий бизнес. Как поняла, с клиентурой у Леонида Бекеш проблем не возникало. А уж контролировать бухгалтера, отслеживать сделки и составлять договоры я была способна.

«Не смей!», — в очередной раз взвыла волчица.

«Заткнись!», — осадила ее. — «Проболтаешься волку Влада, шкуру с тебя спущу. Вот клянусь, приму эту сыворотку!»

Замолчала. Неужели угроза подействовала? Естественно, никаких сывороток я вводить себе не собиралась. Я себе нравилась такой, как есть и компанию матери в желтом доме составлять не желала.

Мы стояли в небольшом помещении. Кроме множества мониторов здесь ничего не было. Совсем ничего. Даже стульев.

— Влад! — тихо выдохнула и приложила руку ко рту, чтобы не заорать. Мужчина выглядел скверно. Очень. Весь в крови. В цепях. В цепях, которые даже я бы с легкостью разорвала. — Ему настолько плохо?

— С чего ты взяла? — не понял брат. — С его регенерацией на нем еще пару часов назад все зажило, хотя рана была серьезная. Я потом поковыряюсь, если не против, пулю все-таки надо извлечь, — у него опять горели глаза. Нет, точно фанатик.

— Пулю? — с ужасом уточнила я. Это куда же Лариса попала, если она не прошла на вылет? Правда, я весьма плохо представляла себе последствия использования огнестрельного оружия.

— Застряла в ребрах. Вытащить не успел, ты пришла в себя, — поделился брат. Луна, как ему, должно быть, больно. А я опыты над ним ставить собралась. Стало стыдно.

— Может не надо? — неуверенно предложила я. — Ему плохо. Он даже от цепей избавиться не может.

— Ему хорошо, — оскалился брат. — А цепи… короче, Настька, долго объяснять. Металл обработан специальным составом. Мое изобретение. Удержит самого сильного из нас. — Готова?

— Ладно, — сдалась я.

— Ты, — проговорил Лео куда-то в микрофон. На мониторе было видно, как Влад встрепенулся. — Да, ты. Твоя девка у нас, — толкнула брата в бок, чтобы аккуратнее выбирал выражения. Все-таки я находилась рядом. — Узнаешь?

В этот момент к мужчине подъехала машинка, с закрепленным небольшим подносом вместо багажника. На ней что-то лежало. Брат нажал какую-то кнопку, изображение увеличилось. Икнула. Женский палец с моим помолвочным кольцом. Посмотрела на собственную руку. Когда умудрился снять, зараза?

Глаза Соболева загорелись золотом, он рыкнул, дернулся. Без результата.

— Ожидаемо, — усмехнулся Леонид, отключая микрофон и поворачиваясь ко мне.

— Чего ты хочешь? — зарычал Соболев. — Денег? Если ты знаешь, кто я, предполагаю, что знаешь, можешь оценить размер выкупа, какой я способен заплатить.

— Благодарю. Деньги мне несильно требуются, но не откажусь, — любимый зарычал снова, затем дернулся. А я заревела. Зачем я это творю? Лучше бы просто ушла от него, чем мучать дорогого мне оборотня.

— Так что ты хочешь? — обессиленно спросил Влад. К нему подъехала аналогичная машинка, но с другим содержимым. На подносе лежала небольшая коробочка. Соболеву даже двигаться не надо было, лишь протянуть руку, но он не спешил.

— Что это?

— Это, — усмехнулся брат, — сыворотка, которую ты добровольно вколешь себе, если хочешь, чтобы девка несильно пострадала. Понимаешь же, что без одного пальца можно жить. И жить относительно счастливо. А вот без руки или ноги, — философски заметил Леонид, оставляя мою пару домысливать остальное самостоятельно.

— Что за сыворотка? — я была в ужасе. Соболев был так спокоен. Протянул руку, подхватил коробочку, открыл. Вынул пистолет и ампулу.

— Уничтожает одну из разделенных сущностей. Мне все равно какую. Можешь выбрать сам. Человек или волк. Главное, что ты перестанешь быть альфой, — довольно произнес Леонид. — Помни, что согласие должно быть добровольным и надо четко представлять, от какой сущности желаешь избавиться.

— А моя девка? — видела, как Соболев поморщился.

— Отпущу, — он даже думать не стал. Я собственным глазам поверить не могла. Стоило лишь увидеть, как он рванул рукав окровавленной рубахи и приставил пистолет к предплечью, метнулась к двери. Лео удержал, что-то всунув в руку. Ключи.

— Направо и прямо.

Казалось, истекла целая вечность. Но я не уверена, что прошло даже четверть минуты.

— Влад, — сразу угодила в его объятия.

— Цела? — спросил Соболев. Кивнула. А дальше мир для меня перестал существовать. Остались только сумасшедшие поцелуи и крепкие объятия. Насколько крепкие и сильные, что я, кажется, слышала хруст собственных ребер. Но в тот момент мне было абсолютно все равно. Главное, он был рядом. Он выбрал даже не мою жизнь… мою сохранность. Без пререканий, без торгов, без раздумий.

— Зачем? — тихо спросил мужчина, оторвавшись от меня. Так тихо. Так холодно. Уткнулась в его плечо. Стало страшно.

«Я рассказала», — поделилась волчица.

«Когда?»

«Только что».

— Прости меня, — произнесла совсем тихо. Была не уверена, что Влад услышал.

— Я одного понять не могу. Зачем, Ана? — повторил свой вопрос мужчина. На этот раз в голосе чувствовалась какая-то усталость. А я ведь даже не подумала, что буду делать и как оправдываться, если эксперимент завершится в мою пользу. Была так уверена, что Соболев никогда на такое не пойдет.