Пробуждение Семаргла (СИ) - Андреева-Сапфиро Галина - Страница 58

С наступлением холодов мы катались на лыжах или коньках, а вечерами разговаривали, уютно устроившись у камина в местном кафе или у меня дома в моей личной мансарде. В гости к Гала я ходить стеснялся. Дальше поцелуев дело у нас не заходило. Я расслабился, наслаждаясь радостями бытия. Но в морозный февральский день безжалостная реальность вдребезги разбила мой хрустальный мирок.

После завтрака и психотренинга мы с ребятами спустились на третий уровень «Ковчега», чтобы продолжить занятия в спортзале. В этот момент была объявлена тревога. База ожила: красными огнями замигали табло на стенах, через громкоговорящую связь отдавались приказы, коридор около спортзала заполнился бегущими стражами. Случилось что-то неординарное.

Глава 3. Станция «Вилюй»

Мы побежали вместе со всеми. В помещении, где вдоль стен в застекленных нишах хранились костюмы спасателей со всей амуницией, уже ждали трое руководителей. Когда я начал учиться на пилота легкого вертолета, мне тоже здесь выделили нишу с костюмом, которую открыть мог только я. Германа и Горислава Высокова я знал, третий из высших чинов был мне не знаком. Герман на базе был главным по психологической и экстрасенсорной подготовке; Горислав – руководил летным составом, а Маркел был старшим тренером по физической подготовке. На базе я контактировал в основном с членами своей группы и с теми, кто нас обучал.

Горислав кратко проинструктировал:

– На Станцию Противометеоритной Защиты «Вилюй» пытаются проникнуть неизвестные. Мы получили с нее сигнал тревоги. Работаем по Протоколу-3. Объявляю пятиминутную готовность. Он нажал кнопку на своем Комконе.

– Отсчет времени пошел. Приступить к выполнению. К моему удивлению, стражи бросились не к нишам с костюмами, а выбежали через металлическую дверь с закругленными углами, которая давно вызывала у меня любопытство. Она всегда была закрыта. Куда она вела, я не знал.

В комнате остался Герман, Маркел и наша группа. Герман распорядился:

– Вы ребята остаетесь на базе под командованием Маркела. С нами отправятся только двое: Захарий и…, он вдруг посмотрел на меня, и Глеб. Возможно, нам пригодятся твои способности.

Я чуть не раскрыл рот от удивления. Такова поворота событий я не ожидал, так как еще не прошел инициацию.

– Иди в свою комнату, надень комбинезон с термоподогревом, летную куртку на меху на всякий случай и быстро возвращайся сюда. Я буду тебя ждать.- Скомандовал Герман.

В шкафчике с одеждой в специальной кобуре висел мой жезл. Не знаю, что толкнуло меня взять его с собой, но я прицепил его к ремню комбинезона, схватил куртку с капюшоном и помчался к Герману. Мы вышли через металлическую дверь, которая была толщиной не менее полуметра. Такие герметичные двери стоят где-нибудь в банках или на подлодках. А зачем она здесь? – Задался я вопросом на бегу. Дверь за нами со щелчком закрылась. Пробежав по небольшому коридору и снова пройдя через дверь – двойник первой, мы оказались на мосту. До дна пропасти, где среди булыжников бежал ручей, было метров пятьдесят. Верх терялся во тьме, а далеко справа виднелся квадратный проем, сквозь который падали косые лучи солнца. Они освещали гигантские горельефы по обе стороны моста, изображавшие двух людей в странных длинных одеяниях и высоких головных уборах, прижимавших к груди по большой сфере. Внутри сфер мерцали снопы белых искр.

– Жрецы или атланты? – Задался я вопросом.

– Жрецы атлантов! – Решил я на бегу.

– Мост, в случае эвакуации, легко обрушить и избавиться от преследователей, если уж до того дойдет. – Пояснил Герман.

– Не отставай!

С другой стороны моста, пройдя через еще одну бронебойную дверь и коридор, мы оказались в помещении, знакомом мне по прошлой базе Аркаим-5. Это была рубка космического корабля – автономного Модуля с повышенной защитой и индивидуальной системой жизнеобеспечения, рассчитанной на два года. Модуль был скомпонован с основной базой Аркаим. Правда, этот модуль был гораздо меньше того, который я видел на Аркаиме-5. По размерам он был таким же, как тот, в котором я нашел кольцо Химеры.

В двух из четырех кресел, расположенных у стены, сидели Захарий и Горислав. Сзади них по окружности в два ряда, в шахматном порядке, располагались еще шесть кресел.

– Садись! – Герман указал мне на крайнее кресло слева от Горислава, а сам уселся с другого края.

– Вертолеты слишком медленное средство передвижения. Мы полетим на этом Модуле. На Аркаиме-6 имеются космические Модули двух типов. Три из них рассчитаны на проживание ста человек в каждом. Они предназначены для эвакуации. Остальные вмещают десять человек экипажа и используются как транспортные средства.

– Когда ты пройдешь инициацию, – обратился ко мне Горислав, – я буду обучать тебя пилотированию этих Модулей. Большой называется корвет, а этот маленький – яхтанг, от слова «яхта».

– Яхтанг – космическая яхта, она имеет защиту и вооружение. – Пояснял Горислав, положив ладони на сканеры перед собой. Они вспыхнули ярко-зеленым светом и тихо зажужжали. Яхтанг просыпался.

На боковых стеновых панелях зазмеились цепочки из янтарных сот. Платы на основе кристаллов были встроены в обшивку корабля. «Ток», несущий команды и информацию инициировался не электронами, а более быстрыми – фотонами в переменном магнитном поле. Раздвигались наружные экраны, закрывающие иллюминаторы, имеющие форму больших окон с закругленными углами. Я увидел, что мы находимся в круглой шахте, черные обсидиановые стены которой стремительно уходили вниз: мы взлетали. Через несколько секунд яхта вырвалась на волю и, набирая скорость, полетела над заснеженными вершинами Тянь-Шаня. Вскоре мы вошли в слой облаков. Дальше полетели, словно в молоке, смотреть было не на что, и я задумался, почему меня взяли на операцию, проводимую Стражами.

Мои способности в последние полгода существенно возросли. Если товарищи в спортивных состязаниях и при единоборстве в основном полагались на физическую силу, лишь иногда используя свои внутренние резервы, свою энергию Ци, как ее называют китайцы, то я пользовался ею постоянно, автоматически, наряду с физической силой. Причем, полагаясь больше именно на эту внутреннюю энергию, чем на возможности тела. Мне приходилось постоянно ее контролировать при единоборстве или, например, при игре в волейбол, так как я мог случайно нанести вред соперникам. Я видел, что мои возможности теперь гораздо выше, чем у любого из группы. Пока я контролировал себя, скрывая свою реальную силу, так как не знал, как ее воспримут окружающие, в том числе и мои наставники. Мне не хотелось выглядеть монстром в их глазах.

– Время подлета до Вилюя тридцать пять минут, – сообщил Горислав.

– Так быстро? С какой же скоростью мы летим? – удивленно спросил я. Лететь до Якутии было далековато.

– Полтора километра в секунду, – ответил пилот.

– Значит, до Станции 3150 километров, – быстро подсчитал я в уме.

– А летим мы со скоростью четыре и семь десятых скорости звука, равного у поверхности земли триста тридцать метров в секунду.

– Ого! Самый скоростной сверхзвуковой истребитель-перехватчик МиГ-25 лета ет со скоростью 3400 км/сек. Это равно 940 м/сек. А мы летим быстрее его более чем в полтора раза. Почему же не ощущается перегрузка? Наоборот, я чувствую себя легким как мыльный пузырь. Если бы не захваты, так бы и воспарил над креслом.

– Ты прав! Сейчас в кабине гравитация равна семь десятых от обычной. – Ответил Горислав.

Наша яхта вырвалась из пелены облаков, и солнце залило кабину. Стекла иллюминаторов потемнели.

– Гравитация – производное магнитного поля Земли. – Продолжил объяснять Горислав.

– Энергия магнитного поля постоянно циркулирует между полюсами планеты, образуя двойную сеть эллипсов. Но так как наш шарик не стоит на месте, а несется в пространстве, то движение энергии в реальности представляет собой две спирали, два вихря, вращающиеся в разные стороны. В центе земли они уравновешиваются, нейтрализуются. Там напряженность магнитного поля равна нулю, то есть, получается черная дыра, в которую падают все материальные предметы с поверхности и люди, в том числе. Но провалиться в центр планеты им не дает ее твердая поверхность. Но если бы ты оказался в болоте, где поверхность разжижена, то утонул бы, втянутый силой вихрей, вектор которой стремится в этот центр. Горислав посмотрел на меня: