Любовь на спор. Дилогия (СИ) - Азимут Кристина - Страница 79

Когда Костя вдруг отстранился, я чуть не умерла от разочарования, застонав сквозь зубы, но сильные руки подхватили под коленки, высоко подняв мои ноги, и наконец я ощутила резкое вторжение, захлебнувшись в волне эмоций. Мышцы тут же сжались, вбирая твердый ствол глубже, я крепко обняла, прижимаясь ближе, и реальность исчезла в яркой, бесшумной вспышке. Мощные толчки отдавались дрожью во всем теле, сгоравшем от разбуженного огня, и я рухнула в огромный горячий океан, увлекая за собой и Северова. Мир сузился до движений внутри, с каждым мгновением становившихся быстрее, хриплое, тяжелое дыхание музыкой звучало в ушах. Мы снова принадлежали друг другу, и это было непередаваемо, волшебно. И теперь так будет всегда… Мысль молнией мелькнула в сознании, и это было последнее, что я помнила связно. Еще один сильный толчок, и меня накрыла сверкающая волна оргазма, тело выгнулось дугой, и из груди вырвался ликующий крик, которому вторил низкий стон Кости. А потом еще одна, и я потерялась в удовольствии, выпав из реальности и растворившись в наслаждении.

Потом мы долго лежали, обнявшись и пытаясь отдышаться, губы Северова время от времени касались моего виска, макушки, а подушечки пальцев мягко скользили по спине, рождая дрожь — кожа оставалась еще очень чувствительной. И не нужны были никакие слова, мы чувствовали друг друга и без них. Я прижала раскрытую ладонь к груди Кости, чувствуя, как неровно бьется его сердце, и тихо улыбнулась.

— Я люблю тебя, — шепнула и коснулась губами слегка влажной, теплой кожи.

— А я — вас, — довольно мурлыкнули мне в ухо и подтянули ближе к себе.

Кажется, я так и уснула на Косте, даже не заметив, как это получилось.

Утром мы проснулись довольно поздно, и за завтраком я словно невзначай обронила:

— Наверное, я продолжу заниматься со своим даром. Раз нет причины скрываться.

— Хорошо, — невозмутимо ответил Костя, разделываясь с омлетом. — Как захочешь.

Что там Радмила говорила, что Северов будет меня ограничивать? Мысленно фыркнув, я тоже занялась завтраком — сегодня мне вдруг захотелось свежевыжатого морковного сока, и хорошо, что у Кости на кухне соковыжималка нашлась. Или он ее купил в мое отсутствие?.. Неважно, главное, что я смаковала желаемое, жмурясь от удовольствия, хотя раньше морковка не входила в число моих любимых овощей. А после завтрака мы пошли собираться на место проведения ритуала.

Костя рассказал, что оно за городом, как раз недалеко отсюда, в лесу. Подумав, я надела удобные туфли на плоской подошве, простое длинное платье темно-синего цвета и заплела косу. Мой спутник вовсе обошелся джинсами и тонким свитером, без всяких костюмов и официоза. Правильно, там будут только вчерашние ведьмы, этих свидетелей ритуала вполне хватит, чтобы признать его законным. По пути к машине Костя позвонил Радмиле, сообщил, что будем через полчаса, и вскоре мы уже ехали к месту.

Погода радовала солнечным днем и теплом, хотя лето потихоньку подходило к концу. Вокруг расстилался прозрачно-зеленый лиственный лес, пейзаж самый умиротворенный, Костя ехал по грунтовой проселочной дороге, пока она не уперлась в поляну, где уже стояли машины.

— Дальше пешком, но тут близко, — пояснил он, открывая передо мной дверь.

От своеобразной стоянки вела хорошо утоптанная тропинка, по которой мы и пошли. Ладонь Северова лежала на моей талии, и я не испытывала никакого волнения, уверенная, что все пройдет, как надо.

— Кость, а что говорить-то надо? — спохватилась я, вспомнив, что не уточнила насчет слов.

— Просто повторишь за мной, ничего сложного, — успокоил он и улыбнулся уголком губ.

Тропинка закончилась на еще одной поляне, и там нас ждали все те же ведьмы, что и вчера. На всех были одинаковые белые балахоны, женщины стояли по кругу около старых, вросших в землю и покрытых мхом камней, в центре — еще один, отдаленно похожий на алтарь. И Радмила застыла около него, с непроницаемым лицом и взглядом, направленным мимо нас. В полной тишине мы с Костей подошли к ней, Верховная ведьма протянула нам узкий кинжал — по его лезвию тянулся прихотливый узор гравировки.

— Приступайте, — ровным голосом произнесла Радмила и отступила на шаг, а Костя развернулся ко мне, глядя в глаза.

Медленно провел лезвием по ладони и вытянул руку над камнем, не отводя взгляда. Темно-красные капли упали на зеленый мох, составляя резкий контраст, и Костя негромко заговорил:

— Я, Константин Северов, темный маг, добровольно и по обоюдному согласию заключаю обряд на крови с Викторией Загорской, ведьмой-провидицей. Да будут наши узы крепкими и нерушимыми, — и он протянул мне кинжал, рукояткой вперед.

Настала моя очередь, и принимая ритуальное оружие, я невольно сглотнула, чувствуя, как от поднявшегося волнения сердце забилось быстрее. Только сейчас, ощущая в пальцах шершавую замшу и глядя на ладонь Кости, я осознала, что этот ритуал в самом деле больше, чем просто красивый жест. Не сомневаясь ни мгновения, резким движением провела по ладони лезвием, и боль была вполне терпимой, чтобы не зашипеть сквозь зубы. Вытянув руку, коснулась ладони Кости и крепко сжала, так, чтобы наша кровь смешалась, и повторила за ним:

— Я, Виктория Загорская, ведьма-провидица, добровольно и по обоюдному согласию заключаю обряд на крови с Константином Северовым, темным магом. Да будут наши узы крепкими и нерушимыми.

Наша кровь на алтаре тут же вспыхнула ярко-синим, бесшумным пламенем, такое же окутало наши руки, не обжигая, а лишь слегка грея, и на коже проступил темно-коричневый рисунок, начинаясь на тыльной стороне ладони и убегая наискосок под рукав платья. Через несколько секунд пламя пропало, кровь с камня — тоже, и ушла боль от пореза. И когда я отняла руку, посмотреть, от него не осталось и следа. А узор обвивал спиралью предплечье почти до локтя и смотрелся очень непривычно. Ритуал совершен, и… мы теперь связаны с Костей навсегда, крепче, чем штампом в паспорте.

ГЛАВА 23

— Ваши клятвы приняты. Обряд завершен, — коротко подвела итог Радмила, все так же храня непроницаемое выражение и глядя мимо нас.

— Благодарю, — таким же бесстрастным тоном ответил Костя, нашел мою ладонь и аккуратно сжал, потянув за собой.

Уходили мы с поляны в полной тишине, как и пришли. Но настроение было совершенно другое: казалось, за спиной выросли крылья, а тело стало легким-легким, и я вот-вот взлечу. Около машины Костя развернул меня к себе, обнял и подарил долгий, нежный поцелуй.

— Отпразднуем? — предложил он, поглаживая кончиками пальцев мое лицо.

А я, млея и жмурясь под этими осторожными прикосновениями, лишь кивнула, расплывшись в улыбке. Потом было уютное кафе, персонально мне — порция вкусного ванильного коктейля и свежайший медовый торт, а после мы поехали в мою квартиру, окончательно забирать вещи. Вот так, ничего не обсуждая и не договариваясь. Просто, когда сели в машину, попросила:

— Давай ко мне сначала, кое-что взять надо.

Переступая порог, я была уверена: это последний раз. А что делать дальше с ней, подумаю. То немногое оставшееся, что я хотела взять с собой, уместилось в сумку. Выключив холодильник и перекрыв воду, я огляделась и тихонько вздохнула. Сожаления о принятом решении не было ни капли, теперь мой дом был в другом месте. И я с легким сердцем закрыла дверь за своим прошлым.

Дальше… Началась жизнь, та самая, о которой я не позволяла себе мечтать, и о которой тосковала иногда в своих мечтах. Работа, на которой было интересно, два раза в неделю — занятия, и тихие, уютные вечера вдвоем. Конечно, неугомонная Натали вытащила меня на очередную встречу, потребовав рассказать все, и получила приглашение на свадьбу, по поводу чего была совершенно счастлива. Подружка уже предвкушала, как развернет охотничью деятельность, но я на всякий случай предупредила быть осторожнее. Здоровье радовало, чувствовала я себя отлично, только иногда по утрам голова кружилась, и время от времени хотелось какой-нибудь экзотики. И Костя на самом деле в час ночи поехал искать мне манго, потому что были выходные, и организму для здорового и крепкого сна срочно понадобился кусочек этого фрукта.