Тот случай между Илаем и Гвен (лп) - МакЭвой Дж. ДЖ. - Страница 30

— Мы оба только что вышли из серьезных отношений. Это может напомнить нам о страшном разочаровании, которое довелось пережить. Может быть, нам стоит немного повременить, прежде чем решиться на что-то...

Что-то большее...

— Если ты уверен, что нравишься ей, какой смысл чего-то ждать? Помнится, те двое, с которыми вы были в серьезных отношениях, не ждали.

Я устал думать об этом.

— И хватит жрать мои мюсли! — бросил я ему, подходя к двери.

— Хотя бы в первое время скрывай от нее свою патологическую жадность, если действительно хочешь пригласить ее на свидание, — заржал он.

— Уже пригласил!

Голова Логана резко повернулась в мою сторону. Я усмехнулся и захлопнул за собой дверь.

— Постой, что? — заорал он.

Зная, что он непременно последует за мной, я быстро вошел в лифт. Прежде чем двери лифта успели захлопнуться, я услышал ее голос:

— Пожалуйста, придержите двери. Спасибо!

Она вошла, болтая с кем-то по телефону и копаясь в сумочке, даже не потрудившись поднять голову.

— Нет, мне нужно удвоить количество той краски. Да. Спасибо большое. А еще, не могла бы ты отправить ко мне тех студентов-художников? Ты просто ангел с шестью крыльями, Сьюзи! Пока.

Она отключила телефон и глубоко вздохнула.

— Спасибо, что придержали две… — Она повернулась ко мне и замолчала.

— Всегда пожалуйста, — ответил я.

Лифт спустился на первый этаж, двери открылись.

— Я думала, ты уже на работе.

Я пропустил ее вперед.

— Моя смена начинается через двадцать минут. Обычно я прихожу заранее, но сегодня успею ровно к началу смены.

— Из-за меня? Я нарушила твой график сегодня утром, да?

Причина, по которой я позже вышел на работу, была в ней и в нашем совместном утре, но вовсе не в том ключе, в каком она подумала.

— Все нормально. Подвезти тебя до больницы? — спросил я у нее, когда подъехал мой шофер.

Она посмотрела на машину, потом на меня.

— Ты каждый день ездишь на работу с водителем?

— Не каждый. А как добираешься ты?

— На автобусе.

— Это что же за миллионеры ездят в этом городе на автобусе? — Я распахнул перед ней дверь.

Не знаю, почему она засомневалась.

— Ты же потянула ногу?

— И правда! — она села в машину.

Кивнув водителю, я присел рядом с ней.

— У тебя есть какие-то правила? — спросила она, пристегиваясь.

— Правила?

Она кивнула.

— Например, не разговаривать на работе или притвориться, что мы не друзья, или…

— Кто выдумал такие правила? — спросил я, заранее зная ответ.

Она не ответила, а просто отвернулась к окну. Я развернул ее голову к себе.

— Сегодня утром я говорил тебе о моем единственном правиле: «Не лгать!» Все! Если ты хочешь поговорить со мной, говори. Я не собираюсь объявлять всем вокруг, что мы… пара. Но если люди узнают, отрицать не стану. Я не Себастьян, и мне было бы противно, если бы ты начала сравнивать меня с ним.

— А ты не сравниваешь меня с Ханной?

— Я даже не думаю о ней, только о тебе. Именно поэтому я здесь. Разве ты не видишь? С каждой секундой ты притягиваешь меня все сильнее…

— Как ты это делаешь? — прошептала она, уставившись на мои губы. — Почему я вдруг стала думать о тебе в этом смысле? Мы должны двигаться не спеша, постепенно узнавая другу друга…

— Может быть, это потому, что мы уже несколько недель изучаем друг друга? — ответил я.

— А я все еще не знаю, подходишь ли ты мне.

Она слишком близко.

— Хорошо. Я заканчиваю в восемь. Как насчет позднего ужина? Я приготовлю.

— Это наше первое свидание, — произнесла она, отстегивая ремень безопасности, когда мы подъехали.

Открыв дверь, я подал ей руку и поблагодарил водителя. Она взглянула на наши руки, улыбнулась, но ничего не сказала. Только оказавшись внутри бело-голубого здания, мы разъединили руки.

— Дай мне знать, когда соберешься уходить, — попросил я.

— Буду ждать с нетерпением, доктор Дэвенпорт. — Она кивнула, помахав мне на прощание, и прошла к месту своей будущей работы.

Я наблюдал за тем, как она достала из рюкзака наушники, надела их и начала пританцовывать, не заботясь о том, кто ее видит, кивая головой в такт музыке.

— Это и есть та самая художница, которую наняла твоя мать? — доктор Сио встал справа от меня.

Пока мы наблюдали за ней, Гвен сняла жакет и бросила его на пол возле себя, оставшись в джинсах и топе на бретельках.

— Да…

— Интересно… — Он наклонил голову, наблюдая за Гвен. — Ну, приятель, мне кажется, я должен познакомиться с ней.

Он остановился, когда я положил руку ему на плечо.

— Что такое?

— Все, что ты можешь сказать ей — это «Привет». Если зайдешь дальше, пожалеешь. Наслаждайся своим днем, наполненным подтяжкой лиц и силиконовыми сиськами. — Я развернулся и пошел вверх по лестнице.

Печально, но он поплелся за мной следом.

— Она даже не в твоем вкусе.

— Женщины — вот кто в моем вкусе, ты разве не знал? — ответил я, направляясь к своему шкафчику.

Он усмехнулся, собирая свои волосы в хвост.

— Спорим, я добьюсь свидания с ней быстрее, чем такой дикарь как ты!

— Да ты что?! О какой сумме идет речь? — Я вытащил халат и брюки.

— Обычные пять тысяч баксов, и проигравший красит волосы.

Каков идиот!!!

— Идет! — Я протянул ему руку.

Когда он пожал мою в ответ, я продолжил:

— Думаю, розовые волосы тебе пойдут. Как считаешь?

— Мило! Блонд подойдет тебе больше.

Он пока еще ничего не понял. Вытащив свой телефон, я сделал видеозвонок Гвен.

— Илай? — смущенно спросила она.

— Я только хотел узнать, что мне приготовить на наше первое свидание? — Я улыбнулся, наблюдая, как челюсть доктора Сио открылась, а потом закрылась, перед тем как он показал мне средний палец.

— Да все равно! У меня аллергия только на…

— Кофе, я помню. Извини за беспокойство.

— Без проблем. Пока. — Она улыбнулась и повесила трубку.

— Иногда, приятель, мне не верится, что я — твой друг, — пробурчал он.

— А я тебя предупреждал, что любая твоя попытка с дальним прицелом будет жестко отражена, и ты пожалеешь о ней! — сказал я, завязывая шнурки. — Но ты не послушал меня. Если будешь внимательно слушать пациентов, станешь хорошим врачом. — Я похлопал его по спине и вышел.

— Когда-нибудь и я выиграю. Что делать с деньгами? Снова отдать на пожертвование больным детям?

— Ну, пусть хоть кто-то подумает, что ты замечательный доктор.

Выйдя, я увидел моих докторов-интернов: Эластичного, Четырехглазого и доктора Пучок.

— Вы опоздали, — я посмотрел на часы.

— Всего на две минуты. — Эластичный указал на свои часы. — В приемник7?

Как они унылы! Но это неплохо!

Я не ответил, только кивнул, направляясь к своему первому пациенту на сегодня. Этот день обещает быть замечательным.

Гвиневра

Отступив на шаг, я посмотрела на стену. Я здесь уже четыре часа и только обозначила контуры левого угла. Потянув руки и пальцы, я отступила еще немного назад.

— Что это?

Повернувшись, я скорее не увидела, а почувствовала, как Молли подошла к стене. Положив руки ей на плечи, я удержала малышку от падения на колени. В больничной косынке с мертвенно-бледной кожей она выглядела словно неживая. Девочка прижимала к груди своего мишку.

Ей, наверное, нельзя ходить.

— Мисс Молли?

— Привет, Гвиневра!

— Молли, не должна ли ты находиться в своей палате?..

— Нет! — закричала она, отойдя от меня, а затем побежала, но не быстро, потом споткнулась, а может быть, у нее отказали ноги.

— Молли! — Я бросилась к ней и схватила на руки. — Молли, ты слышишь меня?!

Она обняла меня руками за шею, тяжело дыша, и заплакала.

— Я хочу уйти отсюда! Я ненавижу эту больницу! Я хочу играть!

С Молли на руках быстрым шагом я пошла на пост к медсестрам. Три доктора уже бежали к нам навстречу. Их взгляды были прикованы к девочке. Однако среди них был… Как же его имя… Тот мужчина из квартиры 32С.