Иржина - Завойчинская Милена - Страница 196

– Ваше величество, это моя подруга Илондра. Каита, перед тобой император Темной империи лорд Дагорн тель Ариас ден Агилар, – и скромненько добавила: – Мой жених.

– Ой! – Илондра перестала дурачиться и склонилась в поклоне.

– Приятно познакомиться, – хмыкнул император. – Илондра, Иржина о вас рассказывала и отзывалась исключительно положительно. Поэтому у меня к вам предложение.

– Да, ваше величество? – озадаченно спросил призрак.

– Как вы относитесь к тому, чтобы снова начать служить империи? Причем это относится и к вам, и к вашему другу. Каиту, правильно?

– Э? – Илондра явно была в замешательстве.

– Я слушаю, ваше величество! – Глубокий голос Крейгора, давно умершего воина и каита Илондры, заставил меня вздрогнуть, хотя я знала, что он все время присутствовал где-то рядом и все слышал.

– Для начала я хотел бы стать вашим каитом, если вы не против, – улыбнулся Дагорн и продемонстрировал призраку меч, принесенный в подарок. – И предлагаю вам службу. Леди Илондре – служить компаньонкой моей невесты, а позднее – императрицы. А вам – стать одним из моих помощников.

– Хм, – задумался воин, – шпионом?

– И это тоже, – согласился Дагорн. – Лишние глаза и уши никогда не помешают. Особенно если они принадлежат тому, кого уже нельзя убить.

– Если вы найдете способ освободить нас от места привязки, я согласна! До смерти надоело сидеть в этом склепе! – жизнерадостно воскликнула Илондра и озадаченно замолкла, когда поняла, что именно сказала.

– Ваше решение? – задал вопрос владыка, глядя на сурового воителя былых времен.

– Согласен! Когда вы освободите нас из места нашего упокоения и сделаете так, что мы сможем перемещаться, я, командующий объединенной армии Крейгор Шеумейс, стану служить вам с честью. Клянусь! – Он посмотрел на мою бесплотную подружку: – Илондра Битенди! Изволь произнести слова правильно!

Илондра стушевалась, но подтянулась и четко повторила слова своего командира с поправкой на звание и имя.

– А для этого я попросил прийти с нами моего кузена. Он некромант и сейчас все организует. Командующий Крейгор, вы покажете мне ваш саркофаг, чтобы я смог положить в него мой дар?

Спустя несколько минут принесенное нами оружие нашло свое место рядом с телом командующего, а Дагорн стал счастливым обладателем того самого меча, который был когда-то причиной неприятностей Андре и Эрика. Призрак подарил его императору.

Через час мы возвращались в Калпеат в компании двух привидений. Илондра стала моей пожизненной компаньонкой, а Крейгор соответственно теперь подчинялся Дагорну. Лорд Найтон не стал делать никаких артефактов или других материальных объектов, которые можно украсть или уничтожить. Привязка была сделана на кровь. Пока мы живы – привидения могли свободно перемещаться где угодно. А после нашей смерти должны будут вернуться к своим останкам либо же принять привязку на кровь наших детей.

Ох уж эта некромантия… Никогда даже не подозревала, что такое в принципе возможно. Впрочем, я и зомби раньше не видела, что совсем не помешало мне иметь двух слуг именно из этой категории нежити.

Да уж! Ну и свита у меня: низший демон, два зомби и привидение! А ведь еще год назад я была скромной светлой девочкой, живущей в Светлой империи…

Перед тем как меня отправили в мою квартиру в столице, я попросила Дагорна открыть портал к храму Дигны. Даже не могла сказать, почему мне так приспичило… Но у меня вдруг возникла острая потребность пойти и поклониться богине. Она мне во многом помогала в жизни и тех переделках, в которые я попадала. В этом я не сомневалась, так что хотела поставить ей свечку и оставить дар, чтобы заручиться ее содействием и в грядущей поездке на родину мамы.

ГЛАВА 22

Накануне моего отъезда в Лисаард у меня состоялся разговор с папой. Дагорн помог нам организовать беседу так, чтобы не вызвать ненужных вопросов. Встретились мы, как ни удивительно, в том же ресторане, в который меня когда-то приглашал лорд Мирк. Папа арендовал один из кабинетов, а меня напрямую туда, сразу в коридор на втором этаже, перенес император. Так что никто даже и не знал о моем визите в это место.

Не стану описывать океан радостных слез, который хлынул у меня из глаз, когда я обняла единственного родного человека. Родню со стороны мамы я не могла принять как близких, хотя они и являлись таковыми. Не стану описывать и того, как, хлюпая носом, задавала папе вопросы о том, как он? Как здоровье? Надолго ли он сюда? Куда делась его любовница Айна, и почему он привез сюда Валли. Да и папа не особо вдавался в подробности. Айна? Изменила ему, чтобы досадить после ссоры, забеременела от своего случайного любовника и была в принудительном порядке выдана за него замуж родителями. Валлиса? Ну как он мог не помочь моей любимой подруге сделать карьеру?… Да и хотел, чтобы мы смогли увидеться.

А вот позднее, когда мы оба утолили первый информационный голод, начался более серьезный разговор о прошлом и о будущем. И тогда же я узнала то немногое, что ему было известно о происхождении мамы и о том, что происходит в клане Горгулий. Про то, что княгини Тьмы являются хранительницами части артефакта, послужившего на благо мира и способствовавшего прекращению войны темных и светлых, он, кстати, не знал. Зато поведал мне те крохи информации, которые ему сообщила когда-то мама. Совсем мало, ведь она была связана клятвой о неразглашении и не могла ничего толком сказать. Так… намеки, оговорки, отдельные многозначительные фразы.

Именно из них он почерпнул сведения о некоем обряде, который проводят княгини Горгулий со своими дочерями. И о том, что для удачного прохождения этого ритуала необходимо, чтобы девушки были еще невинными. Рассказал мне, что имел в виду в своей записке, намекая, что Ригарда как-то причастна к смерти мамы. Твердой уверенности у папы не было, но аналитический склад ума и долгие раздумья уже позднее, в Светлой империи, пока он растил меня, привели к ряду умозаключений.

Когда мама была беременна, княгиня приезжала в Калпеат с требованием вернуться домой. Анлисса категорически отказалась, и между ними произошла весьма серьезная ссора. Ригарда кричала, что дочь обманула ее доверие, что спуталась со светлым магом, хуже того, забеременела от него, что в принципе невозможно, и даже ничего не рассказала. Требовала прервать беременность, ссылаясь на традиции и жизненную необходимость. Обещала, что, несмотря на большой срок, все пройдет успешно. Упрекала дочь, что та пошла против воли предков и устоявшихся законов. Потом стала угрожать, что если Анлисса не послушается, то умрет, а она, Ригарда, не может этого допустить, ведь она – ее наследница.

Княжна в свою очередь весьма резко высказалась, что она устала от такой жизни. Что не хочет находиться в том «безвоздушном» пространстве, которое царит в их дворце. Что жаждет вырваться из предопределенности… Сказала, что с их-то репутацией на нее всерьез не глянет ни один нормальный мужчина, и ей сильно повезло, что она встретила человека с другого континента. Того, у кого нет предубеждения против клана Горгулий. Того, кто не смотрит на нее с презрением, а любит. И она не променяет его чувства и радость будущего материнства на все те блага, что ей сулит престол княгинь Тьмы.

Когда отец рассказал мне об этом и надолго замолчал, я не выдержала и спросила:

– Пап, я не поняла. Прости, но… Ты-то маму любил, а она тебя?

– Она? – Его губы тронула печальная улыбка. – Она уважала меня, ценила, дорожила нашими отношениями и была мне верна. Нам было хорошо вместе. Мы строили радужные планы на будущее, ждали ребенка. Только… В глубине души я всегда знал, что Анлисса никогда не сможет относиться ко мне так же, как я к ней. Она ведь проходила в детстве тот проклятый обряд Горгулий. Думаю, с годами она стала бы такой же холодной стервой, как и ее мать. Мне повезло, что мы встретились тогда, когда она была еще очень молода и мечтала изменить свою жизнь.