Злобный леший, выйди вон! (СИ) - Аведин Илья - Страница 73

- Мы хотели пытать ее, но тут появился тот мерзавец. Мы не были готовы к такому. Прости…

- Где? - еще раз спросила старуха.

- Спроси ее, теперь она вся в твоей власти.

- Где воин? – спросила, девушка, которая одна поняла истинный  вопрос древней ведьмы.

- Мне казалось, что он прыгнул за нами. Но раз его здесь нет, значит, он либо не успел пройти через врата. Либо канул во тьме.

Старуха поднялась. Кости ее захрустели так, что эхо разлетелось во все углы. Она выпрямилась, и зашагал по зале. Глаза ее закрыла полупрозрачная мембрана, какая бывает у ящериц. Она повела носом из стороны в сторону, словно пытаясь что-то унюхать. Старуха прошла мимо лежащей на полу Ивовой Ведьмы и пошла в самый отдаленный и темный угол залы. Все следили за ней. Неожиданно старуха хлопнула в ладоши и засмеялась. Стены эти слышали ее смех лишь несколько раз за многие сотни лет. И каждый раз он предвещал одно: беду. Ведьмы отошли на шаг назад, и только девушка не пошевелилась, а так и осталась стоять в своей хозяйской позе, с руками, скрещенными на груди.

- Не тот вопрос, - сказал старуха сквозь смех. – Не «где». А «когда»!

Старуха подошла к Ивовой Ведьме, опустилась не колени и схватила ее за лицо.

- Что же ты наделала, несчастная? Кого ты привела в наш мир?

- Твою погибель, – ответила Ивовая Ведьма.

Старуха рассмеялась.

- Глупая девчонка. Ты еще не поняла, что сделала. Где твоя книга? Ты не могла сделать этого без книги. Скажи сама, пока не поздно. Пока можно все исправить. Иначе каждая из твоих сестер будет выдавливать из тебя слово за словом. Звук за звуком!

Ивовая Ведьма собрала все последние силы и прошептала слова. Вокруг ее руки обвилась огненная змея.

Ведьмы отступили еще на шаг, но тут же опомнились.

- Одна жалкая змейка против всего ведьминого собора? – простеркотала Паучиха.

Ивовая Ведьма улыбнулась и сделала то, чего не ожидала ни одна из ведьм, кроме самой древней.

- Я ошиблась, ты не такая глупая.

Ивовая Ведьма направила огненного питомца себе в лицо.

***

Теодор Кительсон и Леший ждали Олега на том же месте. После того как Олег скрылся из виду, в чащу снова ударил столб молний. Слабее, чем в первый раз. Ни черного облака, ни искр. Спустя какое-то время, вновь показалась молния, но в этот раз била она не сверху вниз, а снизу вверх. Долетев до светящейся точки в небе, она исчезла. Следом за ней показалась еще одна, только не уже не стройная, как все предыдущие, а разветвленная как крона дерева.

- Как думаешь, что с ним случилось? – спросил Леший.

- Не знаю. Надеюсь, что все хорошо.

Раздался гром. Среди вечерней мглы, испещренной россыпью мелких звезд, появилась еще одна. Игриво подмигнула и разбилась, словно яичная скорлупа, освободив тем самым бушующий поток чистой энергии, который вновь поразил землю столбом молний.

Теодор Кительсон и Леший подскочили со своих мест. Звери пробудились и подняли головы. Вокруг стало светло как днем. Но как только ослепительный синий столб исчез в земле, над землей вновь повис спокойный предзакатный полумрак.

- Это птица, там над лесом? – спросил Теодор Кительсон, вглядываясь в еле заметную черную точку, парящую в небе.

- Да. Это аист. Черный аист.

- Слава Богам!

- Ты же в них не веришь.

- Это так говорится. Не обращай внимания.

Леший пожал плечами.

Едва величавая черная птица коснулась земли, как перед друзьями предстал Олег. И хоть друзья были рады, что он вернулся целый и невредимый, но лицо его говорило о том, что предприятие не увенчалось успехом. Олег не стал дожидаться расспросов, и сам выложил все, что увидел и услышал, оставив свои мысли по поводу произошедшего при себе.

- Ведьма пропала. Мое тело, разорвано на куски. Душа Бокучара пропала, а значит больше не с кем меня менять местами. Да и некому менять.

- Мне очень жаль.

- Что теперь, Тео? – спросил Леший.

- Пока не знаю. Но мы что-нибудь придумаем.

- Ведьмы искали какой-то том, - сказал Олег. - Видимо, в этой книге хранятся знания Ивовой Ведьмы. Может, если мы найдем его, то сможем узнать больше о нашей проблеме?

- Если то, что они называли томом, действительно есть книга. У ведьм все ни как у нас. Но мысль хорошая, - решил Теодор Кительсон подбодрить Лешего. – Мы с Олегом, завтра же отправимся на поиски книги.

- А что же мне делать, пока не найдется способ вернуть меня обратно?

- Знаешь, тебе это не понравится, но пока что, ты являешься наместником Лысовки, да и лес к тебе не особо приветлив. А посему предлагаю вернуться обратно и сказать, что ты был нами успешно излечен.

- Я не останусь там один!

- Ни за что! Скажем твоему гадкому советнику, что мы должны приглядеть за тобой. А теперь поехали в деревню. Как ты там говорил Олег? Очень хорошая поговорка есть про утро.

- Утро вечера мудренее.

- Именно!

***

- А точно все получилось? – спросил Мокроус, когда слуги помогли увести Бокучара в комнату. - Он все еще не похож на себя. Такой разбитый.

- Послушайте, уважаемый советник, желаю вам никогда не узнать, что значит переболеть волчьей лихорадкой. То, что он подавлен и расстроен, это самое меньшее, что могло с ним случиться. К счастью, это поправимо.

- Он станет таким как прежде?

- Конечно. Под нашим чутким присмотром.

- Вы собираетесь остаться здесь? Оба?

- Только до тех пор, пока он окончательно не окрепнет.

- Я… Мы вам крайне признательны, но, поймите наше положение. Подать, оброки, все эти сборы нынче так сильно давят…

- О, что вы. Никакой награды мы не возьмем. Поселите нас в свободной комнате в усадьбе и кормите два раза в день, а может и того меньше. Мы часто будем отсутствовать. Нам придется собрать целый урожай целебных трав, чтобы вернуть прежний настрой наместнику, а, некоторые из необходимых нам трав, настолько редки, что придется забраться в самую чащу леса.

- Комната и обед, один раз в день, - задумался Мокроус, - что ж, это можно.

- Вот и порешили. А теперь, позвольте откланяться. Тяжелый выдался день.

- Да, да. Можете занять комнату справа от лестницы.

- Увар! – позвал Теодор Кительсон.

Олег стоял неподалеку от усадьбы и смотрел, на спящую деревню. Мыслями он отправился в далекое детство, когда они жили с Сизым, в небольшой избе, от которой остался только пустырь поросший сорняком.

- Увар!

- Да? – откликнулся он.

- Пошли спать. Любезный Мокроус разрешил нам остаться в усадьбе.

- Неужели? Уже иду.

***

На следующий день, Теодор Кительсон и Олег отправились еще до восхода солнца в Глухой Бор, на поиски загадочного тома. Они дали наказ Лешему не покидать комнату под предлогом того, что у него очень сильно болит голова и видеть он никого не желает. Найдя в лесу знакомую тропу, они вышли по ней на выжженную землю, но никакой ивы там не нашли. Только голая земля, покрытая опаленной коркой и пеплом. Не было и гигантской ямы, в которую днем раньше спускался Олег. Так они и вернулись ни с чем.

- Меня теперь казнят, как убийцу людей! Я погибну человеком! – сказал Леший и упал на пол в отчаянье, чувствуя, что попал в ловушку – человеческие эмоции со всей силы атаковали его незакаленную душу.

Олег сидел, на стуле, мрачный как никогда. Теодор Кительсон смотрел через пыльное стекло, на деревню. Он протер его рукавом, и как по волшебству, в его голове забрезжила мысль, еще тусклая, словно болотный огонь, но он ощутил в ней силу.

«Не все потеряно», - решил он.

- Далеко не все! – сказал он вслух.

Часть III - Глава 23

- Сколько можно? – Князь подскочил с трона.

Спорящие купцы замолкли и пали ниц. Приближенный князя зашумели на мерзавцев, что разозлили Его Святейшество.

- Значит так. Как я скажу, так и будет. А скажу я следующее. Писарь, пиши мое решение. Повелеваю, все то зерно, что было намерено продано втридорога, под предлогом его чудодейственности, изъять в пользу князя. То есть в мою.