Стражи времени (СИ) - Ванин Сергей Викторович - Страница 88

— Ну-ка, взяли «бригадира» и к дверям, шагом марш! — скомандовал Воронцов подручным Никодима. Те молча повиновались.

Оказавшись в тамбуре, Сергей распахнул хлипкую дверь вагона. Поезд как раз замедлил ход, подъезжая к очередной станции. Никодим застонал и открыл глаза, ошалело осматриваясь по сторонам.

— Бери Никодима на плечи и сигай на свежий воздух! — Велел Сергей Ежу.

Тот немедленно взвалил главаря себе на плечи и застыл в дверном проёме вагона.

— Пшёл! — Сергей отвесил Ежу мощный пинок под зад.

Последний, остававшийся в тамбуре, бандит решил действовать самостоятельно. Сделав пару шагов назад, он разбежался и, сильно оттолкнувшись, бросился вон из тамбура.

— Дышать легче стало, — пробурчал Сергей, поднимая с заплёванного пола тамбура часы, пиджак и бумажник, отнятые шпаной у интеллигента и, возвращаясь с добычей обратно в вагон.

— На, прими по описи. — Воронцов бросил мужчине его вещи.

Тот лишь быстро кивнул головой в знак благодарности и стал перебирать отвоёванное Сергеем добро.

— А где эти? — испуганно глядя на Сергея, спросила девушка.

— Эти вышли, — Воронцов неопределённо махнул рукой, — стыдно им стало, решили сойти, не попрощавшись.

— А они не убьются? — не унималась девушка.

— Очень надеюсь, что убьются, — Воронцов с интересом посмотрел на попутчицу. — Я не понял, вам, что, жалко их что ли? Это же шпана первостатейная!

— Нет, просто я очень испугалась, — девушка замялась. — А вы, кто? Сотрудник милиции, наверное?

— Я — борец со шпаной на общественных началах, — ответил Воронцов, улыбаясь. — Езжу в поездах и защищаю от всяких ублюдков симпатичных библиотекарей. Кстати, как вас зовут?

— Таня, Татьяна Лаврова, — протянула руку девушка. — Я, как уже говорила, работаю в библиотеке детского дома. Он расположен недалеко от Тулы.

Сергей подпрыгнул на дощатой лавке.

«Да это же про эту Татьяну писал Бородин, — в миг сообразил Воронцов. — Вот как бывает! Именно эту девушку я должен доставить в квартиру Линке, неужели она его дочь?»

— Что же вы замолчали? — Татьяна встревожено смотрела на собеседника. — Вас как зовут? Вы так и не представились.

— Меня зовут Сергей. Я друг человека, который хорошо знаком с неким профессором Линке, — Воронцов внимательно следил за Таниной реакцией на его слова.

Девушка побледнела, руки, сжимавшие связку книг, мелко затряслись.

— Моя фамилия Лаврова, — неуверенно проговорила она, — Иван Фридрихович Линке мне не знаком. Я не понимаю, о ком вы говорите.

Девушка покраснела и уставилась в окно.

— А я не говорил, как зовут Линке. — Сергей взял девушку за руку и повернул к себе. — То, что его зовут Иваном Фридриховичем, сказали мне сейчас вы, Таня. Бросьте хитрить, у вас это получается неубедительно. Искусству обманывать, тоже нужно учиться, в прочем, как и любому другому.

— Ах, какая теперь разница, всё равно всё вскрылось, — Татьяна заплакала. — Да, я дочь профессора Линке, я не Лаврова, но я взяла фамилию умершей девочки, что бы выжить. Я не предавала отца, так получилось. Отца расстреляли, как контрреволюционера, но он не был белогвардейцем, не свергал Советскую Власть. Когда нас разлучили, я была маленькой девочкой, я…я..

— Полно вам, профессор жив, — Сергей прервал сбивчивый рассказ Татьяны на полуслове. — Мало того, он вас разыскивал всё это время, и, наконец, нашёл. Мыс вами должны немедленно возвращаться в Москву!

— Но я живу и работаю под Тулой, я— библиотекарь в детском доме, — не уверенно начала девушка.

— В Москве тоже есть детские дома, а в них имеются библиотеки, — безапелляционно заявил Воронцов. — У вас паспорт с собой?

— Конечно, — кивнула Таня, — по паспорту я получила книги для детей, их мне выдали в специальном распределителе.

— Книги можно отправить по почте, — Сергей уже вывел Татьяну из поезда, следующего в Тулу. — Пойдемте быстрее, сейчас будет состав на Москву. Видите, толпа на станции пришла в движение?

Девушка послушно ускорила шаг.

Подошедший вскоре поезд еле тащился, и до дверей квартиры профессора они добрались уже за полночь. На звонок долго никто не отвечал, наконец, за дверью послышалось шевеление.

— Кто там? — старческий голос был полон тревоги.

— Не бойтесь, профессор, Я друг Семёна Бородина, — прокричал Воронцов, опасаясь, что старик глуховат.

Дверь тут же отворилась. Из тускло освещённого коридора вышел худой сутулый человек. Растрёпанные седые волосы и очки с толстыми стёклами делали его старше своих лет.

Старик подслеповато сощурился и, сняв очки, взглянул на визитёров.

— А я уж подумал, меня арестовывать пришли, а как услышал, что вы от Семёна Бородина, сразу успокоился, — старик достал носовой платок да так и застыл в изумлении.

— Папа, папа, папочка, — Татьяна бросилась к отцу и порывисто обняла его. — Я именно таким тебя и помнила, только ты тогда моложе был.

Профессор пошатнулся, и Сергей вовремя подхватил его под руку.

— Танюша, дочка, как я искал тебя, — Линке едва мог говорить, слёзы текли по его лицу.

Воронцов втолкнул обоих в прихожую и закрыл входную дверь.

— Таня, пусть отец присядет, — Сергей усадил старика на табурет, — А то, не дай Бог, в обморок от счастья упадёт.

Таня и Иван Фридрихович беседовали часа три. Воронцов даже успел вздремнуть, примостившись за кухонным столом. Сергея разбудил возбуждённый голос старика.

— Давайте-ка чай пить, — профессор весь светился от счастья, — У меня есть настоящий грузинский чай, и сахарок тоже имеется.

— Не рановато ли? — Сергей взглянул на ходики, мирно тикавшие на кухонной стене. — Пятнадцать минут четвёртого, не расцветало ещё. Может подождём часок, другой?

— Нет, нет, — суетился Линке, собирая на стол.

Сергей вздохнул и присоединился к старику, помогая тому вынимать из буфета разнокалиберные чашки. Кроме чая и сахара у Линке имелось полбуханки чёрного хлеба.

— Папа, как ты питаешься? — с ужасом спросила Таня, — Как только откроются магазины, куплю продукты, и, обязательно, сушки!

— Сушки? — удивился Воронцов.

— Её покойная мать тоже очень любила сушки, — грустно улыбнулся Линке, — что поделаешь, наследственность.

Однако приступить к чаепитию им не удалось. Едва уселись за стол, тренькнул дверной звонок. Звонили два раза коротко и один— длинно.

— Это Семён, — обрадовался Линке, — раньше так всегда звонил Вахтанг Дадуа, об этом условном сигнале я рассказал лишь Бородину.

Через минуту усталый, не выспавшийся Семён появился на кухне.

— Здорово, — Бородин крепко пожал руку Воронцову, — Мигун, сволочь, пропал. Нутром чую, пакость задумал. Ты побудь здесь, Сергей. Мы с Зубаревым вечером подъедем. Антон сейчас к полковнику Язеву решил обратиться. Говорят, что Язёв к Вахтангу благоволил. Если Язёв нас под своё крыло возьмёт, может, всё благополучно и закончится.

— Мне, Сеня, кристаллы искать нужно, — развёл руками Сергей, — хотя, всё так лихо закрутилось и переплелось, не поймёшь, что и делать.

— Сегодня сюда Мигун заявится, руку на отсечение даю, — горячо выпалил Бородин, — Ты здесь нужен, поверь!

— Хорошо, — согласился Сергей, — А кто такой Язёв?

— Полковник Язёв, — один из замов Берии, очень могущественный человек, — пояснил Бородин. — Ну, ладно, до встречи. Мне пора, я на минутку заходил.

— А вы, Сергей, в каком ведомстве служите? — старик заварил наконец чай и разливал его по чашкам.

— Я, Иван Фридрихович, к вам из будущего прибыл. С Семёном мы уже здесь познакомились, а сам я живу и служу тоже в Москве, только в 2010 году, и изобретение ваше у нас активно используется. Кстати, чтобы не быть голословным, позвольте передать вам, так сказать, послание от потомков, — Воронцов поднялся с табурета и вышел в коридор. Взяв с вешалки свой пиджак, он аккуратно надорвал подкладку и вытащил на свет тонкую ученическую тетрадь.

— Что это? — недоумённо спросил Линке, принимая из рук Сергея тетрадь и открывая первую страницу.