Проклятие Аскаила (СИ) - Троцкий Иван - Страница 86

Энида с презрением наблюдала за Элизой и, вспомнив как адепты некоторых школ магией боролись с агрессией, заклятиями притупляя свои эмоции, попыталась облегчить душевный груз этой девушки. Чародейка, воссоздавая в своей голове структуру почти не используемого ей заклинания, направилась к проводнице и, аккуратно взяв ее за локоть, произнесла:

-Все в порядке. Ты успокоилась и не думаешь ни о чем ужасном, что произошло сегодня утром. – Энида сомневалось в правильности заклятия, но изменившиеся глаза дочери охотника подсказали чародейке, что ее магия сработала. – Была синяя вспышка и что дальше? Чудовище выползло из трясины, упало с неба или вышло из-за деревьев.

Элиза неуверенно покачала головой.

-Оно появилось из ниоткуда, - оправдав ожидания чародейки, ответила девушка. «Все-таки портал», - недовольно подумала чародейка, понимая, что теперь она просто обязана узнать, кто призвал сюда гидру и каким образом он смог найти энергию на перенос сюда огромной туши чудовища. Этого требовал ее долг перед Мораволом.

-Как только вспышки не стало, передо мной появилось огромное чудовище с пятью головами, - продолжила спокойным голосом отвечать Элиза. Ее речь текла очень медленно, словно девушка снова была ребенком, который только научился говорить, но зато теперь она не останавливалась и не замолкала, потому что снова вспомнила пережитые ужасы.

-Чудовище с пятью головами…, - пробормотал себе под нос скьярл и недовольно покачал головой. – Нам придется столкнуться с опытной тварью, ты уверена, что готова встретиться с ней?

-Могу ли я быть готова ко встрече с существом, о котором почти ничего не знаю? – Ответила Энида, догадавшись, что последние слова адресованы ей.

-В битве с гидрой нет ничего сложного, если знать, как именно с ней бороться, - произнес Блэкхард, пытаясь вспомнить все, что он когда-либо слышал о гидре – одним из сильнейшим чудовищ, с которым встречались скьярлы.

-Сказал человек, который сам ее никогда не видел, - язвительно заметила Энида, рассматривая свои ногти, под которыми за время путешествия набилось достаточно много грязи.

-Пусть так, - согласился Блэкхард и принюхался, довольно отметив, что в воздухе уже появился запах древесной гнили, которая является неотъемлемой составляющей любого болота. Им оставалось идти совсем немного прежде, чем они подойдут к логову гидры и своими глазами увидят легендарное чудовище.

-Я буду рубить ей головы, а ты заклятиями прижигай обрубки шеи, чтобы она не смогла восстановиться, - озвучил Блэкхард единственный известный способ убить гидру.

-Зачем тебе рубить головы, когда я могу одна сжечь ее? – спросила фон Рейнор и, отвлекшись на Блэкхард, случайно наступила в одну из особенно глубоких луж. Чародейка тут же рухнула в размокшую землю, однако она необычайно быстро осознала, что именно произошло, и уже через мгновение попыталась встать, но… но ушедший под воду сапог слишком сильно увяз в размытой почве, и Энида снова упала, чуть не ударившись головой о тяжелый сапог скьярла.

-Тебе помочь? – спросил Блэкхард, протянув чародейке свою огромную руку, однако Энида предпочла отказаться. Она недовольно фыркнула, собралась с силами и изо всех сил дернулась вперед. К ее счастью в этот раз земля была более податлива и выпустила чародейку на волю.

-Охотнику про это не слово, - пробормотала она, с отвращением глядя на ненавистную ей лужу.

-Как скажешь, - пожав плечами, ответил Блэкхард, и внезапно понял, что с самого утра он так и не решил один немаловажный вопрос, от ответа на который зависит успех их похода.

-Что вчера было? – напрямую спросил Блэкхард, не желая использовать намеки. – Как далеко ты смогла подойти к нашей неприступной крепости?

-Ты ждал полдня, чтобы задать этот вопрос? – едва не закатив глаза, спросила Энида. Блэкхард довольно улыбнулся, обрадовавшись, что в этот раз чародейка не стала отмалчиваться.

-Честно говоря, я забыл об этом сразу же, как только на нас наткнулась Морена. Сама понимаешь, возможность убить легендарное чудовище выпадает не каждый день. А то и раз в жизни… у меня это будет первое, если не считать великана.

-Ты прав, не каждый день, - согласилась Энида, неожиданно смутившись, когда услышала словосочетание легендарное чудовище. Она помнила, что за существо сторожит клинок и догадывалась, что возможно не переживет свое пророчество.

В адресованных фон Рейнор словах не говорилось ничего о том, останется ли она в живых в конце своего путешествия. Чародейка прожила гораздо дольше тех лет, на которые выглядит, однако это не означает, что она бессмертна, и неожиданно осознав, что возможно ей придется погибнуть в скором бою, Энида решила не тратить последние дни на презрение ко всем окружающим и расспросить скьярла о единственном человеке, который после многочисленных ссор случайно пробудил симпатию к себе.

-Он сумасшедший, - неуверенно произнесла Энида, не зная с чего начать свои расспросы об Алексе. Услышав ее слова, скьярл рассмеялся, позабыв, что громкими звуками они могут предупредить гидру о своем приходе, и несколько раз кивнул.

-Это точно, - согласился Блэкхард. – Сумасшедший, безумный, тронутый, как мы с Марией его только не называли, когда его дурацкие принципы начинали выходить за пределы разумного. «Ты не используешь свои возможности, чтобы облегчить жизнь обычных людей, значит, ты тварь куда хуже демонов», - сделав свой голос еще более грубым, передразнил скьярл охотника. – Сколько раз мы ему говорили, что, если бы у него в руках была точно такая же власть, он бы тоже сидел на своем троне и заботился только о своем благополучии.

-Я не об этом, - холодно заметила Энида. – Он достаточно умный и образованный человек, даже пробует что-то записывать в своей книге, но иногда он превращается в чудовище, поведение которого невозможно предсказать. Вот он весел и смеется, а через несколько мгновений уже держит клинок у твоей глотки.

-Я не знаю, как тебе объяснить, что именно случилось с Алексом, - Блэкхард внезапно побледнел и после недолгого молчания произнес. – Уже в те времена, когда мы с ним только познакомились – а поверь мне, это было очень давно – охотник был очень строгим и требовательным по отношению к себе… Он считал, что идеально контролировал себя и способен сделать все, что угодно, пока один случай не сломал его и не показал, что тот бессилен даже перед самим собой.

-Это был демон? – спросила Энида, вспоминая, что в первый день их знакомства Алекс рассказывал, как однажды в юности он попал под воздействие ментальной магии, а каждый колдун знает, как именно она способна изменить человека, заставив его думать, что все произошедшие перемены - это его собственный выбор, и никакая магия тут не причем.

-Да, - согласился Блэкхард, утаив от чародейки вид того демона, что отобрал у Алекса почти всех его друзей. – После случившегося он сильно изменился, стал более жестким и полностью потерял над собой контроль. Я не видел его несколько лет прежде, чем мы снова смогли встретиться. Он долго скрывал, где именно пропадал, пока Мария не выдала его секрет.

-Что он сделал? – настойчиво спросила она, заметив, что скьярл не желает продолжать разговор. – Чем именно провинился Человек из Кронсмарка, что даже знающие на что он способен люди не хотят говорить об этом?

-Это нельзя назвать провинностью, - буквально выдавливая из себя каждое слово, произнес Блэкхард. – Он просто выполнял свой долг, но делал это слишком… фанатично.

-Свой долг можно выполнять по-разному, - пробормотала Энида и замолчала, понимая, что сейчас скьярла прорвет, и он расскажет все без ее вопросов.

-Он ушел далеко на юг, - собравшись с мыслями, начал рассказывать Блэкхард. – Туда, где заканчиваются человеческие поселения и начинаются многочисленные прорывы Скверны. Охотник пришел туда мстить за своих братьев: за Малика, за Рамида… и его молодая горячая кровь, подогреваемая больной головой, заставила его забыть обо всем человеческом. Алекс перестал быть охотником, он превратился в демона, который питался не душами убитых существ, а смертями Порождений Скверны. За полгода он успел прослыть самым кровавым и безумным борцом с демонами, и многие считали, что попасть в его отряд – хуже смерти.