Двенадцать ведьм (СИ) - Шевцова Наталья - Страница 33

- Но как?

- Дело в том, что темным никогда не нужны были земли светлых. Темные физически не могут жить там, где много света и высокие температуры. Но в их мирах очень большой недостаток энергии, которая им нужна для обживания пустующих астероидов, для выращивания пищи, для производства, для межастероидного перемещения, в общем, для всего. Но светлые, хотя у них энергии и так хоть отбавляй, постоянно поднимали на энергию цену, и плюс время от времени захватывали новые территории темных. Компромисс был очень прост – за каждый квадратный метр территории, которой у темных так много, что даже населения не хватает, чтобы всю заселить – светлые платят им одним квадратным метром сжатого межзвездного газа или сжатого солнечного ветра, которых у светлых, неиссякаемое количество. Разумеется, не все старейшины сразу согласились. Один из темных старейшин – даже заявил, что никогда не подпишет мирное соглашение со светлыми, ни на каких условиях. Поэтому, Зевсу пришлось уничтожить один из темных миров, совсем, правда небольшой и слабозаселенный астероид, но этого было достаточно, чтобы его аргументы были услышаны. Потому, что темные, впрочем, как и светлые – уважают силу.

- То есть, получается, что советы старейшин не имеет никакого отношения к балансу Тьмы и Света?

- Наоборот, имеет, и самое прямое. Так как каждой звезде соответствует душа. То, когда рождается новая звезда – это рождается чистая светлая душа. Когда звезда становится черной дырой – это окончательно темнеет душа. Однако, слишком большое количество звёзд делает Вселенную слишком горячей и взрывоопасной для развития жизни, а слишком маленькое количество звёзд не способствует возникновению жизни, и это означает, что должен быть баланс между количеством и яркостью звёзд и количеством и активностью чёрных дыр. У обоих советов есть шар, отражающий состояние баланса между Тьмой и Светом. В состоянии равновесия – шар совершенно прозрачный. Если становится слишком много Света, то в том месте, где слишком высокая концентрация Света, загораются голубые огоньки. И, наоборот, место, в котором увеличивается концентрация Тьмы – загорается красными огоньками. Чтобы восстановить баланс – одному из старейшин достаточно дотронуться жезлом равновесия до светящейся точки. Поэтому, старейшины круглосуточно дежурят у шара.

- Если все так просто – откуда войны, пандемии и голод?

- Несколько факторов. Во-первых, нельзя вынуть одну душу и заменить на другую. Это значит, что светлая душа может вселиться только в новорожденного. А во-вторых, скорость света и расстояния во Вселенной. Душа не способна лететь быстрее скорости света и, поэтому, слишком часто на восстановление равновесия уходит гораздо больше времени, чем хотелось бы.

- Значит, боги не имеют никакого отношения к балансу Тьмы и Света и Добра и Зла? – скорее сама для себя констатировала Пандора.

          - По большому счету, нет. Кстати, что касается Добра и Зла и баланса между ними – то это, на мой взгляд, такая же загадка вселенной, как и Проведение или существование Души. Кстати, о проведении и о душе. Ниточка, связывающая душу Изабелл и ее тело – истончается, я чувствую это. Нам необходимо доставить Изабелл в древний мир как можно скорее.

- Но как же Рози? Я боюсь оставлять ее…

- Я не думаю, что наше путешествие займет больше, чем один день, может даже полдня. Сейчас отправимся, а к ужину вернемся. Не беспокойся, Астрея и Ликург – присмотрят за Рози, она будет в абсолютной безопасности.

Глава 16

ГЛАВА 16

Задача, стоящая перед ними была проста и не предвещала никаких осложнений. И сначала все так и было: просто и без осложнений.

Ганимед и Пандора вошли в зеркало и там, в коридоре межвременья, Пандора прочитала заклятие, которое должно было соединить тело Изабелл с душой. Портал не заставил себя долго ждать – открылся, как и заказывали и, главное, именно туда куда заказывали.

Они вышли на широкую дорогу, и пошли в сторону виднеющегося в дали селения. Из придорожных кустов вспархивали в бездонное синее небо жаворонки. Над их головами, в восходящих потоках горячего воздуха парил ворон. Между холмами бежала, переливаясь и подмигивая послеполуденному солнцу широкая река.

- Древний Эймсбери такой же гостеприимный и умиротворенный, как и Эймсбери современный, - нарушил тишину Ганимед, провожая взглядом ворона.

- И такой же таинственный, - почему-то поежилась Пандора, - ты, наверное, устал? – спросила она, намекая на его ношу, - мы идем уже достаточно долго, - возможно, хочешь передохнуть?

- Нет, дойдем до деревни и там передохнем, - замотал головой Ганимед, - я чувствую, что связь крепнет, мы правильно идем…

Именно в этот момент они увидели женщину, идущую им навстречу. Она рассматривала их, прикрыв рукой глаза от солнца. Приблизившись на расстояние, приличное для того, чтобы поздороваться, женщина кивнула им:

- Я – Кейт. А вас я полагаю, привело сюда Зеркало.

- Да, мы пришли через Зеркало - ответил ей Ганимед. Эта девочка, он кивнул глазами на Изабелл – по-видимому, принадлежит теперь этому миру. И мы пришли восстановить равновесие.

- Эта девочка – моя кровная родственница? – спросила Кейт, рассматривая бесчувственную Изабелл.

- Я полагаю, что внучка, если вы – Кейт Лайтнинг.

- Да. Вернее я была Кейт Лайтнинг. Я ждала вас. Я видела сон, в котором в мое окно влетела раненая голубка. А утром на дереве жизни распустился красный цветок. Как зовут мою внучку?

- Изабелл.

- Спасибо вам. И пойдемте, я познакомлю вас с Дубревом.

Пандора и Ганимед с интересом изучали британское жилище времен бронзового века. Оно представляло из себя группу, состоявшую из круглых каменных однокомнатных строений, напоминающих улей, диаметром метров шесть и чуть выше одного метра высотой, утепленных с помощью торфа и соломенной вязки. Попасть в строение можно было через маленький вход, напоминавший норку. Группа этих каменных комнаток была окружена невысокими каменными стенами.

От взгляда Пандоры не укрылся ни скотный двор, ни птичий двор. «И это жилище верховного жреца-архидруида! Как же живут остальные, те, что победнее, и представить было страшно! Никаких удобств! Ужас, да и только! Представив себя на месте Кейт, Пандора вдруг испытала приступ сильнейшей жалости к Изабелл. «Каково же будет Изабелл, когда вместо комфортного, цивилизованного мира современного Лондона она очнется в древнем Эймсбери? Как по мне, так лучше смерть! И у них тут еще и зимы бывают, б-р-р-р» - совсем расстроилась и обеспокоилась Пандора. Она подумала, что ей нужно обязательно поговорить с Ганимедом, потому что древность неожиданно приобрела совсем не романтичный практический оттенок.

Дубрев встречал их за руку с мальчиком пяти лет.

- Добро пожаловать, мы ждали вас, - мягко сказал Дубрев.

- Наш младшенький, улыбнулась Кейт. Анлуан, поздоровайся с гостями.

«Дубрев, конечно, на вид вроде добрый, и ребенок хорошенький, и Кейт не выглядит несчастной, но Изабелл все равно надо спасать» - Пандора не могла себе простить, что она раньше не задумалась о том каково будет Изабелл в древности. У нее, конечно, было оправдание – жилища в Древней Греции – во много раз комфортнее тех, что она увидела здесь, но все же – она должна была изучить вопрос с перемещением Изабелл более обстоятельно.

- Для обряда уже все готово. Я могу понести девочку, - предложил Дубрев.

- Я сам, - Ганимед боялся выпустить ее из рук, боялся, что одно его неверное движение, и Изабелл уже не вернуть. Он отдавал себе отчет, что его страх совершенно иррационален, потому что ее связь с душой становилось все надежнее с каждой минутой. Еще его беспокоила Пандора. Она с каждой минутой становилась все хмурее и хмурее. Неужели есть повод для беспокойства, о котором он даже не догадывается. Ее сила – очень беспокоила его, в последнее время, особенно потому, что он знал – самые яркие открытия его ждут еще впереди. «Надо будет при первой же возможности узнать у Пандоры, что ее беспокоит», - решил он, неся Изабелл по извилистой тропинке.