Любовь на спор. Дилогия (СИ) - Азимут Кристина - Страница 68

Огромный холл сверкал позолотой, зеркалами и хрустальной люстрой под потолком — я на мгновение ощутила себя во дворце, или в музее каком-то. Пол выложен мозаикой из разноцветного мрамора, и я крепче вцепилась в Костю, опасаясь поскользнуться и позорно грохнуться у всех на виду. Кстати, на нас косились. Северова, естественно, знали, а вот меня — нет, и полагаю, слухи уже ходили, что рядом с главным темным магом города появилась постоянная женщина. Мы же по ресторанам ходили, гуляли и вообще, не слишком скрывались, хотя и не давали объявлений о наших отношениях. Чужие взгляды рождали колкие мурашки, но я сдерживалась и не ежилась, глядя перед собой и держа подбородок высоко. Неважно, что думают о нас все эти люди, главное, мы оба знаем, что нас связывает. И вовсе не мимолетная страсть…

Лестница привела на второй этаж, прямо в большой банкетный зал, с колоннами, белоснежными гардинами на высоких окнах, живыми цветами в вазах. Откуда-то доносилась приятная музыка — играл оркестр, не попса какая-то. Вдоль стен стояли столы с фуршетом, закусками, фруктами, соками, вина в бокалах разносили официанты. В общем, все в лучших традициях великосветских приемов, которые я видела только в кино и новостях. Костя подвел меня к столу, и я цапнула тарталетку с паштетом, нервно откусив сразу половину и чудом не подавившись. Северов успокаивающе погладил по плечу и ободряюще улыбнулся.

— Всего один танец, и мы уйдем отсюда, — шепнул он и подмигнул.

Я храбро улыбнулась в ответ, про себя подумав, что это самый удобный момент, сразу после танца. Свидетелей будет достаточно, и я надеюсь, что не потеряю смелость.

К нам подходили гости, здоровались с Костей, бросали на меня любопытные взгляды. Хорошо, никто не позволял себе ничего лишнего в присутствии Северова, даже женщины — уверена, многие из них побывали в его постели хоть раз. Это читалось в их глазах, когда они смотрели на меня. Улыбались, но фальшь сквозила слишком откровенно. Я то и дело косилась по сторонам, высматривая Григория — он точно был здесь, где-то среди гостей. Как и Каролина, не сомневаюсь. Ладонь Кости на талии придавала уверенности, и волнение приутихло, я почти успокоилась. Мы медленно прогуливались по залу, дожидаясь музыки, и когда младший Северов все-таки подошел к нам, я лишь вежливо улыбнулась ему, сдержанно кивнув. На Каролину в ярко-алом платье едва взглянула. Предвкушение на лицах обоих вызвало лишь мысленную усмешку. Не дождетесь, дорогие мои.

— Привет, Костя, — поздоровался Григорий непринужденно, но руки не протянул.

— Добрый вечер, — небрежно обронил мой мужчина, и крепче прижал меня к себе.

Каролина промолчала, хотя я ждала от нее какой-нибудь колкости. Ведьма держала в руках бокал с шампанским и смотрела поверх моей головы, ее лицо хранило непроницаемое выражение. Григорий перевел взгляд на меня и изобразил удивление.

— Вика? Не ожидал тебя здесь увидеть, — произнес он, и я почувствовала, как напряглась обнимавшая мою талию рука.

— Почему же? — спокойно ответила я, не убирая улыбки с губ. — Костя пригласил меня, я не видела причин отказываться, — смотрела Григорию прямо в глаза, давая понять, что наш разговор ничего не изменил между мной и Костей, как бы младший Северов не старался.

Очень кстати музыканты наконец заиграли, и нужды дальше поддерживать разговор не было. Я повернулась к Косте, он взял меня за руку и повел в центр зала, разом потеряв интерес к парочке. А вот я прекрасно спиной ощущала их взгляды и радовалась, что на мне защита, которая им не по зубам. А то слышала я о ведьминских сглазах и прочей неприятной дряни.

— К черту, один танец — и домой, — решительно заявил Костя, обнимая и привлекая к себе, его ладонь аккуратно сжала мои пальцы.

— Хорошо, — кротко согласилась я, глядя только на него.

У меня оставалось несколько минут, чтобы собраться с мыслями и еще раз мысленно прокрутить в голове то, что я планировала сделать. Краем глаза заметила Григория с Каролиной — они танцевать не пошли, и следили за нами. Что ж, хорошо. Те, для кого предназначался предстоящий спектакль, на месте.

— А сюрприз дома будет, — шепнул Костя, наклонившись к моему уху, и так многообещающе это прозвучало, что по спине пробежала змейка горячих мурашек.

Я едва удержалась от желания прильнуть к нему и обнять за шею, уткнуться в плечо. Вокруг слишком много лишних и чужих глаз, чтобы так открыто демонстрировать то, что связало нас. Это личное и только наше, нет уж. Хватит и того, что я собиралась сейчас устроить… Отзвучали последние аккорды, мы с Костей замерли, глядя друг другу в глаза. Уже не обращая ни на кого внимание, я погладила кончиками пальцев его щеку и тихо произнесла:

— Ты не проиграешь.

На его лице отразились изумление и замешательство, он на несколько мгновений замер, растерянно глядя на меня. Я же отступила на шаг, все так же улыбаясь, и медленно опустилась на колено. Только не останавливай, пожалуйста. На нас уже смотрят, в том числе и Гриша, и как жаль, что не вижу его физиономии. Я ловила шепотки вокруг, но запрещала себе отвлекаться на них, сосредоточившись только на Косте. Он побледнел, глаза потемнели, и губы беззвучно прошептали:

— Вика… Что ты делаешь? Зачем?..

А я лишь улыбнулась и заговорила, четко, громко и уверенно:

— Прошу провести обряд Подчинения у Константина Северова. Мое решение добровольное, без применения магии и принуждения.

Надеюсь, сойдет, и надеюсь, каких-то специальных ритуальных формул для этого нет. После моих слов в зале повисла звенящая тишина, и на несколько мгновений показалось, люди превратились в статуи. Я даже дышать забыла, не отрывая взгляда от Кости… А потом вдруг события понеслись со скоростью сверхзвукового самолета.

Северов дернулся ко мне, откуда-то сбоку донесся досадливый возглас, и я узнала голос Григория. А в воздухе перед Костей разлилось зеленоватое сияние, отчего он снова не дошел до меня, и раздался мелодичный звук. Я так понимаю, это знак, что спор выигран? Только вот облегченно выдохнуть не успела. Поднялась с колен, отметила, как потемнело лицо Кости, и поняла, что разговор у нас будет очень серьезный, но пугаться не собиралась. У меня тоже, милый, много вопросов к тебе.

— Стоп, стоп, — раздался вдруг звонкий, решительный голос. — Никакого обряда не будет, властью Верховной ведьмы я запрещаю. Виктория — ведьма, поэтому все подобные обряды только с моего разрешения, — около нас с Костей остановилась невысокая женщина с золотисто-рыжими вьющимися волосами, темно-зелеными глазами и острыми, хищными чертами лица.

Женщина посмотрела на меня, неожиданно мягко улыбнулась и крепко ухватила за руку, не давая отойти.

— Радмила, — Костя нахмурился и шагнул к нам, но женщина выставила перед собой ладонь и предупреждающе покачала головой, отойдя назад и потянув меня за собой.

— Ты уже достаточно наломал дров, Северов, — холодно оборвала его Радмила, а от следующих слов внутри все заледенело. — Я забираю Вику, она теперь под моей защитой. Всего хорошего.

Даже не дав мне ничего сказать, эта Радмила развернулась, так и не отпуская моей руки, и направилась к выходу из зала. И тут я попыталась возразить.

— Послушайте, что вы себе позволяете? — я дернула руку из захвата Радмилы и попробовала замедлить шаг. — Отпустите, я взрослый человек и сама решаю…

— Помолчи, Вика, — оборвала меня Радмила, и не думая выпускать мою руку. — Дома поговорим.

Это что за заявления? У кого дома? Во мне все взбунтовалось, но устраивать безобразную истерику на глазах у гостей не стала: хватит и того, что уже порадовала их выступлением с этой просьбой.

— У меня есть свой дом, — сквозь зубы процедила я, пока мы стремительно спускались по лестнице. — И вам никто не давал права так вести себя со мной. Даже если я ведьма…

— У меня есть все права, Вика, — снова не дала договорить Радмила и на несколько мгновений остановилась, развернувшись и пристально глянув на меня. При этом пальцы все так же сжимали мое запястье, и я подозревала, что утром там будут красоваться синяки. — Потому что я не только Верховная ведьма, я — твоя мать.