Праксис - Уильямс Уолтер Йон - Страница 109

— Массимо, ты сделал все, что нужно.

Он вздрогнул и оглянулся.

— Спасибо, миледи. Хотя… если бы я не задремал, то мог бы…

— Нет, — покачала она головой. — Рорти забыла подключить биомонитор к разъемам шлема.

Штурман подумал, затем угрюмо кивнул. Сула вздохнула. Если бы не забыла, подумала она, то осталась бы калекой, а не трупом. Неизвестно, что лучше.

— Массимо, сможешь поработать пилотом и штурманом до конца вахты?

— Да, миледи.

— Тогда рассчитай, как нам догнать эскадру.

Возвращавшимся кораблям предстояло обогнуть Вандрит, один из газовых гигантов системы Заншаа, и теперь, после непредвиденной задержки, «Дели» должен был прибавить несколько лишних g, чтобы догнать остальных.

Санитары, наклонив тяжелые носилки, с трудом протискивались мимо амортизационных кресел. Сула смотрела, думая о скачках давления, лопнувших артериях и кровоизлияниях. Рорти едва исполнилось двадцать, и она была в прекрасной форме. Ещё несколько месяцев такой жизни, и на носилках окажется половина команды.

Сула посмотрела на шлем, который держала в руках, и поняла, что не заставит себя его надеть. Без свежего воздуха можно сойти с ума. Ощущая привкус мертвых губ, она вытерла рот рукой и, бросив шлем и перчатки в специальный мешок, влезла на кресло.

Вазы и чашки, статуэтки и сервизы… Изящные линии, нежные благородные оттенки, прохладная поверхность под кончиками пальцев… Только не эти золотые волосы, колышущиеся в темной воде!

Однако было ясно, что, сколько бы слайдов она ни впихнула сегодня в свои сны, все они превратятся в кошмар.

На следующий день, проснувшись с тяжелой головой и чувствуя себя так, будто ее всю ночь колотили палками, Сула отказалась от завтрака, ограничившись несколькими глотками горячего молочного напитка с пряностями, обогащенного белками и углеводами. Приятный аромат успокаивал воспаленные нервы.

— Я уже упоминал, что лейтенант Сула обменивается с капитаном Мартинесом математическими формулами? — обратился с улыбкой Фути к Моргену, временному командиру корабля.

Тот, однако, не выказал особого интереса. Под глазами Моргена набухли темные мешки, вокруг рта появились морщины, которых не было месяц назад.

— Что ж, замечательно, — кивнул он, глядя в сторону.

— Они с Мартинесом пытаются пересмотреть всю нашу тактическую схему, основываясь на уроках Магарии, — продолжал Фути. — Похоже, Мартинес высоко оценивает способности лейтенанта Сулы.

Морген рассеянно поднес ко рту лепешку, потом вдруг насторожился.

— Мартинес советуется с вами в вопросах тактики? — взглянул он на девушку.

И в самом деле, то, что капитан-лейтенант лорд Гарет Мартинес, личность известная и даже знаменитая, советуется по поводу управления боевой эскадрой с самым младшим из лейтенантов, представлялось в высшей степени удивительным.

— Он спрашивал меня о некоторых вещах, — осторожно кивнула Сула.

— Ну… — задумчиво протянул Морген, прожевывая лепешку, — тогда, может быть, вы и с нами поделитесь?

У Сулы совсем не было настроения читать лекции, тем более вышестоящим офицерам, однако она сумела, не слишком запинаясь, кое-как объяснить суть. Фути, который слушал на редкость внимательно и даже ни разу не перебил, вдруг развернулся и, переключив настенный экран в математический режим, вывел на него ту самую формулу, которую Сула накануне переслала Мартинесу.

— Из вашего письма, — улыбнулся он, ловя изумленный взгляд девушки.

Морген пробежал формулу глазами, потом принялся изучать снова, символ за символом.

— Очень интересно, — закивал он. — Не могли бы вы объяснить поподробнее?

Бросив на Фути усталый раздраженный взгляд, Сула принялась рассказывать. Желание начальства — закон.

Мартинес как зачарованный глядел на десять ярких пятен, светящихся на дежурном дисплее. Выждав секунды две, чтобы голос звучал спокойнее, он заговорил:

— Приказ по эскадре! Прекратить ускорение… — он взглянул на хронометр, — в 25:34:01.

Ворота номер один и номер два находились на расстоянии 4,2 световых часа друг от друга, так что наксиды должны были войти в систему чуть больше четырех часов назад. Они выполняли торможение, очевидно, намереваясь задержаться в системе Хон-бара. Теперешнее их местонахождение трудно было определить точно, однако, по всей видимости, приказ был развернуться вокруг солнца и лететь к планете. Пока они не подозревали о присутствии противника, но всего через несколько часов ситуация изменится.

Корабли Мартинеса также двигались не прямо к Хон-бару, а в направлении газового гиганта Сок, гравитационное поле которого зашвырнет их к солнцу, и затем по сложным кривым вокруг ещё трех массивных планет должны были пройти обратно сквозь первый тоннель и вернуться на Заншаа. Они шли по более жесткой орбите, чем вражеская эскадра, и при обоюдном сохранении курса могли догнать наксидов по ту сторону звезды.

Теперь, однако, ситуация коренным образом менялась. Наксиды наверняка постараются пройти за солнцем быстрее и встретить противника лицом к лицу. Предстоит бой, и во вспышках антиматерии гибель ждет многих, если не всех.

Глядя на дисплей и размышляя, Мартинес вдруг осознал, что не услышал подтверждения своего приказа.

— Связист! — рявкнул он. — Приказ по эскадре!

— О! Простите, лорд каплей, я не расслышал…

Кресло Шанкарашарьи находилось позади капитанского, и Мартинес слышал лишь голос в наушниках шлема.

Мартинес проворчал сквозь зубы, жалея, что не может взглянуть лейтенанту в глаза:

— Приказ по эскадре. Прекратить ускорение в… — Он снова сверился с часами, понимая, что прежний срок уже вышел, — в 25:35:01.

Двадцать пять тридцать пять ноль одна, милорд, — отчеканил Шанкарашарья, принимаясь за работу. После паузы он добавил: — Сообщения от кораблей эскадры, милорд. Они заметили следы вражеских двигателей. Вам нужны координаты?

— Нет, просто подтвердите. — Мартинес повернулся к мичману первого ранга Мабумбе. — Ходовой отсек, заглушить двигатели в 25:35:01.

— Есть, милорд. В 25:35:01.

— Шанкарашарья!

— Милорд?

Мартинес сделал многозначительную паузу, чтобы на сей раз приказ был расслышан.

— Сообщение для командующего Дофага через ретрансляционную станцию. Десять вражеских кораблей только что вошли в систему Хон-бара. Сообщите их курс и скорость.

— Есть, милорд! Десять кораблей, курс, скорость — командующему.

Станции связи, оборудованные на обоих выходах всех межпространственных тоннелей и снабженные мощными коммуникационными лазерами, непрерывно передавали новости, распоряжения и другие данные, образуя единую информационную сеть империи.

Прозвучал сигнал сброса ускорения, шум двигателей стих, и Мартинес всплыл над креслом, удерживаемый ослабевшими ремнями. Измученная постоянным давлением грудная клетка расширилась, впуская целительный воздух, ребра хрустнули. Мартинес встретился взглядом с Вондерхейдте, сидевшим за оружейным пультом, потом посмотрел на Мабумбу.

Мичман был в числе тех, кто помогал увести «Корону» с мятежной Магарии, так же как и наблюдающие операторы Трейси и Клер. Штурман-стажер Дием, с тех пор успевший получить сертификат навигатора второго класса, сидел на том же месте, что и во время мятежа, как и пилот Эрукен. Рядом с ними находились стажеры, принятые на Заншаа.

Кадет Келли, пилот катера, которая в тот решительный момент взяла на себя обязанности офицера-оружейника, вернулась на свой обычный пост, уступив место Вондерхейдте, а младший лейтенант Шанкарашарья занял место связиста. Рядом сидел сигнальщик-стажер Маттсон.

Это были самые надежные люди Мартинеса, если не считать Махешвари, старшины ходового отсека в машинном отделении, ещё одного ветерана. Мартинес весьма сожалел, что в рубку нельзя было взять Келли. Шансов выжить в предстоящем бою у нее было маловато: при Магарии уцелел лишь один катер — тот, которым управляла Сула.

Впрочем, на кону стояла жизнь не только Келли, но и всех остальных, включая экипажи всех кораблей эскадры, подчиненной Мартинесу.