Двенадцать ведьм (СИ) - Шевцова Наталья - Страница 18

- Ты думаешь – это убийство может иметь какое-то отношение к ритуальным убийствам, и с этим связано твое видение, ну или запахоощущение?

- Очень возможно, что и нет. Я эмпат, а не провидец, но в одном старший инспектор прав – особый отдел – это отдел профессионалов в расследовании убийств. Поэтому я настроен, раскрыть это дело и вернуть в этот прекрасный, древний уголок – покой и умиротворение.

Через десять минут старший инспектор встретил их на пороге дома жертвы.

- Она знала убийцу – иначе не пустила бы его в дом и не поила бы чаем, - сообщил старший инспектор Сторн. – Значит это кто-то из местных…

- Инспектор, не спешите с выводами – она вполне могла познакомиться с кем-то в Интернете, например, пригласить в гости и…

- Вряд ли… - инспектор покачал головой. – Иза жила в Лондоне последние восемь лет, и приехала исключительно ради сестры, она хотела поговорить с вами, Ганимед, узнать, когда можно будет забрать тело и похоронить Сару…, согласитесь, вряд ли бы она приглашала в гости незнакомца из Интернета.

- Вы правы…, вряд ли, - согласился с инспектором Ганимед.

Первое, что почувствовал Ганимед, войдя в дом это ощущение холода. Температура в доме была очень низкой. Он вопросительно посмотрел на старшего инспектора.

- Мы просто ничего не трогали. Просто сняли отпечатки с пульта кондиционера.

- Убийца видно позаботился о том, чтобы тело нашли как можно позже.

Ганимед посмотрел на кровавое месиво, которое когда-то было телом молодой женщины. Она лежала в позе эмбриона, очевидно, что в какой-то момент она приняла неизбежное и просто закрылась, таким образом, от ужаса происходящего. Ганимед ощущал сильный запах металла, который мешал ему определить присутствие магии. Сейчас одежда свисала множественными лоскутами, но в момент нападения девушка была полностью одета. Судмедэкспертам еще предстоит сделать свое заключение, но Ганимед уже знал, что она не была изнасилована, как знал и то, что преступление не было совершенно на сексуальной почве. Вернее ведущим мотивом был не секс, а ярость. Что же могло вызвать подобную ярость?

- Эф, свяжись с Медеей, попроси быть ее здесь как можно скорее.

 - Она, она – одно лицо с найденной нами жертвой, - только что присоединившаяся к Ганимеду Пандора вопросительно посмотрела на инспектора.

- Сестра – близнец, - подтвердил инспектор. Пандора еще раз посмотрела на инспектора, в его мрачных глазах читалась боль и безысходность, а в сжатых губах – решимость.

- Обе сестры – много значили для вас? – спросила она тихо.

- Они были моими приемными дочерьми. Я какое-то время был женат на их матери. С Корой не сложилось, а девочки решили, что другой отец им не нужен, своих детей у меня нет - сообщил инспектор.

– Если не ошибаюсь, она боролась почти до конца, сдалась она позже, окончательно лишившись сил от потери крови. Но кровь из ее тела уходила так быстро, что шансов у нее не было – Пандора говорила очень тихо, как бы бормоча себе под нос. -  Множественные защитные раны на руках указывают на это.

- Ты не ошибаешься, - так же тихо подтвердил Ганимед.

- И он напал на нее со спины…, эта единичная глубокая рана между лопатками говорит об этом. Потом он, как будто устыдившись своей трусости, бил ее только в грудь и живот. А она отчаянно сопротивлялась, - голос Пандоры был бесцветный. Ганимед предположил, что кроме энергии мыслей, она, вероятно, видит движение энергий во временном континууме. Именно, это она сейчас и видела. Два сгустка размытой энергии, один нападавший, второй отчаянно защищавшийся.

- Как было обнаружено тело и кем, - спросил Ганимед у инспектора.

- Я обнаружил, - со вздохом ответил инспектор. Иза накануне пожаловалась на то, что двери в доме слишком громко скрипят, и я предложил прийти сегодня после работы и смазать.

- Дверь была открыта? Или у вас ключ есть? – поинтересовался Ганимед.

- Дверь была закрыта, но не на замок.

- А когда вы лично последний рез видели Изабелл живой?

- Вчера, мы обедали вместе в три часа дня.

- А вчера вы не могли смазать ей петли, потому что были с нами на кладбище, - понимающе сказал Ганимед. - Инспектор, сегодня уже поздно. Что касается следов и улик в доме, то мы займемся этим прямо сейчас. Завтра с утра, думаю также необходимо осмотреть окрестности. Если где-либо поблизости установлены камеры – соберите и передайте нам записи. Я вас также попрошу взять меня с собой, когда вы будете опрашивать знакомых Изабелл. Это можно будет устроить?

- Разумеется, да. Именно для этого я вас и пригласил. До завтра агент Зервес.

Как только инспектор и его люди покинули дом. Ганимед обратился к Пандоре, Эфалиду и Седу.

- Что скажите?

- Им, я не знаю, как объяснить, но понимаешь. Когда я поднималась в дом, я коснулась перил крыльца, затем ручки двери со стороны улицы: так вот – никто не входил в эту дверь с намерением убить. А тот, кто убивал – совершенно обезумевшее животное.

- Ты намекаешь на одержимость?

- Он либо страдает раздвоением личности, либо в нем живет нечто затаившись, либо в него вселилось нечто уже в доме…, могла ли она что-то принести в дом, что не следовало приносить?

- Ора, вот с этого момента поподробнее…, ты можешь попытаться уловить что-то более конкретное? – Ганимеду и самому что-то не давало покоя. И он не мог понять что. Убийство не казалось ему законченным, что учитывая состояние тела девушки - было невероятным предположением.

- Я не знаю, Им. У меня слишком мало информации пока. Понимаешь, энергию движения – я вижу как некое статическое движение в воздухе. То есть, некие электростатические заряды в воздухе, хаотично возникающие то там, то здесь. По-настоящему мне доступна только энергия мыслей, но здесь нет мыслей того, кто убивал. И это странно. Удары наносились в диком бешенстве и со страшной силой. Ты обратил внимание, что нож проникал настолько глубоко, что его рукоять оставила характерные отпечатки на ее коже. И если верить энергиям, то получается, что делал он это бездумно и механически, как зомби. Ты понимаешь, что это может означать? Что тот, кто это сделал – невинный человек, который теперь тоже жертва. Но информации слишком мало, поэтому я не хочу спешить с выводами.

- Возможно, ты просто пока не нашла ни одного предмета, к которому он прикасался. А возможно, он прикасался только к ножу. А ее мысли. Что думала она о нем кроме…? – боль в голосе Ганимеда была почти осязаемой.

- Она не поняла, как он вошел в дом. Тот, кто пил с ней чай – это был ее адвокат, кажется Том. Они поссорились. Кажется, из-за завещания. Но он ушел. И явился этот. И она не знала откуда. Она уронила чашку и ринулась к тумбочке за револьвером. Она успела коснуться тумбочки. И он напал на нее.

- Тома все равно нужно проверить. – твердо сказал Ганимед.

- Что-то еще?

- Из того, что можно объяснить словами – пока все, - покачала головой Пандора. Я могу получать информацию только из предметов. Ее память, так как в теле нет души, мне не доступна. Прости.

- Твоя информация очень полезна…, тебе не за что извиняться – Ганимед понимал ее фрустрацию. Ему самому тоже часто казалось, что он может больше, но делает меньше, чем способен.

- Родная сестра «нашей» ведьмы…. Это никого кроме меня не настораживает? – поинтересовался Эфалид.

- Это очень настораживает, - согласился Ганимед, - настолько настораживает, что я почти уверен, что связь с нашим делом здесь есть. Но подождем, что скажет Медея. Сед, ты знаешь время смерти?

- Это странно, но я не могу вам этого сообщить. Температура воздуха в комнате достаточно низкая, чтобы замедлить естественное течение процессов. Возможно проблема в этом.

- На моих часах было 17:10, когда я почувствовал запах крови. Если бы он на нее не напал уже тогда, то крови не было бы.

- Ганимед, я здесь, - подала голос Медея, - просто слушала, чтобы быть в курсе.

- Что скажешь?

- Связь с нашим делом определенно есть. Пандора права – убивало нечто, не из этого мира. Я останусь с криминалистами на ночь и обследую каждый предмет ее дома, чтобы исключить артефакт. И это просто предположение, пока не основанное на фактах, но родные сестры-близнецы вполне могли иметь одну душу на двоих. Я слышала о подобном. Но не знаю, насколько это правда. Так вот представь себе ситуацию, что проделан сложнейший ритуал, сроки жмут – и тут выясняется, что душа… как бы это объяснить – не в полном составе. Половинку души невозможно синтезировать в Философский Камень – потому что она несовершенна с точки зрения завершенности и полноты.