Сила любви - Елена Рейн - Страница 3

– Устала? – заботливо спросила подруга.

– Есть немного, быстрее бы выходной, – с надеждой произнесла, мечтая когда-нибудь выспаться.

– Так ты же работаешь с детишками в садике? Забыла, что ли?

«Забудешь тут… даже если сильно захочется, не позволишь себе такую роскошь».

Только кивнула подруге, не желая плакаться об одном и том же, она и так все знает. Зачем угнетать лишний раз?!

Да, действительно, в выходные дни я работаю в центре развития детей «Малышок» внештатным воспитателем. Занимаюсь с малышами, чьи родители работают или заняты по другим обстоятельствам. Как правило, они заблаговременно в будние дни подают заявки, а директор в пятницу передает список уже мне.

Так как руководства и других воспитателей нет, в субботу и воскресенье я сама открываю садик, занимаюсь с детьми с утра до вечера, и как обычно укладываю всех спать в обед. Иногда и нянечка выходит на несколько часов, если детей много. Благо, еда у нас из ресторана, находящегося в нашем здании, и проблемы с питанием никогда не возникает.

Детей почти всегда много, и я не скучаю, да и Аришка мне помогает. Сестре нравится играть с малышами, и поэтому я всегда беру ее с собой.

– Да, на субботу у меня уже двадцать детишек, а еще есть завтра для подачи заявления на выходную продленку.

– Ого, а что так – много-то? – поинтересовалась Соня, с удовольствием поедая кусочек клубничного торта.

– Видно, не могут, – буркнула я, пожав плечами.

– Да уж…

– Мы, наверное, пойдем – предложила, чувствуя, как закрываются глаза от усталости. – Поздно…

– Подожди, а как там Литунов с сыновьями поживают? – с довольной улыбкой спросила Соня.

– Как обычно, Кирилл Александрович работает и занимается с детьми.

– Вот бы вам… – мечтательно произнесла соседка, посматривая на сотовый телефон, ожидая звонка мужа.

Поливин Павел, муж Соньки, в основном всегда обитает на вахтах, и большую часть времени подруга находится в вечном нетерпеливом ожидании его звонков и сообщений.

– Звонил? – тихо поинтересовалась, зная, что такие разговоры доводят ее до слез, потому как женщина боится, что у мужа появилась любовница. И хотя Паша не дает ей повода, Соня в последнее время сама не своя от ревности.

Посмотрев на худенькую, невысокую шатенку с канапушками на лице и пухлыми губками, сурово произнесла:

– Прекрати думать всякую ерунду!

Девушка резко встала, обхватив руками тело, крепко сжала себя и подошла к окну, смотря на детскую площадку, освещенную фонарями.

– Не знаю, он не такой, как раньше. Я… вот чувствую, понимаешь.

– Сонь, перестань.

– Раньше он переживал, что я работаю бухгалтером в полиции, ревновал, звонил, а сейчас ему даже наплевать, что меня на работу отвозит сотрудник, живущий неподалеку.

– Тебе кажется, – убежденно успокаивала я, читая в ее глазах настоящую панику. – Вот он прилетит через две недели, и ты поймешь…

– Он не прилетит, – с тоской и горечью прошептала женщина, а потом прислонилась лбом к стене и тихо проговорила: – Сказал, что есть возможность получить больше, и он останется еще на два месяца, вроде как его хотят поставить на должность прораба…

– Это же хорошо! – восторженно воскликнула я, уже не зная, как успокоить подругу.

– Да что хорошего-то, Кристи? Что? Мы с дочерью его не видели уже четыре месяца. Он пропадает, вкалывает, но пересылает нам так же, как я сама зарабатываю. Не вижу разницы в его доходах там, и если бы он работал здесь! Пусть меньше будет, но только никуда не мотается по вахтам и находится с нами! – выпалила она, сдерживая себя, чтобы не разреветься. – А я так устала быть одна… без поддержки… без любимого мужчины. Черт, да я себя ненужной ощущаю… Вот честно!

Посмотрела на нее, и воодушевленно произнесла:

– Уверена, он позвонит и…

Раздался звонок сотового. Соня мгновенно оказалась около стола и трясущимися руками схватила трубку, улыбаясь самой счастливой улыбкой всему миру. Пользуясь моментом, встала, радуясь ее счастью, и, показав жестами, что мы пойдем домой, направилась в детскую комнату, где играли девочки.

Оказавшись дома, порадовались, что Боглашина нет. Быстро сделали уроки с Аришей, приготовив все необходимое на завтра. Уложила ее спать. Самой не лежалось, и я пошла в кухню, размышляя обо всем.

Раздался шум открывающейся двери, и я замерла, слыша непонятные мычания Алексея, вернувшегося с прогулки. Нахмурилась, понимая, что он не один. Поднялась и побрела в коридор, наблюдая картину маслом.

Этот алкоголик привел какую-то визжащую полуголую даму с ярко-красными волосами, в черных рваных колготках в сеточку, коричневых длинных сапогах со сломанным замком на левой ноге. Неприятная особа еле стояла на ногах, постоянно заваливаясь в сторону. Сняв пуховик, непонятного от грязи цвета и очень неприятно пахнущий сигаретами, резкими духами и… рвотой, гостья издала скулящий вой и упала на пол, матерясь и хныча о неровных поверхностях в грубой форме.

«Слов нет! Этот страус привел не пойми кого в дом, где есть ребенок. А если она болеет инфекционными заболеваниями и у нее вши???»

Отошла на шаг, сдерживая дыхание, и спокойно поинтересовалась:

– Что происходит?

Мужчина сморщился от моего вопроса, вроде как я тугодумка и очевидного не понимаю, и немного пошатываясь, в одном ботинке, направился ко мне, снисходительно выплевывая:

– Это Пушок, и теперь она живет с нами!

Вспомнила повесть «Собачье сердце» Булгакова, а именно Шарикова. Боглашин мне его очень напоминает, и даже на секунду представила, как же погано было профессору Преображенскому, когда его дом терроризировал упрямый бывший подопытный.

– Нет! – грозно выдала, заслоняя проход, не представляя, чтобы здесь жили… всякие.

– Ты че… в натуре, это и мой дом! Так что пошла вон! – заревел паразит, выпячивая подбородок и закатывая глаза.

– Здесь также проживает ребенок и я, поэтому…

– Ты че… не поняла?! Она типа мне жена… на сегодня!

«Порадовал! Сегодня… А может секретарем устроиться к нему, чтобы составить график по посещениям девиц легкого поведения и усердно соблюдать, чтобы его лишний раз не тревожили?!»

– Рада за тебя, но не в этом доме! – рявкнула ему в ответ.

– Да пошла ты, – промычал новоиспеченный муж и оттолкнул меня в сторону, отчего я отлетела к шкафу, пытаясь не разреветься от боли в области спины после неудачного падения. Даже не могла представить, как мне поступить в сложившейся ситуации.

– Еще раз встанешь у меня на пути – по морде дам, – довольно хрюкнул он, если я правильно разобрала его непонятное сопение.

Поднялась в тот момент, когда Алексей направлял тушку своей зазнобы в комнату, толкая ее за мягкое место. Смирившись, что я ничего не могу сделать, пошла в кухню и, сев на стул, попыталась унять дрожь.

«Что же делать? Звонить и жаловаться в органы опеки и попечительства? Как быть?»

До трех часов сидела в интернете, читая все, что касается нашей ситуации. Чем больше просматривала информации, тем сильнее хотелось завыть. Были описаны разные случаи, немного похожие на наш, но совершенно с разными исходами дел.

У мужчины, понятно, тоже есть личная жизнь, ведь он вдовец, и третья часть квартиры, благодаря маме, теперь его. Если привести в порядок эту женщину, то все будет даже нормально и правильно. Суд будет не против, наоборот, поприветствует, если возникнет новая семья… и у Ариши будут как отец, так и мать, пусть и не родная.

Конечно, если доказать, что она алкашка, тогда… Это очень трудно, а у меня две работы, при таком раскладе однозначно не получится заниматься слежкой, чтобы записывать каждый их шаг и фотографировать. Да и не получилось бы у меня. Поэтому даже думать страшно о будущем.

Лежа на диване, я была похожа на злобную мегеру. Меня до белого каления бесили шумные хрипения и сопения в спальне через стенку, а потом пьяная брань женщины.

В общем, не жизнь, а существование. И что дальше? По-хорошему, нужно подавать на раздел квартиры, но если сестру оставят с ним? Огромный риск все же был, да и нужной суммы у меня на данный момент не было, поэтому… нескончаемая пропасть.