Слом силы. Хроники Иввианского конфликта (СИ) - Карпицкий Артем Анатольевич - Страница 81

«Ребята мне, как родные… Были… Выросли у меня на глазах… Словно дети… мои дети… Которых у меня никогда не было…»

Зыбкий полумрак плескался в комнате, редкие лучи рассеянного света паутиной пронизывали воздух вокруг директора академии, а тот, погрузившись в свои мысли, бережно перебирал воспоминания. Он сидел, как древний дракон, охраняющий гору сокровищ… Которые давным-давно стали просто кучей позолоченных деревяшек… Но огромный ящер этого не знает, он думает, что его клад по-прежнему чего-то стоит… Он поднимает тяжелую голову и угрюмо смотрит вперед, а язычки желто-красного пламени скользят по его чешуйчатой морде, чтобы затем бесследно раствориться во все той же тьме… А он сидит и сидит, и будет сидеть так…

До скончания времен.

Старый, беспомощный, ненужный… И правда, есть ли кому дело до отжившего свой век «дракона»? Может ли старик на что-то еще сгодиться? Или весь его удел — лелеять собственные воспоминания, день за днем перебирая в памяти тускнеющие картинки? И боль… Она становилась все продолжительнее и все приглушеннее. Наверное, Китомура просто к ней привык… Наверное, в непрекращающейся мигрени не было ничего ужасного или удивительного… Наверное…

«Как же так… Почему смерть не щадит молодых… Ребята… Как же так… И… Еще… Иванна… Без нее так пусто… Я привык? Да… пристрастился… Я не могу представить, что вернусь обратно, зайду в кабинет, а дверь не откроется и на пороге не окажется знакомая женская фигура… Как же так… Почему не я? Почему я остался жив?»

Китомура задавал самому себе бесполезные вопросы, каждый раз сжимаясь, как от ударов. Он почти не слышал свое сердце, а дыхание стало таким слабым, словно у полумертвого… Директор сидел в полном одиночестве в своей комнатке, удивляясь, что ожесточенная перестрелка не зацепила его даже краем. Ни одна пуля не пробила хлипкие стены, ни один осколок снаряда не пробил затемненный пластик на окнах… Словно кто-то благословил Сэя Китомуру на жизнь.

Или, быть может, проклял.

Солнце поднималось все выше, силой вырывая природу из полусна. На удивление чистое небо поражало своей безукоризненной ясностью. Какой великолепный вид… Если не приглядываться. Ведь суть не лежит на поверхности, суть скрыта за ширмой великолепных пейзажей и улыбок, вызванных теплым летним деньком. Суть, которую директор академии мог выразить тремя словами:

«Мир дряхлых стариков…»

Эпилог

— Счастья всем!

— Нельзя…

— Почему?

— Забудут благодарность…

— Тогда… мира во всем мире!

— Опять нельзя…

— Но почему?!

— Забудь про равновесие… Поверь…

— Во что?

— Неравенство есть движущая сила…

— Так измени! Я не хочу так жить!

— Поздно…

— Что?

— Твои желания кончились…

Бескрайний горизонт впереди, а за спиной — живописные руины исследовательского комплекса. Все, что осталось от штаб-квартиры Сектора Разработок — груда бетонных обломков… И человек в желтом пальто, стоящий рядом с ними. Пустые глаза смотрят прямо на пыльное солнце, а верхняя пуговица расстегнута, будто ему жарко.

Одежда бывшего Архистратига в идеальном порядке, но он, как всегда, периодически отряхивает с нее несуществующую пыль. Возможно, этой виртуальной пыли давно стоило перейти в материальное состояние — просто для того, чтобы старания «Уриила» были не напрасными… Впрочем, человека по имени Мани Пуллит такие мелочи давно не интересовали…

Сейчас же он и вовсе замер, буквально впитывая в себя краски мира и пряча за привычными действиями разъедающую его неуверенность. Ведь «Уриил», завершивший бессмысленную, как ему теперь казалось, месть, совершенно потерял смысл своего существования. Если раньше, всего пару часов назад, бывший Архистратиг твердо знал что, как и зачем он должен сделать, то по прошествии времени его взгляды несколько изменились. Точнее — растворились в этом самом времени…

Он не знал, зачем он здесь.

Он не знал, почему он до сих пор существует.

Он не знал, что он теперь должен делать.

Но…

Он мог попытаться узнать все это.

…Ветер забирался под нелепое пальто, проскальзывал под белую рубашку, холодно приникая к коже. Эта прохлада отличалась от прикосновения простенького серебряного крестика, который «Уриил» носил на шее чуть ли не с рождения. Странное ощущение… Не противное, но и приятным назвать нельзя. Просто тихий крик тела: «Я жив! Жив! Я все еще жив!»

«Уриил» улыбнулся своим мыслям и, расстегнув вторую пуговицу, широкими шагами направился к внешнему периметру комплекса. Он не стал топтать ботинками ровный бетон и свернул в сторону, оставив палящее солнце слева. Трава под ногами была прилизана, как шевелюра Мани Пуллита, а горизонт, скрывающийся в голубоватой дымке, казался недосягаемым… Но «Уриила» это уже не могло остановить.

Он неутомимо шел вперед. Странник без смысла и цели… С мыслями, черными, как сама вечность.

No Артем Карпицкий, 1 ноября 2009 г — 21 января 2010 г, Иваново