Наступление Ночи (ЛП) - Мессенджер Шеннон - Страница 74

— Верно, — пробормотала Софи, глядя через светящиеся над ними световые люки. — Я забыла, что сейчас середина ночи.

Глубокая, почти болезненная усталость стянула ее тело, напоминая.

— Может быть, вы, ребята, должны пойти домой и немного отдохнуть, — предложила Снадобье.

— Я не оставлю брата, — сказала ей Биана.

— И я, — согласился Фитц.

— Не похоже, что кто-то из нас смог бы спать, — добавила Софи.

— Ну, тогда вы, возможно, захотите вернуться в коридор, — сказала им Снадобье. — Теперь, когда раны Альвара запечатаны, мне нужно покрыть его кожу ревелдастом, чтобы убедиться, что он не покрыт никакими ферментами огров для отслеживания.

Они были на полпути к двери, когда Там замер.

— Это ты сделала? — спросил он Биану, указывая на свой портрет, нарисованный его мамой, на котором теперь красовалась зубчатая челка.

Биана кивнула.

— Я собираюсь исправить портрет и Линн тоже… если ты не против.

Улыбка Тама была широкой, когда он приблизился, чтобы полюбоваться ее работой. Мазки кисти были поспешными, а серебряные кончики — слишком серыми… но картина, наконец, выглядела его копией.

— Ты шутишь? Это лучшее, что я видел за долгое время!

— Эм, не хотелось бы портить этот момент, но вы, ребята, должны это увидеть, — сказала Снадобье позади них.

Они все развернулись и обнаружили пятно светящегося фиолетового цвета на пятке Альвара.

— Я думала, что начну с его ног, так как вы все еще здесь, — сказала она, пригнувшись, чтобы лучше рассмотреть отметку. — Думаю, что это какое-то клеймо. Форма очень специфична, и отметина выглядит вдавленной в его кожу.

Софи подошла поближе, косясь на закрученные линии, изгибающиеся друг вокруг друга, прежде чем разойтись спиралями. Это напомнило ей падающую звезду.

— Что это значит, когда ревелдаст светится фиолетовым? — спросила она.

— Понятия не имею, — сказала Снадобье. — Я видела только красный или зеленый. Но я не очень разбираюсь в огрских ферментах. Мы должны спросить леди Каденс утром.

— Почему бы не связаться с ней сейчас? — ответила Софи. — Она часть Черного Лебедя, верно? Мы все этим занимаемся. Почему она не может?

— Полагаю, что это справедливо, — сказала Снадобье, вытащив Импартер из кармана. — Но это не я звонила, когда придется столкнуться с гневом разбуженной леди Каденс.

— Я позвоню, — предложила Софи, забирая Импартер и отдавая команду прежде, чем передумала.

— Лучше бы этому быть важным! — рявкнула леди Каденс, ее голос звучал низко от сна, когда пухлое лицо заполнило маленький экран. — И я имею в виду жизненно важно!

— Возможно, — сказала ей Софи. — Что означает фиолетовое свечение?

Леди Каденс зевнула.

— Я должна знать, о чем ты говоришь?

— Ревелдаст, — сказала ей Софи. — Что означает светящийся фиолетовый, когда вы покрываете что-то ревелдастом?

— Я никогда не видела, чтобы что-то становилось фиолетовым, — сказала она. — Ты уверена, что это не голубой?

— Вы скажите мне. — Софи поднесла Импартер к пятке Альвара. — Сегодня вечером мы захватили члена Невидимок, и мы нашли этот след на его пятке, пока искали любой способ, которым они могли бы его выследить.

— Ну, я никогда не видела ревелдаст такого цвета, так что я не уверена… подожди. Ты можешь выключить свет в комнате?

Там щелкнул пальцами, не оставив им ничего, кроме бледного лунного света и фиолетового свечения, которое стало намного ярче, и имело небольшое мерцание, с намеками белого перелива.

Леди Каденс судорожно вздохнула.

— Заключенный в отключке?

— Да, — ответила ей Снадобье. — Как для психических стимулов, так и для всех моих средств. Знаете, что они ему дали?

Мучительно долгая пауза повисла, а затем леди Каденс сказала:

— Так светится метка с остатком сопоридина.

Глава 51

— Должно быть, Невидимки нашли источник пищи для Баколлосисии, — пробормотала леди Каденс, — иначе у них никогда не было бы доступа к такому огромному количеству сопоридина.

— Огромному? — спросила Снадобье, указывая на светящийся знак на пятке Альвара, который был едва больше дюйма.

— Так и есть, — заверила ее леди Каденс. — Эта отметка, по крайней мере, в десять раз больше, чем капля, которая пролилась на меня, а это было значительное количество.

— Сопоридин… об этом было в свитке, присланном Кифом? — спросила Биана.

— Да, — сказала леди Каденс, пустившись в краткое объяснение редкой аминокислоты. — Я, честно, не понимаю, как Невидимки могли с этим справиться. Я снова прочла свои заметки, и Баколлосисиа была глубоко ошибочным созданием. Не могу представить, что их поддерживает.

Софи уставилась на шелушащуюся пудру, покрывающую ее кожу, чувствуя, как кусочки складываются воедино.

— Это должен быть пепел.

— Это то, что в настоящее время размазано по тебе? — спросила леди Каденс.

Софи кивнула:

— Вот почему Невидимки собрали пепел с мест цветения.

— Кто-нибудь объяснит, что это значит? — спросила леди Каденс.

Фитц кратко изложил о двадцати местах, где горело Эверблейз, ныне покрытых цветами, и как они нашли там растущие сонные лилии, дремотные ягоды, эфирные и сладкие тени.

— Пепел, — медленно сказала леди Каденс. — Я пытаюсь представить, как это будет работать.

— Ну, разве не ты говорил, что Баколлосисии нужен азот? — спросила Софи, обращаясь к Грэйди. — И разве не ты говорил, что в золе Эверблейз есть азот, и поэтому пепел такой холодный?

— Я далеко не эксперт в алхимии, — признался он. — Так что это было частично предположение. Но Эверблейз — солнечное пламя, вызванное с неба. И я почти уверен, что оно поглощает азот, когда проходит через атмосферу.

— Так и есть, — согласилась Снадобье.

— И во фрисине тоже есть азот, я думаю. — Софи закрыла глаза, пытаясь представить себе формулу единственного вещества, которое гасило Эверблейз.

Она не могла понять большинство символов, но узнала среди них азот.

И Совет щедро посыпал пожары, чтобы остановить это пекло.

— Но бактериям нужно больше, чем просто азот, — напомнила леди Каденс. — Баколлосисие также не хватало способности сломать элемент.

— Может быть, именно здесь появляются гномьи растения, — предложила Софи. — Или, может быть, квинтэссенция во фрисине тоже является частью процесса. Или Эверблейз может как-то изменять азот. Или… я не знаю, я ужасна в этом деле. Но разве не ты говорил, что это был эксперимент, когда мы были на местах цветения? — спросила она Фитца. — Что, если они сожгли различные растения Эверблейз и ждали, когда Совет погасит пожары фрисином… может быть, они даже сделали что-то еще и с почвой тоже, что объяснило бы, почему там сейчас так много цветов. И затем они собрали все это и протестировали на Баколлосисие в Наступлении Ночи, пока не нашли то, что сработало.

— Все это кажется осуществимым, — признала Снадобье.

— Вы можете выключить свет и показать мне метку снова? — спросила леди Каденс, и Софи передвинула Импартер обратно к пятке Альвара, когда в комнате потемнело. — Это определенно сопоридин, — прошептала леди Каденс, будто ей нужно было убедиться. — И с тем количеством, которому он подвергся, удивительно, что он все еще дышит.

— Его жизненные показатели крайне слабы, — сказала Снадобье. — Но они устойчивы.

— Как вы думаете, сколько времени потребуется для того, чтобы сопоридин испарился? — спросила Софи, уже боясь ответа.

— Я потеряла три дня от одной доли того, чему он подвергся, — сказала ей леди Каденс. — И с учетом того, сколько я вижу на его коже, уверена, что он будет в отключке в течение нескольких недель. Может, месяцев.

— Месяцев? — Новые слезы навернулись на глаза Софи, и она была рада, что темнота могла их скрыть.

Месяцы, пока их единственная возможность найти ее семью, на самом деле, была бы полезна.

— Предполагаю, это означает, что нет никакого противоядия? — спросила Снадобье, когда Там снова включил свет.