Исчадие ветров - Ламли Брайан - Страница 110

— Анри? Я, кажется, видел вас, но всего одно мгновение. Если это действительно вы, то зайдите, пожалуйста, в Часы — там мы сможем поговорить. Я прибыл к вам с Великой мыслью, посланной Ктханидом. За пределами Часов я практически нематериален, но здесь я уже не совсем призрак. Только не медлите, Анри: Ктханид недолго сможет поддерживать этот контакт.

Де Мариньи не нуждался в уговорах. Бросив друзьям «подождите!», он вошел в Часы и тоже озарился пульсирующим сиянием. Секунду-другую старые друзья жадно разглядывали друг друга, а потом наконец заулыбались, рассмеялись и даже похлопали друг друга по спинам.

— Это вы, — сказал де Мариньи, — и даже, некоторым образом, во плоти! Но каким образом?

— Вы совершенно не изменились, Анри, — ответил Кроу, отодвигая собеседника на расстояние вытянутой руки. — Ни на йоту. Как и прежде, масса вопросов, на которые у меня никогда не хватало времени ответить.

— И вы тоже. Впрочем, вру: вы, по-моему, кажетесь заметно моложе! — И де Мариньи добавил уже более серьезным тоном: — Вы ошибаетесь, Титус, я изменился. И немало. Теперь мне нужно заботиться не только о собственной шкуре, но… Я хочу кое-кого показать вам. Сколько у нас времени?

Улыбка сошла с губ Кроу.

— Несколько минут. За мгновение до срока я получу краткое предупреждение и почти сразу же должен буду отправиться в обратный путь на Элизию.

— Времени хватит, — сказал де Мариньи и, оглянувшись, позвал: — Морин, зайди сюда, пожалуйста!

Она, как всегда очаровательная и невинная, сразу же, без малейшего колебания, шагнула в Часы. Кроу окинул ее коротким оценивающим взглядом; его глаза широко раскрылись, выдавая искреннее восхищение.

— Это Морин, — представил ее де Мариньи. — Родилась на лунах Бореи, происходит из того народа, который Итаква притащил туда с Земли. Что любопытно, она была моей еще до того, как я ее нашел, примерно так же, как было у вас с Тианией. Теперь мы путешествуем вместе.

Кроу обнял девушку и вновь обратился к своему другу:

— Анри, на поиски такой женщины вас тянуло еще на Земле или, между прочим, даже на Элизии.

— Там найдется место для еще одного? — раздался дружелюбный рокочущий бас Вождя. И в крошечное помещение, озаренное жутковатой иллюминацией, вошел Хэнк Силберхатт. Таково было еще одно непостижимое свойство Часов: внутри они были едва ли не больше, чем снаружи!

Вот тут-то Кроу впервые удивился по-настоящему.

— Что? — воскликнул он и, выпучив глаза, оглядел Силберхатта с головы до пят. — Хэнк? Неужели это вы? Боже мой! Мы же вместе с вами гонялись за Подземными! Сколько воды утекло, да?

— Это было… в ином мире, — ответил тот. — Но, черт возьми, действительно было! Но судя по тому, что я только что услышал, мы с вами вряд ли успеем заполнить пробелы в биографиях. Так что мы с Морин просто постоим здесь тихонечко и постараемся сдержать любопытство, пока вы с Анри будете обсуждать дела. Как я понимаю, вы, Титус, явились сюда не ради забавы, так?

Кроу сразу посерьезнел.

— Да уж, точно не для забавы. И причина оказаться здесь у меня едва ли не самая веская из тех, какие могут быть у здравомыслящего человека. — Он развернулся лицом к де Мариньи. — Я мог бы связаться с вами и быстрее, мысленными контактами, но вы не воспринимали мои сигналы. Вы, Анри, были слишком озабочены, ваши мысли занимали совсем другие вещи. Но я знал, что вы должны находиться там же, где и эти старые Часы Времени. Поэтому я мог просто прибыть сюда — совсем «во плоти» — в других Часах или даже через эти. Но сейчас все Часы, за очень малыми исключениями, находятся в Элизии и должны будут некоторое время оставаться там. Ваши часы относятся к числу этих редких исключений. К тому же использовать часы как портал значило бы переместиться сюда физически и вернуться точно так же: физически переместить меня в Элизию. Но в данный момент ничто и никто в физической форме в Элизию не допускается. Именно поэтому я прибыл с Великой мыслью, направленной Ктханидом к этим Часам. Иначе было никак невозможно.

— По мне, так вы вполне физически ощутимы, — сказал де Мариньи. Вождь молча кивнул.

— Я почувствовала, как ты обнял меня, — вставила Морин.

— Это все благодаря Часам. Они многократно усиливают мое присутствие здесь. Но вы же видели, что со мною произошло снаружи — я стал бестелесным, как привидение!

— Погодите минутку, — перебил его, нахмурившись, де Мариньи. — Вы хотите сказать, что в Элизии что-то происходит? Никто в физической форме туда не допускается… Это касается и меня?

— Анри, Элизия в осаде, — ответил Кроу, — или очень близко к тому. Это лишь вопрос времени.

— В осаде? — Искатель явно не поверил своим ушам. — Но каким образом такое место, как Элизия, можно осадить? И кто на это способен? Я имею в виду… — Он вдруг осекся и повел по сторонам выпученными глазами. — Титус, если это шутка, то крайне неудачная…

Кроу покачал головой.

— Нет, мой друг, это не шутка. Они восстанут — и очень скоро!

— Кто? — спросил, не утерпев-таки, Вождь. — Откуда угроза? Кто или что восстанет?

— Они уже восстают, — ответил Кроу. — Первородное зло, Великие Древние! Звезды уже почти сложились в нужное расположение, и Боги Круга Ктулху вот-вот освободятся. Но, Анри, это вовсе не значит, что ваше приглашение отменено. Напротив, и вас, и Морин будут рады видеть в Элизии. Ведь, если помните, это пообещал вам Ктханид собственной персоной.

— О, конечно, я это помню, — немного кислым тоном ответил его собеседник. — Но как, вообще, попадают в Элизию? Титус, я долго и старательно искал дорогу. Поверьте, дружище, я, можно сказать, лез из кожи. И очень хорошо осознал, что вы имели в виду, когда сказали, что в Элизию нет прямой дороги. Хотя тогда вы выразились — «королевской дороги». Если честно, я почти утратил надежду.

Кроу прикусил губу, и де Мариньи впервые за время этой встречи осознал, что друга гнетет еще что-то, помимо опасности, нависшей над Элизией. Но Кроу поспешно заговорил вновь:

— Нет, Анри, не теряйте надежды. Не сдавайтесь. Тем более сейчас, когда вы действительно нужны в Элизии. — И снова это же страдающее выражение. — Послушайте, вы совершенно правы насчет того, что в Элизию не проложены королевские дороги. Я не могу взять вас за руку и привести на место, особенно сейчас. Но путь все-таки есть. Правда, я могу помочь вам лишь несколькими подсказками, указать общее направление, и все.

— Я весь внимание, — нетерпеливо ответил де Мариньи. — Как бы там ни было, это все же лучше, чем вслепую рыскать во мраке. Вы говорите, а я уж ни слова не упущу, будьте покойны.

— Ладно, — сказал Кроу. — Во первых, вам стоит поискать в мирах земных сновидений. Да, мы с вами кое-что знаем о мирах сновидений, но не являемся опытными сновидцами, так что избегайте скоропалительных выводов. Это лишь отправной пункт. Потом… — Он умолк с озадаченным видом и вдруг крепко схватил де Мариньи за руку. Его очертания на мгновение сделались размытыми, а пожатие руки стало слабым, прямо девичьим, но тут же обрело прежнюю силу.

— Титус, я… — встревожился де Мариньи.

— То самое предупреждение, о котором я говорил, — перебил его Кроу. — У нас осталась лишь минута. Слушайте: на заре всех земных цивилизаций в Тхим’хдре был волшебник по имени Эксиор К’мул. От него вы тоже сможете что-нибудь узнать — если сумеете его найти. И наконец…

Свет в Часах теперь мигал гораздо чаще, и цвет его быстро менялся от багрового различных оттенков к странной голубой флуоресценции. Фигура Кроу вновь заколебалась, сделалась зыбкой, как дым; он попытался вновь вцепиться в де Мариньи и удержаться за него, но его рука прошла насквозь. Де Мариньи и Силберхатт тоже попытались удержать старого друга, но так же безрезультатно. Голос Кроу сделался слабым, как шорох тростника:

— …И наконец, за красной туманностью Медузы есть облако светящегося газа. — Он говорил будто через миллион миль, но с последним словом его голос немного окреп и сделался чуть яснее.