Ловец (СИ) - Мамаева Надежда - Страница 75

<p>

Сгусток плазмы впечатался в косяк, не задев нападавшего, зато сухое дерево тут же занялось.</p>

<p>

Руферт отправил в полет третий нож.</p>

<p>

Доля секунды, чтобы сделать выбор: увернуться и сохранить шкуру, или принять клинок и пустить в ответ аркан.</p>

<p>

Тэд выбрал второе. Не из благородства. Просто он отчетливо понимал, что уход из-под этого лезвия – всего лишь миг отсрочки. Доля секунды, за которую его могут как вновь попытаться прикончить, так и улизнуть.</p>

<p>

Ловец чуть подался вперед, навстречу ножу, и тот вгрызся своим острием в правое подреберье. Боль прошила, вспорола грудь, выбивая воздух, скручивая и выворачивая наизнанку. Но Тэда это не остановило. Аркан бездны, что не просто обездвиживает противника, а начинает пить его жизненные силы, считался условно–запрещенным. Зато плетение давало гарантию: попавший в него точно не сбежит.</p>

<p>

Руферт заорал, но его крик заглушил звук упавшего косяка: дверь уже была вся в огне, и пожар медленно начал расползаться по комнате, поедая ткань обоев, закусывая ковром, плотоядно облизываясь на кровать.</p>

<p>

Сознание Тэда так и норовило отправиться погулять куда-нибудь подальше от больного на всю голову хозяина, но ловец, упрямо сжав зубы и усилием воли прогнав мельтешащие перед глазами цветные круги, начал вставать.</p>

<p>

Раненый поднимался под крик все больше похожий на агонию: шулер метался в путах аркана, а те рассекали его кожу, резали ее, впиваясь в вены, пропитываясь кровью, и, крепчая, затачивались до остроты лезвия.</p>

<p>

Тэд, цепляясь за кровать, встал. Сначала на четвереньки, потом, уперев ладони в колени – разогнулся. Он не стал вынимать лезвия – слишком велика была вероятность того, что просто упадет, когда кровь хлынет из раны потоком.</p>

<p>

До стены, к которой оказался прикован Руферт, было всего пять шагов. Пять шагов, как пять миль по дороге из битого стекла, когда из обуви – лишь босая кожа ног. Тэд прошел свой личный путь боли и уперся рукой в стену. В паре футов от его пальцев языки огня плясали свой безумный танец.</p>

<p>

– Умирать, так вместе? – выдохнул в бледное до синевы лицо Руферта ловец.</p>

<p>

Шулер, в полной мере осознавший, что вот эта минута – возможно, последняя в его жизни, забился еще отчаянней. Катале было уже наплевать на то, что путы способны перерезать его горло, отсечь руки, располовинить. Он рванул в безумном порыве, в одном лишь желании – жить.</p>

<p>

– Не хочешь подыхать? – понимающе спросил Тэд и добавил: – И я не хочу… А придется. Хотя у тебя еще есть шанс… Говорят, что правда и только правда способна разорвать этот аркан.</p>

<p>

Он блефовал, но лгал, как дышал, настолько правдиво, что и сам в этот момент почти верил в свои слова. Тэду было плевать, что сказанное – обман, что снять аркан может только лишь тот, кто его создал. Или путы опадут сами, со смертью их хозяина. Главное, что Руферту об этом было невдомек.</p>

<p>

Катала сглотнул, но в его рту все равно остался вкус злости и отчаяния. Проиграл. Просчитался в этой короткой схватке.</p>

<p>

Руферт был из тех, кто привык рисковать, но не сумасбродно, а расчетливо. Поэтому-то, как бы он сейчас ни желал убить этого наглого блондина, который (и это было уже очевидно), никакой не праздный повеса, а минимум – наемный убийца, пришедший за его испугом, а может – и вовсе за жизнью, согласно кивнул.</p>

<p>

 Его губы сжались, по лицу катился пот вперемешку с кровью – одно из лезвий аркана пришлось на лоб.</p>

<p>

– Все, все с–с–скажу, – хрипя, подтвердил он. – Только дураки умирают в благородном молчании. Я предпочитаю жизнь.</p>

<p>

– А как же благородство аристократа? – Тэд сцепил зубы от боли, но его язвительную натуру это не удержало.</p>

<p>

– Благородство… да самый благородный в этой комнате – прожженный ковер. Он один молчит, как заправский аристократ, и все терпит, – не остался в долгу катала. – Так ты подставился лишь за тем, чтобы побеседовать о благородстве? Тогда могу сказать одно: ты знаешь толк в светской беседе.</p>

<p>

– Томас Элгрис, помнишь такого? – зло оборвал его Тэд.</p>

<p>

Руферт выдохнул, словно из всех вопросов ему задали самый неожиданный и легкий.</p>

<p>

– Помню–помню… Я ему знатно проигрался три года назад. Думал все, в долговую яму сесть придется. А старик возьми, да окочурься.</p>

<p>

– А не ты ли помог ему отправиться на тот свет? – ловец впился в лицо шулера взглядом, подмечая и упрямо поджатую нижнюю губу, и расширившийся от боли зрачок, и тяжелое сиплое дыхание.</p>

<p>

Руферт сглотнул ком в горле и через силу произнес:</p>

<p>

– Нет, не я. Да, были мысли такие, не скрою, но не успел.</p>

<p>

Зато огнь – прожорливая тварь, поспевал везде и всюду. Он уже закусил меблировкой и полукругом выплясывал около стены, где так по-светски беседовали двое бывших игроков.</p>

<p>

Тэд выматерился. Зло, отчаянно.</p>

<p>

Зря. Все зря. Этот стервец не врал. Не было ни капли лжи, ни привкуса вранья в его словах. Ловец это чувствовал. Щелчок пальцами, и путы аркана опали.</p>

<p>

– Беги, спасайся, – не глядя, бросил Тэд.</p>

<p>

Почему-то он был уверен, что сейчас катала не нападет, не будет добивать, и оказался прав.</p>