Носители. Сосуд (СИ) - Лаженицын Иннокентий - Страница 27

– Он прав, – шепнула Ненависть, – если сейчас не убежишь, все шишки повалятся на тебя.

– Да я ничего не сделал, – с легким раздражением ответил я.

– Так себе оправдание. Слежка наверняка успела передать, что засекла тебя в компании с Сивкой и проводит задержание. А по приезде комиссары увидят лишь тебя, живого и здорового, полное отсутствие Сивки и три трупа носителей в подвалах ресторана. Как считаешь, тебя в очередной раз отпустят, найдя около трупов?

Ненависть была права. Можно было, конечно, остаться и пытаться что-то доказать комиссарам, но мне самому слабо верилось в успешность этой затеи.

Приняв примерно похожую позу до остановки времени, я запустил его вновь.

– Ой, а куда он делся? – Юля явно удивилась моментальному исчезновению руки и лица Сивки из-за темного стола.

– Юль, – обратился я максимально спокойным, серьезным и трезвым голосом к ней, – я тебя предупреждал, что данный ресторан популярен среди криминальных кругов?

– Ну да, – неуверенно ответила она.

– Потому очень тебя прошу сейчас меня слушать, делать, как я сказал, и не задавать вопросов, на все отвечу позже, – она молча кивнула в ответ. – Молодой человек, где у вас черный выход? – обратился я к официанту.

– За кухней, но туда посторонним нельзя, и вы еще должны оплатить счет, – он тоже начал нервничать, видя мое поведение.

– Николай, – к столу подошла Люда и обратилась к официанту, – весь заказ этого столика за счет заведения, проводи гостей к черному выходу.

– Спасибо, – поблагодарил я ее, скорее за то, что нам не перерезали горло, нежели чем за бесплатный ужин.

Мы быстро пересекли весь зал, прошли через кухню, вышли через черный выход. Уже на улице я услышал, как к главному входу подъехало несколько машин.

Взяв Юлю за руку, я быстрым шагом пошел к ближайшей дороге. Она держалась молодцом, не задавала вопросов и не вырывалась в попытках убежать от меня. Для нее это было бы опасной затеей, люди комиссара наверняка уже оцепили ресторан и могли в легкую схватить ее.

– Ты где живешь? – спросил я у Юли, когда мы остановились у дороги.

– На Планерной, – ответила она.

Достав из кошелка несколько тысячных купюр, я принялся голосовать, к нашему счастью, желающий быстро подзаработать водила нашелся сразу.

– До Планерной, максимально быстро и без вопросов, – скомандовал я водителю, протягивая деньги.

Дорога прошла в молчании, я не мог придумать, что сказать Юле, она же, видимо, боялась спросить.

– Выброси телефон, – прошептала Ненависть.

Мобильные нам выдавала контора, так что предложение было очень кстати, недолго думая я выкинул его в окно, где его тотчас раздавили иные участники движения.

Через двадцать минут наша машина остановилась у метро «Планерная». Мы вышли.

– Так, во-первых, – обратился я наконец-таки к Юле, – прости меня, пожалуйста, я совершенно не предполагал, что все так получится. Во-вторых, готов ответить на все твои вопросы, но будь готова услышать неприятные ответы. В-третьих, где ты живешь, если, конечно, еще хочешь, чтобы я тебя проводил.

– Во-первых, – настала ее очередь перечислять, – я тебе еще в ресторане сказала, что мне давно не было так хорошо, и от своих слов не отказываюсь. Вторая же часть, с побегом, сделала это свидание самым запоминающимся в моей жизни. Во-вторых и сразу в-третьих, вопросы я задам тебе, пока ты будешь провожать меня домой.

Она вязала меня за руку, и мы двинулись в сторону ее дома. А я никак не мог решить, рассказать ли ей всю правду или придумать красивую ложь, хотя это было бы довольно проблематично.

– Итак, ты обещал ответить на мои вопросы, – первый разговор начала Юля, когда мы уже прошли пару сотен метров в тишине. – На самом деле меня разрывает напополам любопытство и чувство самосохранения. С одной стороны, все же очень интересно узнать, как же одна бутылка дорогого шампанского может так перевернуть вечер, с другой стороны, я не хотела бы услышать что-либо, что в будущем может сыграть против меня.

– Тогда не задавай вопрос, – резонно подметил я. – Хочешь откровенность на откровенность? – она кивнула. – Меня также разрывает между желаниями рассказать тебе всю правду или красочно соврать. Что бы тебе было интереснее?

– Ты парень умный, я это сразу поняла, расскажи мне, что считаешь нужным, – ее тон стал более серьезным, она становилась собой, а не наигранно веселой и открытой, как раньше. Моя теория подтверждалась, к ночи все становятся настоящими.

– Это не так просто, потому что мне и самому не до конца понятно, что происходит вокруг меня последние дни. Моя жизнь протекала в довольно скучном и обыденном русле, но в один прекрасный день меня попытались подставить. Мои, так сказать, партнеры не верят мне, при этом люди, подставившие меня, наоборот, пытаются помочь. Потому я жутко запутался и не знаю, кому верить. При всем при этом создается странное ощущение линейности моей жизни, как будто меня ведут по заданному сценарию, и как бы я ни пытался с него свернуть, все равно оказываюсь в какой-либо передряге.

– Ты действительно самый интересный человек, которого я встречала за последнее, – она запнулась, – последнюю жизнь. Значит, парень, угостивший нас шампанским, один из твоих партнеров?

– Это тот, из-за которого все и началось, кто он мне, я еще не понял.

– Ты довольно сильно все ужал и упростил в своем рассказе, верно? – догадалась Юля.

– Конечно, это тот минимум, который не сделает эту информацию опасной для тебя, и притом абсолютная правда.

– Мне этого достаточно, спасибо, что был честен со мной, – она улыбнулась. – Вот мы и пришли, – мы остановились у стандартного девятиэтажного дома.

– Еще раз спасибо за чудесный вечер, – поблагодарил я Юлю и поцеловал в щеку.

– Уже уходишь? Может, зайдешь на чай? – она ждала моей реакции.

– Я не знаю, что ответить на это. Ты мне очень нравишься. Больше года я не общался с девушками, если быть полностью откровенным, я вообще ни с кем не общался. Но сейчас такая ситуация, при которой любой человек, находящийся рядом со мной, сразу попадает в зону риска.

– Может, я готова рискнуть? – неожиданно для меня сказала Юля. – Вить, пойми…

– Алексей, – перебил я ее.

– Что?

– Мое настоящее имя Алексей, Леша.

– Вот оно как, но при этом все документы на Виктора, ты еще интереснее, чем кажешься, Алексей. Так вот, пойми меня, моя жизнь жутко скучна, загнана в рамки обязательствами по оплате аренды квартиры и накоплением хоть каких-то денег на отдых летом. На личном фронте все еще хуже. Обычные парни ко мне подходить боятся, думая, что либо я уже занята, либо мне нужен богатенький папик. Мажоры видят во мне только красивую картинку, не говоря уже о том, что большинство из них ограничены и пусты. И тут появляешься ты, интересный в общении, более-менее приятный внешне, – я усмехнулся, – при деньгах, а уж конец вечера покорил меня окончательно.

– Да, видать, тебе совсем скучно, раз рада таким неожиданным приключениям. Кстати о «при деньгах», нет у меня их вообще. Из имущества только портфель и одежда, – я надеялся, что такая правда отпугнет ее. – Все золотые карточки небось уже заблокировали, квартиру отберут, она принадлежит моим «партнерам», теперь уже, наверно, бывшим.

– Значит, у нас гораздо больше общего, а то я переживала, что мы из разных сословий, – ответила она, явно не испугавшись моей финансовой несостоятельности. – Тогда вообще думать нечего. Куда ты сейчас пойдешь? В твоей подставной квартире тебя точно искать будут, без денег гостиницу не снимешь. Будешь на улице ночевать? – об этом я не подумал.

В голове заговорила Ненависть:

– Девочка права, идти тебе сейчас некуда, да и комиссары тут тебя не найдут, вся слежка, которая велась за тобой, уже расфасована по пакетам и отправлена на переработку.

– Хорошо, Юль, уговорила, – сдался я под натиском обеих. – Только чая мне что-то совсем не хочется.

– Мне кажется, у меня его и нет, – загадочно ответила она и потянула меня в подъезд за собой.