Распутанный (ЛП) - Шоуолтер Джена - Страница 33

— Ты измотан, Эйден.

— Да, — он обнаружил, что отвечает из моря черноты. Черноты? Да, ему так казалось. Все поплыло, белое ушло, и вокруг осталась только темнота. Его веки, должно быть, окончательно закрылись. Он пытался открыть их, но они словно склеились.

— А теперь расслабляешься.

— Да. — И так и было. Безразличный, беззаботный, все еще плывущий. Ни секретов, ни проблем. Только… свобода.

Доктор Хеннесси задал ему другой вопрос, но он не разобрал слов, слишком смешаны они были. Странно, что он все равно ответил, хоть и не был уверен, что именно. Очень странно. Но его это не беспокоило. Так спокойно.

Это был рай, подумал он. Все черное, так спокойно, так тихо. Он хотел остаться здесь навечно. Может быть, Виктория сможет присоединиться к нему. Да, это было бы охренительно. Только они вдвоем, плывущие на волнах умиротворения.

Виктория.

Он нахмурился. Здесь его лечили, и ему нравилось. Мысль о ней разделила море на части. Немного света просочилось в его сознание. Где она? Что делает? Когда они увидятся снова? Он надеялся, что сегодня ночью. Предполагалось, что они встретятся, так? Разве только она будет держаться в стороне, как в школе?

Он что-то говорил, догадался он, но слова снова были ему неясны.

Ему нужно выбраться из черноты. Виктория не сможет придти сюда. Здесь не было дверей, только эта крохотная полоска, разделяющая море. Подождите. Если там не было дверей, как он попал туда? И как собирался выбраться?

Крошечная искра паники заставила полоску расшириться, и белое затопило бескрайнее море черного. Другое лечение. Он ненавидел его, но все равно не хотел встряхиваться. Это было неправильно. Что-то не так.

«Эйден».

Голос позвал его, отозвавшись эхом. Он должен был узнать его, подумал парень, все больше паникуя. Кто здесь? Он не мог преодолеть разрыв между вопросом и ответом.

«Эйден».

Его имя прозвучало настойчивей на этот раз. Может… Элайджа?

«Эйден!»

Да-да. Это был Элайджа. Что он здесь делал? Как он оказался с ним?

«ЭЙДЕН!»

— Что? — он обнаружил, что бормочет, и на этот раз он себя слышал. Его голос гремел в черепушке, будто в мозг барабанили, сотрясая его.

«Эйден, тебе нужно проснуться. Думаю, он тебя загипнотизировал».

— Что! — Его веки распахнулись, чуть не треща по швам. Дикий взгляд блуждал. Доктор Хеннесси сидел на краю кресла, одной рукой опираясь в кресло рядом с коленями Эйдена, а другой зажимал диктофон. Он наклонился вперед, держа диктофон всего лишь в нескольких сантиметрах от рта Эйдена.

С ним было что-то… не так. Под простой человеческой внешностью Эйден увидел что-то приятное, почти блестящее. Что-то… милое. Как будто у него были длинные, густые волосы. Бледные, как снежинки. Словно у него были мерцающие карие глаза вместо унылых и безжизненных, и полные надутые губы.

Живот скрутило. Его ведь не влечет к его врачу.

Инстинктивно Эйден отпихнул его, и доктор упал со стула, свалившись на пол и тяжело дыша. Ка-ко-го черта?

— И что, по-вашему, здесь происходит? — потребовал он.

Доктор Хеннесси встал на ноги со всем достоинством, которое смог собрать. Он все еще сжимал тот диктофон, но быстро спрятал маленькое черное устройство в карман, поднял очки с носа и стряхнул ворсинки с рубашки и брюк.

— Думаю, для одного сеанса достаточно. Мистер Ривз ждет тебя в приемной.

Желчь подкатила к горлу Эйдена, разъедая как кислота. Что я говорил? Что рассказал ему? Ему нужно добраться до этого диктофона. И не было ли это просто прекрасно? Его список дел с каждым днем становился длиннее.

Должно быть, доктор Хеннесси уловил направление его мыслей, потому что шагнул к своему столу и нажал на телефоне кнопку.

— Да? — донесся женский голос из микрофона.

— Пожалуйста, дай знать мистеру Ривзу, что мы с Эйденом закончили. Он может забрать парня.

Хорошо сыграно. Глаза Эйдена сузились, когда он сел. Сейчас он ничего не мог сделать, не закатывая сцен. Впрочем, он вернется и заберет диктофон. И неважно, что для этого придется сделать.

Глава 12

На ранчо Эйден съел сэндвич. Или пять. После этого он принял душ, пока мистер Томас стоял за кабинкой и орал на него. Парень обхватил руками насадку для душа, горячие брызги попадали прямо в лицо. Он пытался не переживать по поводу того, что его первый совместный душ был с другим парнем.

— Пахнешь, как моя сестра, — сердито проворчал фея. — Где ты был?

Значит, мисс Брендал говорила правду.

— Расскажи мне о ней. О твоей сестре. — Например, она сначала нападает, а потом задает вопросы? И наблюдала ли она за Эйденом без его ведома? Кроме призрака принца, рядом не было фей, о которых он бы знал.

— Ты не тронешь ее! Слышишь меня? Сначала я убью тебя.

— Я тебя слышу. Я уверен, тебе тяжело будет пережить подобную угрозу, раз уж ты мертв и все такое. — Ему не стоило поддерживать разговор, но он, в самом деле, надеялся, что Томас смирится с тем, кто он есть, и успокоится. — Для справки, у меня нет цели причинять боль твоей сестре.

Наступила тяжелая пауза. Преходящая, как всегда.

— Я хочу уйти. Почему я не могу уйти?

— Чтобы уйти из этого мира, тебе придется посмертно сделать то, о чем ты жалеешь, что не сделал при жизни, — ответил Эйден, повернувшись. Это он знал наверняка, учитывая тот факт, что именно так он потерял милую, заботливую Еву.

Томас скрестил руки на груди.

— Мое последнее желание было убить тебя.

— Тогда полагаю, мы застрянем друг с другом надолго, потому что ты не можешь держать оружие. — Эйден покрутил кран, напор воды уменьшился, затем прекратился. Он шагнул из кабинки и схватил полотенце.

Томас продолжал разглагольствовать, но Эйден легко отключился. И не из-за всякого лечения.

По пути домой Дэн велел ему продолжать принимать новые таблетки, чтобы предотвратить панику наподобие вчерашней. Он даже проводил Эйдена в комнату и проследил, чтобы тот положил маленькие белые таблетки на язык и сглотнул. Конечно, как только Дэн ушел, Эйден тут же выплюнул их в мусорку. Ему нужно лучше раскладывать все по полочкам, чтобы не быть рассеянным, как сегодня в лесу с Шенноном. Или может быть, он просто был слишком занят, чтобы слушать.

Что доктор Хеннесси с ним сделал? Он чуть было не обмолвился Дэну о гипнозе, но передумал, когда Дэн стал сторонником операции «прими свои таблетки».

Нахмурившись, Эйден осмотрел себя и обернул полотенце вокруг талии. Он неслышно прошел по коридору в свою спальню. Она была пуста. Где Шеннон? Он слышал бормотание из других комнат, где-то сердитое, но двери были закрыты и он не мог сказать, кто с кем дрался. Поздно вечером парни обычно уединялись с соседями по комнате и расслаблялись.

Со вздохом Эйден оделся в привычные джинсы и футболку.

— Ты снова уходишь? — проскрежетал Томас, требуя его внимания. Призрак вышагивал из одного конца комнаты в другой. — Куда ты идешь? Ты не можешь оставить меня здесь!

«Надень что-нибудь сексуальное», — сказал Калеб. — «Мы увидимся с Викторией».

«Оставь его в покое», — ответил Элайджа. — «У нас есть более важные дела. Хочу сказать, на самом деле, важные. Никто не вспоминал несколько дней о родителях Эйдена. Их поиск принесет пользу всем нам».

Его родители. Ему удалось «предать их забвению» за несколько дней. Эффект от слов Элайджи был такой, словно его толкнули под мчащийся автобус.

Они бросили Эйдена, когда тот был совсем крохой, и с тех пор не интересовались им. Он до сих пор ненавидел их за это. Ему нужно поговорить с ними как можно скорее. Они могли знать, почему он был таким. У них могли быть родственники, такие же, как он.

Более того, ему все-таки лучше поискать попутно информацию об Элайдже, Калебе и Джулиане. Кем они были, и о чем желали в последнюю минуту. Тогда он сможет освободить их, если они все еще хотели уйти.

«Тебе не терпится уйти или что?» — спросил Джулиан телепата.