Стражи времени (СИ) - Ванин Сергей Викторович - Страница 15

— Здравия желаю, Вахтанг Георгиевич! — козырнул подполковник.

— Приветствую, Виктор! — Вахтанг с удовольствием пожал протянутую руку летчика, Рогозин был отличным парнем и превосходным пилотом. — Ты уж нас извини, Бога ради, ждать тебя заставили: дела, понимаешь, раньше никак не могли.

— Ерунда, Вахтанг Георгиевич, Лаврентий Павлович, вот только беспокоится. Звонил лично прямо на аэродром, узнавал, почему до сих пор не улетели. Вы бы с ним связались.

Пришлось Вахтангу идти к начальнику аэродрома, чтобы из его кабинета позвонить в приемную наркома. Соединили лично с Берией, тот попенял другу на нерасторопность и велел держать в курсе дела, а по прибытии явиться на доклад.

Вернувшись к самолету, Дадуа отметил, что багаж профессора погружен, а торе мужчин ждут только его возвращения. Рогозин приставил к люку лестницу-трап и пассажиры поднялись по ней в нутро самолета. Салон поражал простотой и удобством. Небольшой столик и стул были прикручены к полу, лампа, стоящая на столе тоже была прочно закреплена. Прямо перед столиком компактно располагались несколько откидных кресел. Через двадцать минут стальная птица, разбежавшись, взмыла в воздух и взяла курс на Уральский хребет. Антон и Иван Фридрихович сразу же заснули. Вахтанг, закрыв глаза, намечал дальнейший план действий.

Полет прошел нормально, покидая борт, Вахтанг еще раз от души пожал руку Рогозину, поблагодарив его за быструю доставку. Тут же обозначилась и встречающая их группа. Дадуа еле слышно выказал недовольство. Ну, что за ненужная помпа! К прибывшим подъехал «форд». Через несколько минут к «форду» присоединилась полуторка. В кузове, по меньшей мере, два отделения солдат.

Вахтанг Георгиевич? — обратился к Дадуа толстячок в чине майора. — Разрешите представиться! Командир особого полка войск госбезопасности, майор Скворцов, а это мой зам — капитан Грошев.

— Здравствуйте, товарищи офицеры, — Дадуа пожал руки обоим. — Ну, к чему такое беспокойство? Можно было бы и одну полуторку с водителем прислать. Неудобно, ей Богу, вас от дел отрывать.

— Не каждый день к нам из Москвы товарищи приезжают, — майор приглашающим жестом указал на «форд». — Садитесь, пожалуйста.

Профессор и Зубарев забрались в легковушку. Двое бойцов погрузили в кузов полуторки профессорский ящик.

— Я с бойцами в кузове поеду, проветрюсь немного, — Дадуа проворно вскочил в грузовик и уселся на свободное место. Рядом с ним на лавочке восседал круглолицый сержант.

— Куда едем, товарищ Дадуа? — спросил Скворцов. — В штаб полка или сразу в Большие Борщи?

Сейчас вечер уже, давайте сразу в деревню, — ответил майору Дадуа, удобнее устраиваясь на лавке. Машина, взревев, тронулась с места, фары вырывали из синей темноты бетонное полотно взлетно-посадочной полосы. Выехав за пределы аэродрома, полуторка начала подпрыгивать на ухабах грунтовой дороги. Было довольно прохладно, Вахтанг поднял воротник шинели и извлек из кармана пачку «Казбека».

Закуривайте, ребята, — Дадуа пустил пачку папирос по кругу. — Долго ли ехать до ваших Борщей?

— Часа три ехать придется, — за всех ответил круглолицый сержант. — Сейчас дорога получше будет, побыстрее дело пойдет.

— А есть ли среди вас кто-нибудь из этой деревни родом?

— Я сам борщёвский, — степенно, не торопясь, ответил сосед Дадуа, наслаждаясь «Казбеком».

— А что, Андрея Андреевича Копылова, участкового тамошнего, знаешь? — Вахтанг мысленно похвалил себя за то, что предпочел тряску в кузове полуторки комфортному нутру офицерского «форда». Информация сама шла к нему в руки, лучше жителя этой деревни никто не расскажет про личность местного милиционера.

— Как не знать, знаю, конечно. Копылов — мужик надежный, честный, работящий и по службе у него полный порядок. Всех пьяниц да бузотеров местных приструнил. Он, вон, за три села отвечает, так везде люди ему благодарны, никто и слова худого по Андрея Андреевича не скажет.

А я слышал, у него жена не так давно умерла, — Дадуа придал голосу нарочито скучающий тон. — Так от после этого выпивать начал, мерещиться ему всякая ерунда стала…

— Да кто вам такое мог сказать? — сержант щелчком выкинул за борт окурок папиросы. — Да Андрей Андреевич в рот ни капли не берет. Что до смерти жены, что после! Любил он жену сильно — это да! А выпивка — это не про него. А что мерещится что-то, возможно. Там вся деревня чумная ходит с некоторых пор. Рядом с болотом, с неба камень огненный свалился, метеорит, по-научному, называется. Вот с тех пор и началась ерунда всякая. А вы разбираться туда едете?

Да, разбираться едем, — Дадуа узнал все, что его интересовало. — Ты сержант, не рассказывай, кому ни попадя про то, что в Борщах творится. Сам знаешь, время, какое нынче.

— Это точно, — сержант подобрался. — Враги кругом! Мы всё понимаем, политинформации регулярно слушаем. Врагов народа и шпионов иностранных выявлять надобно, да к стенке ставить без суда и следствия.

«И этот туда же! К стенке ставить» — с тоской подумал Дадуа. Достав из кармана папиросы, Вахтанг протянул их сержанту:

— На, кури и товарищей угощай.

— Спасибо! Уже почти приехали, товарищ начальник.

— Какой, говоришь, дом у участкового?

— Вот сейчас у сельсовета остановимся. Второй справа дом и есть Копыловское жилище.

Вахтанг выбрался из кузова грузовика и подошел к «форду», который прибыл несколькими минутами ранее.

— Товарищ майор, — обратился Дадуа к Скворцову. — Завтра к семи утра в Больших Борщах должен быть батальон бойцов из вашего полка. Так же, мне понадобится грузовой автомобиль без шофера.

— А квартировать где будете? — поинтересовался майор.

— Мы остановимся у участкового, — решил Дадуа. — Пусть ваши люди доставят ящик с оборудованием к дому Копылова.

— Слушаюсь. — Скворцов вытянулся в струнку.

— Тогда, спокойной носи! — Вахтанг повернулся и, взяв с собой Антона и профессора, пошел к дому Копылова. Впереди них двое бойцов, пыхтя, тащили ящик Линке.

— Во, хлыщ, — Скворцов сдвинул фуражку на затылок. — Москвич, нас за валенков держит, к бабке не ходи.

— Ты с ним поосторожнее, — остудил пыл начальника Грошев. — Я слышал, что он при Берии советником числится.

— Да! Это точно. С таким ухо востро нужно держать. — Скворцов полез в «форд». — На хрена ему батальон бойцов? Он, что, воевать собрался, что ли?

— Делай, что велят! Им в Москве виднее. Небось, из-за метеорита этого прикатили. Плюхнулся он тут, на нашу голову. — Грошев тяжело вздохнул, и уселся в машину.

Дом у Копылова был небольшой, но основательный. Видно было, что хозяин строил его на века, надеясь прожить в нем долгую счастливую жизнь. Сейчас, несмотря на поздний вечер, одно окно было освещено керосиновой лампой. Дадуа толкнул калитку, вошел во двор. Собаки у Копылова не было, хозяйственные постройки выглядели мертвыми. «Наверное, как умерла жена участкового, тот перестал держать скотину. Целый день на службе, заниматься живностью некому», — подумал Вахтанг. Антон поднялся на крыльцо, постучал в дверь.

— Эй, хозяин, пустишь переночевать?

— Кто такие будете? — в дверном проеме показался приземистый человек. На нем были милицейские галифе, тельняшка и меховая безрукавка.

— Товарищ Копылов, Андрей Андреевич? — в разговор вступил Дадуа. — Мы из Москвы, по поводу вашего письма приехали, насчет непонятных явлений! Вы же самому товарищу Берия писали.

— Точно! Писал, — участковый обрадовано улыбнулся. — Наконец-то серьезные люди этой проблемой заинтересовались. Заходите, раздевайтесь, располагайтесь поудобнее. Я сейчас на стол соберу.

Гости вошли в дом. Дадуа и Зубарев внесли ящик, поставили его в сенях. Копылов угостил постояльцев вареной картошкой и напоил чаем. После ужина все улеглись спать.

Вахтанг проснулся в пять утра, уже брезжил рассвет. Он потихоньку встал, направился к сельсовету. Сельсовет располагался в старинном помещичьем доме. Здание было сделано из кирпича и смотрелось на редкость нелепо. Парадный вход обрамляли странного вида колонны, похожие на гигантские бутылки из-под вина. Второй этаж выглядел гораздо массивнее, чем первый. От этого создавалось впечатление, что дом вот-вот завалится вперед.