Исчадие ветров - Ламли Брайан - Страница 149

— Нет, — Кроу покачал львиной головой, — хотя, несомненно, вам можно простить это ошибочное предположение. Это внешне походило на телепортацию, но не имело с нею ничего общего. Даже сам Ктханид не может телепортироваться, равно как и Ардатха Элл. Самое близкое к этому понятию — перемещение с Великой мыслью. Примерно так же поступал и Ктулху, только он использовал Ньярлахотепа.

Де Мариньи кивнул.

— Теперь понятно. В момент падения барьеров все они находились в телепатическом контакте между собой.

— Конечно. Когда Лит взорвался и смял пространство-время, Ктулху повел Великих Древних по векторам, а Йог-Сотот находился с ними — поскольку он находился «везде», — чтобы проводить их сквозь врата. Оттуда они могли направиться куда угодно, но это был их наилучший шанс. Вы направлялись в Элизию. И они последовали за вами.

— Теперь мой второй вопрос, — сказал де Мариньи. — Почему именно Элизия? Разве я не мог увести их куда-то еще? Я достиг мечты лишь для того, чтобы стать свидетелем ее крушения, увидеть, как она превратилась в кошмар…

На лицо Кроу набежала тень. Набежала и исчезла.

— Нет, — ответил он, — это могла быть только Элизия. Ничего Ктулху не желал так страстно, как уничтожить Элизию. А после Элизии… перед ним не осталось бы никаких препятствий. Это должна была быть Элизия; неужели вам еще не ясно? Или вы согласились бы оставить им возможность начать с Земли и «очистить» ее. Или с Бореи? Или с любого другого из цивилизованных миров, с любой разумной расы, которую вы посещали?

— Нет, — покачал головой де Мариньи, — конечно, нет. Но это ведет к третьему вопросу. Я не могу поверить, что мы окончательно уничтожили их. Ктулху и Великие Древние были, есть и всегда будут. В этом я всегда был убежден. Но если они не мертвы, то где же они?

— Ктулху мертв? — Теперь уже Кроу покачал головой. — О нет, Анри, конечно, не мертв, а всего лишь спит! Их замороченных последователей, часть их неопытных потомков, кое-кого из мелких прислужников — этих можно уничтожить. Но не самих Великих Древних. Они неподвластны смерти. Они на самом деле бессмертны. Их тела регенерируют, перестраиваются, самообновляются. А вот их сознание, их память можно повредить, можно стереть! Ведь именно поэтому они боялись Азати: не из-за их разрушительной силы, а из-за того, что могли попасть под их влияние, заразиться! И они совершенно справедливо боялись их, потому что теперь они обзавелись шрамами — шрамами в сознании, провалами в памяти, пробелами, залечивать которые им придется, Анри, очень и очень долго. Миллиарды лет…

Эксиор К’мул прикоснулся к локтю де Мариньи.

— Вы не забыли, сын моих отдаленнейших сыновей, слова Ардатхи Элла о Ктханиде: что он тоже несравненный математик? Не только Ктулху знал все углы и закоулки. Вовсе нет. И Йог-Сотот не знал все врата. Последние «врата» — грандиозная черная дыра — так и оставались Совершенно Неведомым…

Мысли де Мариньи окончательно спутались. Он посмотрел на Эксиора, на Кроу и почувствовал, что у него отвисает челюсть.

— Спят, а не мертвы… — прошептал он. — А эта гигантская черная дыра — чудовищные ворота в прошлое. В их собственное прошлое!

Кроу улыбнулся.

— Титус, — сказал де Мариньи, скребя шершавым языком по совершенно пересохшему рту, — скажите мне откровенно, где сейчас Ктханид? Где он и остальные члены Совета Старших находятся в данный момент? Где… или когда?

— Ах! — отозвался Кроу. — Но ведь это уже четвертый вопрос, мой друг. И я не стану отвечать на него, тем более что вижу, что вы уже подошли к ответу своими собственными силами.

У де Мариньи уже по-настоящему закружилась голова, его трясло, и лишь одна мысль безостановочно кружилась у него в голове.

— Время относительно, — прошептал он скорее сам себе, нежели остальным. — Что-что, а это-то я знаю. В «начале» Ктулху и Великие Древние «восстали против Старших Богов и совершили такое отвратительное преступление, как…»

— Как… уничтожение Элизии? — подсказал Кроу.

— Но Старшие Боги отправились в погоню за ними, чтобы наказать. И там, далеко во тьме времен… давным-давно… память почти стерлась… они помнят лишь о ненависти к Старшим Богам и Элизии и… и… проклятье! Ведь это же замкнутый круг!

Кроу хлопнул его по плечу.

— Но, Анри, мы ведь всегда это знали! Конечно, это круг! Круг Ктулху…

Намного позже:

Де Мариньи наконец-то вышел из оцепенения, охватившего его разум. Его, правда, еще слегка трясло, но Морин все время находилась рядом, обнимала и целовала его.

— Куда мы направляемся? — спросил он, немного придя в себя.

— В Волопасе, близ Арктура, есть просто замечательный мир, — ответил Кроу. — Жители Элизии уже там. И Тиания. Они строят новую жизнь для себя и для нас.

— Но это не Элизия… — Голос де Мариньи прозвучал слабо и сухо.

— Но может стать ею, мой друг, — сказал Кроу, помогая ему подняться на ноги. — Я в любом случае должен попасть туда, потому что там находится моя женщина, но ведь нас никто не вынуждает оставаться. Элизия? Я любил Элизию, Анри, но посмотрите туда!

В сканерах во все стороны разбегались бесчисленные звезды космоса.

— Ничего не поделать, Анри, — сказал Титус Кроу, — эта страница перевернута. Или, возможно, начата новая? И как я, кажется, когда-то говорил вам…

— Постойте, — перебил его де Мариньи, переставший быть Искателем. Он улыбался так же слабо, но теперь в его улыбке было заметно искреннее чувство. — Позвольте теперь сказать мне. Пропади все пропадом, но на сей раз моя очередь: миры бесконечны, Титус… миры бесконечны!