Проклятие Аскаила (СИ) - Троцкий Иван - Страница 46

-Вам помочь? – спросил подбежавший помощник конюха у охотника и чародейки, но первый отмахнулся от него рукой, а посланница Моравола и вовсе решила проигнорировать совсем еще молодого парня, которому на вид было не больше четырнадцати лет.

-Не мешайся, - бросил через плечо Алекс и чародейке, и молодому конюху, подходя к черному, гордому и прекрасному Буцефалу. Къярд недовольно выпустил воздух из ноздрей и ударил копытом по хилой двери своего загона. Удар был слабый, но его хватило для того, чтобы чуть не снести небольшие воротца прибрав при этом солидной кусок деревянной стены. Алекс остановился, понимая, что сейчас даже ему будет небезопасно подходить к демоническому коню, и успокаивающим голосом произнес:

-Ты его чувствуешь, не так ли? Знаю, это зло и ему нет места ни в этом мире, ни в одном из демонических доменов. Никто, даже боги, не смеет обманывать Смерть и Пустоту, и сделавший эту вещь человек должен заплатить. – Алекс вытянул перед собой державшую камень руку и попросил. - Помоги мне сделать это.

-Что ты делаешь? – спросила Энида, пытаясь понять, почему охотник решил терять время на подобную ерунду. Пусть его конь и являлся наполовину демоном, но кроме необычной для своего вида силы, большими клыками и скверным характером Буцефал не обладал никакими другими способностями и не сможет справиться с энергией, которая вырвется наружу, если артефакт окажется поврежден.

Осознав, что сейчас Алекс отдает в мощные лошадиные зубы камень, чтобы прямо здесь, в городской конюшне, уничтожить его, Энида сделала шаг к охотнику, пытаясь подобраться поближе и схватить его за руку, но тот снова не позволил сделать это. На этот раз он помешал чародейке обычными словами, а не угрозами, ловкостью рук или еще одной дуэлью.

-Къярд питается душами убитых существ, - произнес Алекс, когда краем глаза заметил маневр Эниды. – Он сможет справиться с испорченной энергией лича, как справлялся с сотнями душ демонов, людей, животных и других существ до этого. Достаточно только договориться с ним, а это самое трудное. Жрецы не просто так назвали къярда Буцефалом - у него действительно бычий нрав.

Глаза къярда вспыхнули, когда он услышал упоминание своего имени. Демонический конь снова ударил по дверям небольшого стойла, и на этот раз они все-таки вылетели из стены, с огромным треском упав на полусгнивший пол. Оказавшись на свободе, Буцефал в один момент напал на Алекса.

Охотник ожидал подобной реакции своего скакуна и привычным уходом в сторону при помощи разворота избежал сильного удара полудемона. Закончив пируэт, Алекс обнажил клинок и указал им на резко остановившегося къярда.

-Именем Тьмы, - строго произнес он. – Твоей создательницы и одной из Первоначал этого мира, приказываю прекратить!

Когда имя его настоящей хозяйки коснулось ушей къярда, Буцефал резко остановился и с вызовом посмотрел на охотника. Яростный пожар в его глазах загорелся еще большим огнем, из ноздрей повалил дым, а передние клыки угрожающе вылезли изо рта къярда. Однако несмотря на все это он не спешил нападать на охотника. Демонический конь прекрасно знал, какое ему грозит наказание, если он ослушается приказа своего хозяина. И это давало Алексу безграничную власть над своим скакуном.

-Нам нужно уходить, - с опаской произнесла Энида. – Я в силах освободить хранящуюся в камне энергию и уничтожить артефакт. Нужно только выбраться за город, чтобы в случае непредвиденного жители Ривера не стали винить в случившимся Моравол.

-Замолчи, - приказал Алекс, не сводя глаз с къярда. Сейчас его волновало далеко не уничтожение камня или борьба с личем. Сейчас его заботил только величественный подаренный одной из Семнадцати конь, который был самым верным во всех мирах существом и никогда, ни при каких обстоятельствах не сможет предать своего хозяина. Так говорили все жрецы, что попадались на пути охотника, однако сейчас он убедился в том, что и Первоначала могут ошибаться. Буцефал взбунтовался против него, и причиной этому был загадочный камень.

-Твоя лошадь тебя погубит, - Энида снова попыталась вернуть напарнику разум. Даже сделала несколько шагов в сторону Алекса, чтобы попробовать притронуться к нему, и, используя подчиняющие заклинания, заставить его покинуть проклятый временем Ривер. Она не знала, что охотником правят не эмоции, при помощи которых магия управляет человеком, а принципы, верность которым он вырабатывал на протяжении многих лет, и ни одно заклинание не позволит ему изменить свое решение или сделать вещи, которые были чужды Алексу с самого рождения. Например, простить или признать собственное поражение.

-Замолчи, - снова повторил охотник, краем глаза наблюдая за тем, как приближается чародейка. – Къярд боится, а значит ты не сможешь справиться с этой энергией. Никто не сможет.

-И ты понял это, потому что твой полудемон чуть не прибил тебя? – спросила Энида, все приближаясь к Алексу. – Он служит тебе уже много лет, и я очень удивлена, что после всех ваших неразрывных путешествий, къярд не откусил тебе голову. Пока ты спал, например.

-Къярды – самые бесстрашные существа из обладающих разумом. Им неведом ужас и трепет, они не отступают и никогда не предают своего хозяина, даже если им грозит самая ужасная смерть из всех, что можно придумать. – Каждое произнесенное Алексом слово было направлено в пустоту. Охотник рассуждал и хотел слышать свой голос, чтобы быть уверенным, что он не упустил ничего, что могло бы дать подсказку о причине внезапных (даже для хозяина) изменений в поведении къярда.

Человек из Кронсмарка отвлекся, пытаясь ответить на поставленный перед собой вопрос, и перестал следить за чародейкой… чем посланница Моравола тут же поспешила воспользоваться. Она медленно, словно пыталась успокоить, взяла его за руку, и приятное тепло начало разливаться по напряженной руке охотника. Заклятье перебивало все мысли человека, против которого было использовано, и заставляло его думать только об одном – как угодить своей новой хозяйке.

Охотник мгновенно понял причину своего неожиданного желания, резко развернулся, выронил из ладони камень, и схватил чародейку за шею. Но Энида до сих пор держала его руку, а ее заклятье все также расходилось по всему телу. Голова Алекса кричала о том, чтобы разжать руку и подарить напарнице глоток воздуха; преклонить колени; выполнить любое ее пожелание, однако он не сделал ничего из этого списка. Его рука не дрогнула, он не ослабил хватку и в гневе продолжал душить фон Рейнор, но чародейка не прекращала колдовать.

Даже оказавшись так близко к смерти, она не отступила и продолжала бы творить заклятье, пока не потеряла сознание (или до самой смерти), если бы не къярд. Увидев, что отобранный у лича камень выпал из рук хозяина, Буцефал забыл все отданные ему приказы, ринулся на опасный для него артефакт и буквально снес стоявших рядом напарников.

Алекс и Энида повалились на пол и тут же попытались встать, увидев стоявшего над камнем къярда и догадавшись, что именно он собирается сейчас сделать. Чародейка хотела отобрать артефакт у демонического скакуна и уничтожить вдали от людей, чтобы избежать жертв; охотник же подскочил с пола только для того, чтобы схватить напарницу и оттащить ее как можно дальше от Буцефала.

Чародейка отчаянно боролась, пыталась выбраться, чтобы спасти артефакт и половину города от разрушения, но Алекс уже который раз доказал, что из его рук нельзя выбраться, не убив его. Она пробовала использовать заклинания, пиналась и даже кусалась – ей ничего не помогло. Охотник отчаянно терпел любые боли и не желал отпускать напарницу.

Когда къярд наклонил свою голову и подобрал клыками опасный камень, Энида поняла, что опоздала и закрыла лицо руками, не в силах посмотреть в глаза своей смерти. Какой бы сильной она не старалась показаться, приближенная Августина оставалась обычным человеком, и страх перед Пустотой был заложен в крови чародейки задолго до рождения ее прадедов.

Энида закрыла глаза и приготовилась встретить свою смерть, но не Алекс. После сотен схваток с демонами его душа оказалась искалечена настолько сильно, что в ней не осталось места для страха. Поэтому он не закрыл глаза, не отвернулся, боясь лицом к лицу встретиться с разрушительной энергией, а остался смотреть за происходящим - за тем, как Буцефал оправдает его ожидания.