Нити судьбы (СИ) - Трусс Анастасия - Страница 129

- Не думаю, что причина в том, что он не хочет тебя видеть, – покачал головой Кай. – К тому же, какие слова Саварис Кавэлли сказал Николь? Что он не хочет, чтобы дорогой ему человек грустил. Мне кажется, что он имел в виду тебя.

- Думаешь?

- А кто, кроме тебя, в «Шисуне», может иметь отношение к демону?

- Да, ты прав, – усмехнулась я. – Но, всё же… мне, в какой-то степени, жаль, что он не зашёл. Хотя, я его и не знаю, но, как ни как, а он мой родной отец.

- Не думай об этом. Когда захочет – тогда и явится. Сейчас важнее другое. Когда у тебя день рожденья?

- Послезавтра, – затихшим голосом произнесла я. – Знаешь… До тех пор, пока ты об этом не заговорил, я как-то и не задумывалась над этим. Точнее, старалась не думать. Не верится, всё-таки, что в этот день я могу просто взять и умереть. И всё только из-за того, что мой отец не был человеком.

- Ты не умрёшь, котёнок.

- Ты в этом абсолютно уверен? Если – да, то мне бы твою уверенность. А вот мне страшно. Очень. Если бы у меня было чуть меньше гордости, то я бы заперлась в какой-нибудь маленькой комнатушке и сидела бы там, дрожа от страха. Знаю, что это ни черта бы не помогло от того, что меня ждёт, но…

- Всё будет хорошо. А сейчас, иди-ка ко мне, котёнок.

Кай взял меня за руку. От его прикосновения по всему телу словно прошел разряд электрического тока. Я чувствовала, как контроль медленно от меня ускользает. Сердце билось через раз. Его взгляд так близко, что мои и без того спутанные мысли путались еще сильнее. Во рту пересохло. Трудно было дышать. С замиранием сердца я наблюдала, как он медленно наклоняется ко мне, сокращая расстояние между нашими губами. Еще никогда я не отвечала на поцелуй так яростно. Я отчаянно впивалась в эти мягкие губы, которые, казалось, единственные могли подарить такое наслаждение. Он заставлял меня забыть обо всем. Обжигающий жар его кожи сжигал меня. Я ощущала себя вздыхающей от облегчения в его объятьях. Я чувствовала, как страх уходит… Я верила, что всё будет хорошо.

Смотря на спящего Кая, я думала: «И, всё-таки, он тиран! Столько раз он давил на меня, приказывал, но… Я уже не могу без него. Трудно поверить, что совсем недавно я его, буквально, ненавидела».

- Почему Милена не спит? – спросил Блэк, как всегда, игнорируя двери и появляясь сквозь стену (хоть, и в человеческом облике).

- Да вот, думаю, как я дошла до жизни такой, – вздохнула я. – А ты что-то слишком часто стал принимать человеческий облик. Ты же его не любишь.

- Не люблю, – согласно кивнул салер. – Но в таком виде я сильнее, а Милену надо защищать.

- Спасибо, конечно, за заботу, Блэк, – улыбнулась я. – Но у меня и так, в последнее время, желающих меня защищать стало слишком много.

- Неважно. У меня в жизни только одна цель и я буду ей следовать, во что бы то ни стало.

- Говорят, что салеры похожи на кошек, но мне кажется, что в тебе больше собачьей преданности.

- Я, всего лишь, хочу, чтобы с Миленой всё было в порядке.

Через пятнадцать минут Блэк мирно спал со мной на подушке. А я продолжала размышлять: «Всё-таки, в том, что я попала в «Шисуну» есть и хорошие стороны. До того, как я сюда попала, я привыкла считать, что мне никто не нужен. Я привыкла считать, что могу быть совсем одна. Но… мне некого было позвать, когда мне снились кошмары; когда мне было страшно. Я никогда бы не хотела бы вернуться в ту реальность, в интернате. Сейчас я даже рада, что стала марионеткой Кая, как бы странно это не звучало. Я и не подозревала, что человек, вроде него, может настолько свести меня с ума. Но, дело не только в Кае. Блэк, Николь, Лави, Дэм… даже Лекс и Загир… Все они – это те люди, которые дали мне понять, что одиночество – это вовсе не признак крутизны, а просто пустота. И тишина….».

- На тебя перед сном какие-то философские мысли нашли? – с любопытством спросила Адалисса.

Я снова сидела в кресле, в гостиной в чёрно-красных тонах. Только в этот раз я оказалась здесь сразу – ни по какому коридору я не шла. И одета была не в вечернее платье, а, как Адалисса и обещала в прошлый раз, в джинсы, футболку и кроссовки.

- Знаешь, смотря на тебя, мне так неуютно. Странно смотреть на саму себя, но не в зеркале. А мои мысли… Это – не философские мысли. Это – правда моей жизни, – ответила я. – Я опять сплю, да?

- Разумеется.

- И зачем я здесь? Опять будешь втирать мне по поводу того, что мне пора бы расстаться с девственностью?

- Нет, сегодня речь не об этом. Я хочу устроить тебе выходной на один день.

- Не поняла. Ты о чём?

- Тело у нас одно, а контролируешь его, обычно, ты. Было бы неплохо устранить эту несправедливость, согласись. По крайней мере, ненадолго. Я хочу весь завтрашний день погулять, так сказать, на свободе, – объяснила Адалисса.

- Ты хочешь весь завтрашний день управлять нашим телом? Я не согласна! – возмущённо воскликнула я. – Во-первых, как ты будешь общаться с моими знакомыми, если мы совершенно разные? И во-вторых, если я, всё-таки, не смогу ужиться с этой кровью демонов во мне и умру, то завтрашний день – последний, когда я смогу пожить!

- Это не обсуждается, Милена. Твоё согласие на это не требуется. Так что, будь хорошей девочкой и посиди здесь спокойно.

- Ты что, смеёшься надо мной?! Ты неожиданно врываешься в мою жизнь, хочешь переспать с тем, кого я ненавижу, затаскиваешь меня в какие-то странные сны… А теперь ещё и это?! А что потом?! Может, ты захочешь, вообще, навсегда меня здесь запереть, а сама будешь жить полной жизнью?!

- Ты слишком эмоциональна, Милена, – поморщилась Адалисса. – Не стоит принимать всё так близко к сердцу. Один день тебя не убьёт. А то, что ты прекрасно приспособишься к крови Кавэлли – я больше, чем уверена. Полный контроль над телом я брать не собираюсь, да и не могу – на этот счёт можешь не беспокоиться. А сейчас, извини, я пойду, – Адалисса встала и направилась к двери.

- Подожди! – я вскочила с кресла и бросилась за своим «зеркальным отражением», но не успела – дверь закрылась прямо перед моим носом.

А потом случилось, вообще, непредвиденное. Сначала дверь слабо засветилась, а затем… просто исчезла. Двери не было! Была только стена – чистая, гладкая, без изъянов! Я оглянулась, ещё на что-то надеясь, но… Я была заперта в помещении из четырёх стен, без окон и без дверей. Осознав всю безнадёжность своего положения, я стала колотить в то место, где мгновение назад была дверь:

- Выпусти меня немедленно, Адалисса! Выпусти меня, мать твою! Я не собираюсь тут тихо сидеть!

Тут, мне пришло в голову, что это, всё-таки, сон. Я ущипнула себя за руку, что есть силы. Но, кроме боли, ничего не произошло.

- Это бессмысленно, – раздался откуда-то голос моего второго «я». – Это – необычный сон и такие способы не помогут тебе проснуться. Можешь общипать хоть каждый миллиметр кожи – это не поможет. Пока я не вернусь, ты не сможешь отсюда выбраться. Но, зато, ты можешь много другое. Так как это – сон – здесь возможно всё. Просто представь то, что ты хочешь и всё. Разумеется, за исключением окон и дверей. Можешь даже своего Кая представить. Тогда в комнате появится его иллюзия. Предупреждаю – иллюзия будет вести себя точно так же, как настоящий Кай. Так что, скучать тебе не придётся. Счастливого времяпровождения.

«И что мне теперь делать? – мрачно подумала я. – А главное, что будет делать Адалисса? А если она что-нибудь натворит, а все будут думать, что это сделала я? Чёрт, я даже наблюдать за происходящим не могу! Я никогда не думала, что такое может случиться! Что моё собственное второе «я» может запереть меня, хрен знает где, а само уйти развлекаться! Надо как-то выбраться отсюда, но как? Как выбраться из сна, если обычные способы не помогают?».

Бесцельно побродив по комнате минут пятнадцать и так ничего и не придумав, я села обратно в кресло.

«Адалисса сказала, что я могу представить, что угодно? Попробовать, что ли?».