Проклятие Аскаила (СИ) - Троцкий Иван - Страница 88

-Где твои сородичи? – спросил Алекс, обнажив меч и положив его к себе на колени. Если на лодку нападут, и она перевернется, то клинок окажется под водой, пойдет на дно и будет безнадежно утерян, но охотник твердо решил, что пусть лучше его оружие окажется под рукой и возможно потеряется, чем он умрет из-за того, что его скупость взяла над ним верх.

-Они покинули это место, - ответила Морена и ушла на несколько секунд под воду. Снова оказавшись на поверхности, она убрала с черных глаз волосы, устало улыбнулась и добавила. – После смерти прежнего хозяина не каждый из нас был готов жить возле места его гибели, и через год старейшины перенесли колонию в другое озеро. Пусть оно и находится намного дальше от хутора, но зато там безопасно и люди не так часто посещают нас.

-Понятно, - лениво произнес Алекс, снова замыкаясь в себе, не желая разговаривать с нечистью.

Охотник медленно, но верно приближался к центру озера, где его ждали темные и почти разрушенные руины, покинутые людьми много лет назад и приютившие в себе могущественного духа, которого убил его лучший и единственный друг. Последняя мысль заставила его вспомнить о том, что и самого охотника ждет битва с могущественным существом, который ничуть не слабее любого духа, а, возможно, и во много раз сильнее многих богов.

Сердце Аскаила, его погибель и наследник создателя Скверны. Именно этот архидемон когда-нибудь станет генералом огромных легионов Оскверненного Войска, и, хотя Алекс и не верит в силу Судьбы, он столкнется с ним и во что бы то ни стало попробует одолеть своего главного врага. Именно из-за этого он затеял весь этот поход с чародейкой, и именно об этой битве он думает каждый раз, когда речь заходит о помощи в освобождении Марии от клятвы. Крон уже давно свыкся с мыслью, что только смерть может освободить их от клятвы, однако так и не смог найти в себе силы признаться в этом своей подруге, и до сих пор обманывает остальных, что меч действительно может освободить их двоих от клятвы, однако единственное, на что он способен – дать Крону возможность убить архидемона и ничего более…

Через несколько неожиданно долгих минут напарники оказались возле берега. Охотник выпрыгнул из лодки в почти ледяную воду, затащил свое небольшое судно на вязкий из-за дождя песок и снял с себя сапоги.

-Мы довольно быстро преодолели этот путь, - сообщил охотник, выливая начерпанную в стоптанную обувь воду. – Как думаешь, Блэкхард и чародейка уже разобрались с твоей многоголовой проблемой?

-Элиза не любитель быстрой ходьбы, - ответила Морена, не покидая озеро. – Она будет стараться привести ваших друзей самым коротким путем, но ее шаг никогда не будет таким как ваш.

-Они мне не друзья, - заявил охотник, натягивая свои сапоги обратно на ноги и поднимаясь с песка. – Оставайся здесь и сторожи лодку. Если мои предположения насчет ведьмы верны, то в храме ты только помешаешь.

Морена посмотрела на Алекса разочарованным взглядом и неуверенно кивнула. С одной стороны, она была рада, что теперь ей не придется встречаться с наследницей речного бога, а с другой, утопленница хотела рассмотреть незнакомую женщину, которая своим появлением заставила трястись от страха даже самых старых жителей озера. В конце концов, она решила, что ей следует радоваться, что она не встретится с еще одной опасностью и может сделать еще одно полезное дело для охотника.

Крон довольно посмотрел на покорную утопленницу, взял в руки меч и направился в сторону руин. Шаг, второй, третий… и охотник резко остановился, почувствовав, как один из медальонов начал медленно нагреваться. Алекс прищурился, с опаской осматривая незнакомые для него руины, и мгновенно бросился ко входу, пытаясь как можно быстрее добраться до новой хозяйки острова и остановить ее опасное колдовство.

Он бежал изо всех сил, иногда запинаясь о древние камни, торчащие из земли корни и попадая ногами в многочисленные ямы. Такая неловкость сильно тормозила охотника, но ему было абсолютно плевать на это. Его тело получило команду пытаться изо всех сил добежать до руин прежде, чем озерная хозяйка успеет завершить свое заклинание, возбудившее защитную магию его амулетов, и ноги старались выполнить эту команду как можно быстрее, не задумываясь об аккуратности и экономии оставшегося у них времени.

Охотник почти успел. Почти успел ворваться в руины, когда неожиданно появившаяся волна энергии отбросила его на несколько метров назад, а над всей округой поднялся протяжный оглушительный вой. Алекс моментально закрыл ладонями свои уши, пытаясь спастись от рвущего барабанные перепонки звука и стиснул зубы, чтобы случайным криком не предупредить о своем присутствии живущую на озере тварь.

Через несколько мгновений вой прекратился. Охотник на ватных ногах поднялся с земли, вытер появившуюся из прокушенной губы кровь и направился во внутрь старых и, возможно, проклятых руин.

-Благодарю, что вспомнила обо мне, Тесса, - раздался грубый и разгневанный голос, как только охотник прошел всего пару метров по полуразрушенному коридору. Алекс снова выругался, крепче сжал свой клинок и пошел на звук. На встречу к еще одному разумному демону, голос которого звучал на другом, почти неизвестном среди людей языке.

-Ты опоздала, ламия, - продолжил раздраженно говорить хозяин демонического голоса.

-Прошу меня простить, господин, - учтиво отозвалась та, кого назвали ламией. – Эти места довольно глухие, и в них легко можно заблудиться.

-Оставь нелепые оправдания тем, кто готов поверить тебе, Тесса, - прервал ее голос, и Алекс отчетливо услышал звук глухого удара. Демон был очень зол на говорившую с ним женщину и был готов разрушить все, что попадется под его наверняка тяжелую руку. – Мне нужны от тебя действия, а не слова, и пока я не вижу, чтобы ты торопилась выполнять наш уговор.

-Но господин, - взмолилась женщина. – Как я могу выполнить ваши столь грандиозные планы, находясь в этой глуши? У меня нет ни помощников, ни собственных сил, чтобы выследить всех живущих здесь существ и отдать их вам во служение. У меня получилось забрать жизни охотников, но... но больше здесь нет никого. Я не могу ковыряться в каждом омуте, чтобы найти вам солдат.

-Нет, можешь, - сухо произнес голос. Повернув за угол, Алекс оказался перед комнатой, из которой лился красный, переливающийся темными тонами, свет, и понял, что именно там находилась появившаяся из ниоткуда хозяйка озерного острова. Охотник подошел как можно ближе ко входу и спрятался за одной из полуразрушенных колон, чтобы подслушать собеседников и узнать больше про их «столь грандиозные планы».

-Мой господин, пожалуйста, простите меня, – покорно попросила женщина, спину и голые бедра которой Алекс мог прекрасно видеть из своего укрытия. Колдунья была одна в зале, стояла в центре комнаты и смотрела себе под ноги, словно демон прятался где-то под полом и разговаривал с ней из-под земли.

В ответ на ее слова храм заполонил ужасный, почти безумный смех, выдающий бесконечную жестокость своего хозяина и его презрение ко всему, что не может сравниться с ним в могуществе.

-Ты надеешься на прощение, Тесса? – успокоившись, произнес голос, и в этот момент девушка согнулась пополам и вскрикнула от боли.

-Нет, господин, - распластавшись на полу и извиваясь в агонии, произнесла ламия. – Я не достойна вашего прощения и должна как можно быстрее загладить свою вину…

-Молодец, Тесса, - довольно отозвался демон. – Надеюсь, что ты и впредь будешь столь покорна и не станешь спорить со мной по поводу моих решений. Тебя послали в эту глушь не просто так, и ты это прекрасно знаешь… хотя и пытаешься мне противиться.

-Я не пыталась укорить моего господина… у меня и в мыслях не было ничего подобного, и вы об этом знаете, - медленно поднимаясь с пола, произнесла хозяйка озерного острова. – Я хотела сказать, что мое дело продвигалось бы гораздо быстрее, если бы меня направили в более… населенный район. Как Демиана, например.

-Демиан мертв, - сообщил демон, и охотник невольно почувствовал, какой шок испытала Тесса, когда узнала, что ее коллега потерпел поражение и сейчас кормит червей или, что намного хуже, разлагается в одном из котлованов Скверны, которые особо жестокие демоны используют, чтобы как следует растянуть мучения человека.