На краю Дикого Поля (СИ) - Ежов Сергей - Страница 74

  - Поясни.

  - Похлёбка и каша, хорошо потомившись, становятся более вкусными и сытными, напиток из кипятка стрелец может выбрать сам. Кому-то больше нравится отвар зверобоя, кому-то узвар из сушёных ягод или фруктов. Пить по последнему твоему приказу велено лишь кипячёную воду, а омовение кипячёной водой предписано тем же приказом.

  - И как тебе тот приказ, разумен ли?

  - Откровенно говоря, государь-надёжа, кипячёная вода не так вкусна как родниковая или колодезная. Однако за семь месяцев, что действует приказ, случаев поносов или несварения желудка среди стрельцов и начальных людей стало много меньше, буквально по пальцам пересчитать, а чтобы разом заболели с десяток и больше, то не было ни разу. Словом, очень правильный приказ.

  - Ну-ка покажи, как работает сия механика.

  - Начнём с топки. Топить её можно чем угодно: дровами, углём, кизяком, соломой или травой, скрученной жгутами, чтобы слишком быстро не горела... всё принимает топка. Чистится легко: вот колосники а под ними сборщик золы. Вынул, вытряс, да и готово. Топка отапливает два котла, в которых как раз и сварены нынешняя гороховая похлёбка с копчёными рёбрышками и перловая каша с бараниной и овощами. По кругу, кроме дверки, топка охвачена баком с водой, которая постоянно греется. Когда надо набрать водя, то для этого предназначен вот этот кран. - сотник открыл кран, показав, как из него потек крутой кипяток. В случае, когда в баке нет воды, чтобы железо не прогорело, от топки он отделяется вот этими щитками, что сейчас используется как подставка для посуды.

  - А это что за ящики?

  - В этом железном ящике, обрати внимание, великий государь на резину под крышкой, это чтобы внутрь сырость не проникла, хранятся крупы, макароны или иной боящийся сырости провиант.

  - Макароны? Что это за крупа, не слышал я никогда.

  - Макароны не крупа, великий государь, а особая лапша, которую выделывают на твоих фабриках. Стрельцам макароны очень даже по вкусу, едим с большим удовольствием. Вот банка, в которой как раз и упакован килограмм макарон.

   Сотенный вынул из-за голенища нож, и ловко вскрыл прямоугольную, похожую на кирпич, банку с макаронами. Царь взял макаронину, покрутил в руках и сунул обратно.

  - Да, - сказал он - припоминаю, подавали мне такую лапшу. А мясо где храните?

  - По возможности стараемся питаться свежей убоиной, поскольку хранение убоины больше суток летом, тем же твоим приказом строго воспрещено. Мясо хранится вот в этом лужёном ящике, а после ящик непременно отмывается с солью, мылом и горячей водой.

  - Что с консервами?

  - Консервы, которые поставляют нам твои, великий государь, заводы, очень разнообразны и на диво вкусны. Соизволь осмотреть их тут, на отдельном столе. Вот мясные консервы: свинина, говядина, баранина, курица, утка, гусь. А вот дичина.

  - Дичина это что? - развеселился царь - что поймали, то в банку и сунули?

   Присутствующие охотно посмеялись.

  - Нет, великий государь, это кабан, олень, лось и заяц. Но их прислали нам только на пробу, для проверки. Сразу скажу, очень вкусно.

  - С мясом разобрались, а это что за жестянки?

  - Это изволишь видеть, великий государь, готовые каши и щи. Каши нужно только разогреть, впрочем, лучше всё же налить чуточку воды и довести до кипения, а в щи воду добавлять обязательно. Тут и с мясом, и с овощами, словом две дюжины наименований, и все сделаны превосходно, если позволишь шутку, великий государь, то у них один недостаток: съел и ещё хочется.

   Присутствующие опять посмеялись.

  - А вот в отдельный ряд поставлены банки с сушёными кашами, щами, похлёбками. Имеются и сухофрукты, о коих я тебе уже докладывал. Прошу обратить внимание, великий государь, вот на этой повозке, что стоит рядом с полевой кухней, содержится запас провианта для полной сотни на десять дней, а если добавлять в котёл грибы, коренья и прочие дары природы, чему, согласно тому же твоему приказу, усиленно обучаются стрельцы, то можно продержаться месяц и более.

  - Благодарю тебя, сотник, за интересный рассказ. Пойдём теперь, покажешь новую обувь и накидки, которыми мне очень хвастался Григорий Григорьевич Колычов.

  - Прошу простить мою дерзость, великий государь, - вступился за начальство сотник - но в похвалах Григория Григорьевича новой обуви и плащам, нет ни капли нет ни капли хвастовства. Они в действительности настолько хороши, как он говорит. Позволь тебе это показать?

  - Покажи.

   Сотник кликнул одного из стрельцов, тот накрылся прорезиненной плащ-накидкой, а десяток стрельцов опрокинули на него по ведру воды. Когда стрелец снял с себя плащ-накидку, то все увидели, что он совершенно сухой. В свите государя одобрительно загудели.

  - А теперь разуйся! - скомандовал стрельцу сотник, и тот быстренько скинул сапог - Видишь, великий государь, стрелец стоял в изрядной луже, однако портянки у него совершенно сухие. Это оттого что применены новые подмётки и новый клей для проклейки швов. В такой обуви твои стрельца будут гораздо реже и меньше болеть, а значит принесут тебе много больше пользы.

  - Интересно. Из таких, казалось бы, мелочей и слагаются победы. - вынес своё суждение царь, и окружающие одобрительным гулом поддержали его.

   На этом показ завершился, и я наконец-то сумел отправиться домой.

  ***

  -Итак, Родион Сергеевич, остаёшься за меня на хозяйстве. Если всё сложится благоприятно, то так и будешь начальником Горнозаводского приказа, а я пожалуй, возьмусь основывать приказ Морских дел. Но это, как ты сам понимаешь, если всё пойдёт как надо и если будет на то монаршее соизволение.

  - Базой своей всё-таки избираешь Свирь?

  - Да, её. Удобное место. Там полноводная река, почти прямой путь на Балтику и, что важно, возможность контролировать телодвижения шведов, именно их я считаю главным противником на первом этапе.

  - В Новгороде всё-таки полегче.

  - Полегче, да. Именно поэтому я и посылаю туда Артамона Палыча Ремизова. Он отличный организатор производства, но на Свири выше опасность военного нападения, а он, как человек на войне бывавший, может слегка растеряться. Да и веса, чтобы давить на архангелогородцев может не хватить.

  - Ну да, там у них подготовленного дерева чуть ли не на три тысячи, а ты это серебро мимо их рта проносишь - усмехнулся Родион.

  - Видишь, и тебе всё понятно.

  - А семью зачем с собой тащишь?

  - Это не моё решение, а Олимпиады Никитичны. Думаешь, у меня в доме всё так просто?

  - Не думаю а знаю. У меня в доме тоже так.

  - В народе говорят: муж голова, а жена шея. Куда шея повернёт, туда голова и смотрит.

  - А ведь верно! - Родион расхохотался над бородатой для моего времени шуткой.

  - Главное направление, как это ни покажется тебе странным, это работа и развитие научно-исследовательских лабораторий, училищ и школ. Вернее, на первом месте должны стать школы, потом училища, а потом лаборатории. И постоянный поиск и поощрение светлых голов. Душевно тебя прошу ни на мгновение не терять из виду это направление, ты же знаешь, что Русь должна держать отрыв от догоняющих её стран, а наука, научное мышление, изобретательская и конструкторская деятельность как раз и обеспечивают наше первенство.

  - Ты постоянно это твердишь, сколько я тебя помню.

  - Правильные слова не грех и повторить.

  - Согласен. И слова правильные, и мудрость за ними стоит немалая. Больше того, есть у меня мысль продвинуть просвещение ещё дальше: чтобы во всех сёлах и больших деревнях, рядом с нашими заводами и рудниками открывать хоть небольшие школы, где за неимением учителей стали бы обучать самые грамотные из мастеров и рабочих. Может даже приплачивать за это.

   Вот так на глазах рождается система ликбеза. Великолепно!

  - Прекрасная мысль. А я, пока не уехал, дам команду отпечатать букварь и арифметику, хотя бы по несколько тысяч экземпляров.