Носители. Сосуд (СИ) - Лаженицын Иннокентий - Страница 47

– Да, вот такая наивная чукотская девочка, – признала она всю комичность рассказа, – ты всегда так живешь?

– Как? – я не совсем понял ее вопрос.

– Шутки, смех. В твоей ситуации это не совсем адекватная реакция, как мне кажется.

– В свою защиту могу лишь повторить уже неоднократно сказанную тебе фразу: а что мне еще остается?

– А я посмотрю, вам тут весело, несмотря на ранний час? – услышал я сзади до боли знакомый голос. Обернувшись, я увидел Скуку.

– Оооо, – протянул я, – какие люди. Ну здравствуй, Молибог, я, честно говоря, думал, что уже никогда не увижу тебя.

– Могу сказать по отношению к тебе то же самое, – он протянул руку, мы поздоровались.

– Комиссары ушли по ложному следу. Предлагаю выдвигаться в штаб. Нам есть о чем поговорить, такси уже ждет, – сказал Скука. Несмотря на использование слова «предлагаю», это скорее был указ.

Нам с Машей оставалось только последовать за ним в такси, которое бы отвезло нас в таинственный штаб. Пришла очередь знакомства с последним участником конфликта, по крайней мере, я очень надеялся, что больше участников не будет.

Потерянные

За последнее время моим самым частым местом размышлений оказывалась машина. Причина тому была проста, когда в ней больше двух людей, хорошего диалога не выйдет, потому все едут молча. И этот раз не был исключением, мы ехали по утренней Москве в сторону МКАДа, к одному из крупных логистических центров. Скука, он же Молибог, он же Петр, сидел рядом с водителем, мы с Машей сзади. Она довольно быстро уснула у меня на плече, мне же спать не хотелось совсем.

– Господа, вы тут? – обратился я про себя к своим Чувствам.

– Можешь не спрашивать, задавай вопрос сразу, – ответил Страх.

– Что это была за вспышка гнева?

– Это была вспышка гнева, – лаконично включилась в разговор Ненависть. – Просто, благодаря восстановленным силам, мы не дали потерять тебе сознание, да и ты быстро успокоился. Гнев все еще дремлет, но скоро вновь проявится, и тогда жди нового гостя.

– Не поэтому ли Машу приставили в мои надзиратели, что ее чувство совпадает с одним из моих? – размышлял я про себя.

– Вряд ли, она же никак его не стимулировала, скорее просто совпадение, – предположила Ненависть.

– Надеюсь, – вокруг было слишком много совпадений и лжи. – Что скажете по поводу Маши?

– Ее поведение странно, это заметно, но причина неясна, – заговорила Нежность. – Испытывать какие-либо чувства, кроме гнева, она к тебе не может, сам понимаешь. Тут идет явная симуляция, к которой довольно часто прибегают носители с целью втереться в доверие или просто казаться более контактными. Вполне возможно, что ее задача – убедить тебя в их добрых намерениях.

– Добрых намерениях, – повторил я ее слова в голове. – Звучит ужасно слащаво, учитывая, что веры в них у меня точно нет. Что бы ей ни двигало, ничего это не изменит. Тем более я здраво осознаю, что смертельный исход меня может ждать и у потерянных. Буду просто наслаждаться симпатией привлекательной девушки в мою сторону, пускай это даже и симуляция. Все мы в жизни неоднократно симулируем, а уж в моем положении не выбирать, – как-то печально подытожил я.

Утро в полной мере набирало свои силы, оранжевый диск солнца постепенно показывался из-за горизонта. Я уже и забыл, когда в последний раз любовался восходом, а это действительно красивейшее явление природы, особенно когда на небе нет облаков. Это зрелище завораживало, мысли сами пропадали из головы, а суровая действительность казалась просто сном, я сидел и созерцал. Но чего-то не хватало для полной идиллии. Положение спасла прихваченная бутылка виски, пригубленный глоток погрузил меня в полное блаженство. Мне никогда не импонировали крепкие напитки, но восемнадцатилетнее виски разительно отличалось от всего, что мне довелось пить раньше. Оно оставило приятное послевкусие во рту и теплом спустилось вниз по пищеводу, придавая бодрость и легкое расслабление.

Маша на плече зашевелилась, видимо, солнечный свет разбудил ее, она подняла голову с плеча, протерла глаза руками, широко и с удовольствием зевнула.

– Пьешь с утра? – в ее утвердительном вопросе чувствовались нотки упрека.

– Нет, я пью с вечера. Те четыре часа сна, которые мне удалось поспать, нельзя назвать полноценным сном, это скорее был легкий ночной дрем посередине пьянки, – высказал я свою точку зрения и пригубил еще глоток.

– Не мне тебя судить, – осуждающим тоном продолжала Маша.

– Абсолютно согласен. Потому предлагаю завершить эту непонятную мне беседу, в которой ты почему-то решила изображать из себя контролирующую мой алкоголизм женщину. Я уже почти два года сам успешно контролирую его, – поведение Гнева уже переходило рамки, меня устраивала ее излишняя, хоть и наигранная, симпатия, но учить меня жить точно не стоило.

– Извини, ты прав, – согласилась она и замолчала.

С переднего сиденья послышался сдержанный смешок Скуки, которому никто не придал внимания.

Тем временем наша машина уже выехала на МКАД и, проехав несколько километров, свернула к пункту назначения.

На территорию самого логистического центра нас, конечно же, никто не пустил бы в шесть утра, но, как оказалось, нам туда и не нужно было. Молибог попросил высадить нас на парковке грузовиков.

Расплатившись с таксистом, Петя жестом пригласил нас за собой и повел в дальний угол стоянки, вдоль припаркованных большегрузов.

– Как ты, наверно, догадываешься, – начал беседу Скука, – в этом конфликте мы самая слабая сторона с самыми минимальными финансовыми возможностями, да и человеческий ресурс весьма скуден. Это заставляет прибегать к некоторым нестандартным решениям.

– Например, таким, как союз с совершенными? – решил я продемонстрировать свою осведомленность.

– Значит, уже в курсе, – в его голосе чувствовалась досада. – Да, и к таким тоже. Но я бы не назвал это союзом, скорее сделкой.

– Ты же понимаешь, что все эти фантазии по возврату всех чувств носителям – это реально всего лишь фантазии, – перебил я его.

– Фантазии и мечты двигают науку и прогресс, – ответил он мне с улыбкой.

– Я смотрю, ты тоже любишь красивые фразы, – с ухмылкой я вновь перебил его.

– Оставь свой скепсис при себе. В любом случае для всех будет лучше, если ты не достанешься комиссарам, – я вновь попытался открыть рот, чтобы выразить свое отношение к его речам, но он резко развернулся, приложил указательный палец к моим губам, чем довольно сильно обескуражил меня. – Тс-с-с, прошу тебя, помолчи и оставь свои остроты для другого момента, сейчас у нас не так много времени. Не говоря уже о том, что это касается твоей безопасности, хоть и временной, – закончив фразу, он остановился у прицепа одного из грузовиков и открыл его.

Перед нами предстали стандартные паллеты с грузом, которые занимали все пространство от пола прицепа до потолка. Скука постучал несколько раз по коробкам, мы с Машей с интересом наблюдали за ним, но ничего не произошло.

– Секундочку, – сказал Петя, видя недоумение на моем лице, достал мобильный телефон и приложил его к уху.

– Хватит спать, открывай, – дал он команду человеку на другом конце телефона.

Спустя полминуты один из паллетов с грузом медленно поехал вглубь прицепа, освобождая тем самым проход между собой и соседним грузом.

– Прошу вас, – Молибог жестом пригласил меня в глубину фуры.

– Ну и затейники вы, – меня действительно поразила такая конспирация.

– Я же говорил тебе о нестандартных решениях, – Петя был доволен произведенным эффектом.

Внутреннее убранство прицепа представляло собой то ли информационный центр, то ли штаб какой-то подпольной организации. На стенах висела карта Москвы, изрисованная кружочками и крестиками, стоял стол, на котором лежал ноутбук, диван, парочка кресел, небольшая тумба с микроволновкой. Под потолком негромко работал кондиционер.

– Приветствую! – поздоровался с нами незнакомый мне носитель, мои чувства подсказали, что это была Зависть.