Ловец (СИ) - Мамаева Надежда - Страница 45

Тэд скривился.</p>

<p>

– Я последний идиот, который, вытаскивая эту плешивую душонку, выбирал лишь между сдохнуть сейчас от невыполненной клятвы или чуть позже, но тоже гарантировано, уже от рук коллег. – Тэд зашипел сквозь зубы, растирая запястье. На его коже змея, подобная моей, таяла, подтверждая: данное на крови слово он сдержал. – Только души осужденных на посмертие магов оказываются заключенными в ткань дамбы. Это закон.</p>

<p>

– Магов? – проницательно уточнил отец, вычленив из всего сказанного самую суть.</p>

<p>

– Да, магов, – гаркнул Тэд, стягивая напрочь прожженную куртку.</p>

<p>

– Тогда у плешивого призрака, как вы выразились, для вас, молодой человек, дурные вести. Я ни разу не маг, и в моем роду одаренных нет.</p>

<p>

– Разве? – Тэд даже замер, держа в руках лохмотья, что остались от куртки. – А она?</p>

<p>

И он бесцеремонно ткнул в меня пальцем.</p>

<p>

– Хло?</p>

<p>

– Да, папа, я, оказывается, маг.</p>

<p>

– Значит, в тебе проявилось наследство прапрабабушки по линии твоей матери. Хотя Ангелина тщательно скрывала, что в ее генеалогическом древе есть такой «гнилой сучок», как она сама часто говорила.</p>

<p>

Зато пока я узнавала интересные факты о собственных предках, Тэд, массируя висок, задал очередной вопрос:</p>

<p>

– Вы точно не маг? Можете это подтвердить?</p>

<p>

– Могу поклясться чем угодно, – горячо воскликнул папа, а затем, опомнившись, грустно добавил: – Хотя в моем положении выбор не велик. Но пусть меня ожидают развоплощение или вечные муки нави, если я лгу.</p>

<p>

Ловец напомнил мне сейчас акулу, почуявшую в воде лишь каплю крови и устремившуюся к цели:</p>

<p>

– Тогда кто заточил вас в плетение барьера? Вернее, вместо какой души, что должна отбывать там свой срок?</p>

<p>

– Я не видел того, кто меня поймал, но это произошло практически сразу же после моей смерти, в лабиринте. Утянули, как котенка за шкирку, в шкатулку из мертвого дерева, а когда выпустили, то я оказался уже в клетке нитей барьера. Вместо кого? А смрад его знает!</p>

<p>

У меня в голове не укладывались слова папы.</p>

<p>

– И готовы поклясться в этом? –Тэд еще спрашивал, а его глаза уже лихорадочно бегали по комнате.</p>

<p>

–Да, – горячо подтвердил откц.</p>

<p>

Но вместо того, чтобы стребовать клятву, ловец с досадой произнёс:</p>

<p>

– Уже нет времени! Они появиться через несколько секунд. Быстро вселяйтесь в кошку, – и уже рыжей: – Бариста, потерпи, в живом найти душу гораздо труднее.</p>

<p>

Призрак и не думал возражать, в отличие от возмущенно мяукнувшей усатой.</p>

<p>

– А теперь ты, раздевайся и живо в постель! – он почти проорал мне, замершей соляной статуей посреди комнаты.</p>

<p>

Сам ловец за секунду стянул с себя остатки одежды и пинком задвинул их под кровать, оставшись в костюме новорожденного.</p>

<p>

Я, не понимая, что происходит, вцепилась в ворот халата.</p>

<p>

– Или ты сейчас мне подыграешь, или нас упекут в тюрьму. А твоего отца – обратно туда, откуда я его только что достал, – с этими словами он сдернул с меня халат и повалил на кровать.</p>

<p>

Я охнула, когда он навалился на меня, впиваясь в шею поцелуем, и тут раскрылась воронка. В комнату вошло сразу трое ловцов с силовыми арканами на изготовку.</p>

<p>

 </p>

<p>

 </p>

<p>

 ОН</p>

<p>

 </p>

<p>

Скрипнул стул. Он откинулся на спинку и свел пальцы: большой с большим, указательный с указательным, мизинец с мизинцем. Легкие, пружинящие движенья, словно меж ладоней зажат мячик.</p>

<p>

Ему всегда так думалось легче всего. Как будто весь мыслительный процесс был сосредоточен на кончиках пальцев. Кому-то надо почесать затылок, иные стимулирую себя чашкой крепкого кофе, сдобренного бренди, а он любил посидеть вот так, чтобы соприкасалась лишь подушечки пальцев.</p>

<p>

Поразмыслить было о чем. Пять лет назад он случайно встретил девушку. Бедняцкий поселок южного сектора. Там, где плотина не высока, а воды теплы и богаты настолько, что позволяют прокормиться только лишь рыболовством, судьба свела его с Ирмой. Местные считали ее блаженной и с охотой пояснили столичному гостю, что она тронулась рассудком после огненной лихоманки.</p>

<p>

Болезнь, что чаще сводила людей в могилу, чем давала шанс на исцеление, обычно выкашивала не всю семью, а лишь тех, кому не исполнилось дюжины лет. Вот такая вот «деликатность». Эту хворь когда–то, еще в темные времена, до затопления, создали сами древние маги. Великие чародеи посчитали, что простых людей слишком много, и они, как тараканы, лишь плодят нищету. Вот и создали «жнеца», который косил бы не всех подряд, а лишь некоторых, срывался с поводка по приказу хозяина и вновь возвращался, чтобы через десяток лет снова пройтись по городам и весям.</p>

<p>

Но что-то пошло у хитроумных магов не так, и созданная ими же хворь не пожелала вернуться в руки творцов, раствориться, исчезнуть. А потом случился потоп. И вот сейчас нет-нет, да кто-нибудь в империи все же умудрялся подцепить огненную лихоманку. Среди «везунчиков» оказалась и Ирма, неделю провалявшаяся в бреду, почти умершая, но вернувшаяся из лабиринта.</p>