Восемь секунд удачи - Каменистый Артем - Страница 59

Мертвяки не медлили, оба мчались к Читеру, судорожно размахивая руками и непрерывно урча. Услышит их кто-нибудь? Скорее всего, крутые твари сейчас орудуют ближе к центру. Где просматриваются кварталы высоток, где местами к небесам поднимаются дымы пожаров. Там зараженным хорошо, там основная добыча. Но и здесь, на окраине, где поселки частного сектора перемежались промышленными зонами, могут встретиться такие образины, что их танком не остановишь.

Тут уж как повезет. Значит, остается уповать на удачу.

Или на то, что крутые твари окажутся глухими.

Обе стрелы ушли туда, куда и должны были уйти — в головы. Увы, работать приходилось с отрегулированной на минимум натяжкой, поэтому даже бегунам не всегда черепа пробивало, приходилось целиться в самые слабые места: глаза, рты, виски и, само собой, вечно уязвимые затылки. Спасибо меткости, она работала даже при минимальных навыках обращения со столь непростым оружием.

Прямо через забор, шагах в десяти, перепрыгнул мертвяк уровнем повыше. Начинающий лотерейщик, где-то пятнадцатый или близко к этому. Новым челюстным аппаратом еще не обзавелся, зато когти уже приличные, да и дурной силищи хватает. Тварь мчалась на урчание коллег и потому приземлилась чуть в сторонке от Читера, устремив взгляд туда, где только что раздавалось призывное урчание.

Нельзя упускать такую возможность, ведь все может неприятно измениться через секунду. На таких уровнях зараженные уже поглазастее, игнорировать человеческую фигуру в десятке шагов не станут.

Читер молниеносно наложил стрелу на тетиву, вскинул лук, выстрелил, и секунды не думая о прицеливании, просто мечтая попасть именно в висок, где пластины брони еще даже не начали формироваться, лишь кожа стала бугристо-грубой и безволосой.

Граненый наконечник пронзил кость, лотерейщик начал было разворачиваться в сторону обидчика, но тут ноги его подкосились, как топором подрубленные. Готово — завалился.

А Читер уже оборачивался в другую сторону, на урчание одновременно трех бегунов, мчавшихся по улице. На вид мелкие, вряд ли выше пятого, но в таком количестве подпускать их нежелательно. Надо лишь выждать пару секунд, пока они обегут перевернувшийся грузовичок, перевозивший фрукты, из-за чего немалый отрезок улицы разукрашен раскатившимися апельсинами и связками потемневших бананов.

Дважды хлопнул лук, разумеется, без промаха. Последнего мертвяка Читер встретил топориком в темечко, а затем врезал упавшему уродцу ногой по споровому мешку.

Вновь взяв лук на изготовку, замер, мысленно ругая себя последними словами. Вот какого хрена он, вообще, сунулся в город? Быстрой прокачки захотелось? А то, что плотность тварей здесь максимальная, это, получается, всего лишь рабочий момент, а значит, ничего страшного? На свою великую удачу понадеялся? В принципе, да, она у него неслабо прокачана, почему бы и не понадеяться. Должен же быть от нее хоть какой-то прок.

Если сейчас не выскочит что-то капитально страхолюдное или толпа в десяток прытких бегунов, лишь чуток не достигших стадии лотерейщика, он плюнет на все и уберется подальше от города. Да, десятый уровень ему нужен. Очень нужен. Но так рисковать ради него — это неправильно. В случае чего Читер потеряет не просто жизнь и дорогое имущество, с него часть прогресса спишется.

А прогресс дается ох как непросто.

Читер, хлопая ушами, только и успел, что обрадоваться как самый распоследний дурак. Ура! Система неплохо накинула на ловкость, очень уж хорошо лук за счет кривых модификаторов перетягивал прогресс именно на эту характеристику. Она приподнялась одновременно с силой, добавив две недостающие цифры к сумме уровней, что и привело к столь желанному событию.

Все, сумма уровней основных характеристик добралась до пятидесяти, и общий уровень теперь десять. Даже не пришлось расходовать драгоценные свободные очки, и без этого требуемого добился.

В следующую секунду ноги Читера стали ватными, тело чужим и непослушным, а голова взорвалась ярчайшим светом, затопившим все поле зрение. Неописуемое состояние. Невероятное. Ничего подобного он никогда не испытывал.

Да он даже не подозревал, что такое бывает.

Читер будто в системную шкалу превратился. Одну из своих шкал, только новую, восьмую по счету. До сих пор она была скрыта и вдруг внезапно проявилась во всей красе.

И эта шкала сейчас заполнялась. Заполнялась тем, что невозможно потрогать или хотя бы почувствовать. Совершенно нематериальным и необъяснимым. Тем, что делает человека человеком.

Разумом, знаниями и воспоминаниями.

С последними было непонятно. Лишь обрывки, ни одной целой картинки. Но откуда-то пришло осознание, что это временно, надо только подождать, и вскоре этот завал упорядочится в нечто стройное, легко читаемое.

Он станет неотъемлемой частью личности.

У Читера наконец появится память о том, что происходило до того, как он здесь очутился. Да, он, разумеется, вспомнит не все, но полученные воспоминания с большой вероятностью сделают его другим. Он вспомнит о забытых пристрастиях и привычках, о привязанностях, которые когда-то считал важным, о людях, которые были ему близки, о навыках, которые могут здесь пригодиться.

И очень может быть, что все, накопленное на Континенте, станет мусором в сравнении с тем, что ему сейчас возвращает Система. Читер сочтет это пустыми интересами человека, лишенного немалой части личности. Почти идиота, хватающегося за то, чего следовало избегать.

Может, даже Март прав. Может, Читер махнет рукой на то, что было для него здесь главным.

То есть он постарается забыть Няшу или даже посмеется над своей наивнейшей увлеченностью случайно встреченной чудачкой.

Она ведь даже не в его вкусе. Совершенно не в его.

Наверное, так и будет, ведь мысли об этом не вызывают отторжения. Может, это всего лишь из-за того, что все эмоции погасли, временно отключились, оберегая мозг при перегрузке. Но, может, и нет, ведь Читер стремительно становится другим. Совершенно другим. Еще не прежним, но и не тем, кем был минуту назад. Даже сейчас, под водопадом бессвязных образов, приносящих память о прошлом, он не забывает покритиковать себя за нерасторопность. Получив десятый уровень, надо было не восторгаться своими успехами, надо было как минимум успеть закатиться под машину.

Здешние старожилы называют это явление по-разному, но все сходятся в одном: миг получения десятого уровня — это самое незабываемое событие в жизни иммунного. Тем, кто его не испытал, бесполезно рассказывать о своих ощущениях. Читер сейчас отчетливо понимал, почему никто не сумел ему объяснить, каково это.

Да проще дикарю Экваториальной Африки объяснить, что такое снежная зима и катание на коньках…

Это нечто невообразимо невероятное. Немыслимо прекрасное. Как там однажды выразился Март после девятой или какой-то по счету банки пива? Должно быть, червяк навозный, в один миг превратившийся в божество, ощущает что-то подобное.