Носители. Сосуд (СИ) - Лаженицын Иннокентий - Страница 23

– Женщины, да? – неожиданный голос заставил меня остановиться и обернуться по сторонам в поисках его владельца. – Да не крутись ты, только внимание привлечешь.

– Ненависть? – неуверенно спросил я.

– Она самая.

– Прекрасно, – саркастически воскликнул я, напугав мимо идущих людей.

– Ты можешь общаться со мной мысленно, необязательно идти по улице и пугать окружающих разговорами самим с собой.

– И что все это значит? – уже про себя спросил я у Ненависти.

– Ничего. Просто твоя не в меру темпераментная беседа с супругой подкинула еще силы, чем я и воспользовалась.

– Хорошо, перефразирую. Зачем ты решила пообщаться со мной в реальном мире?

– Как я тебе уже говорила, вокруг происходит что-то необычное. И мне все это не нравится. Буду стараться помочь тебе выжить.

– Сам справлюсь, – меня не радовала перспектива общаться с голосами в голове.

– Не будь столь самонадеян. Уже сейчас я вижу многое, что тебе неведомо в силу твоей юности и неопытности.

– Прекрасно! Меня унижает мое собственное чувство.

– Я не умею унижать, я не способна на чувства, я само чувство, мне ведомы лишь факты, которые я могу анализировать.

– И что же ты видишь? – невозможно придать саркастический окрас фразе, когда она звучит в твоих мыслях, но я очень постарался.

– Чуть больше, чем ты. – Ненависть не заметила моих стараний.

– Так поделись.

– Не имеет смысла. Со временем ты все узнаешь сам.

– Очень странный способ помочь мне, утаивая от меня информацию.

– Отнюдь, это один из самых популярных способов помощи. С самого детства своего чада родители его практикуют, утаивая или приукрашивая действительность в желании сохранить его адекватность. Ты же не станешь заниматься половым воспитанием своего трехлетнего ребенка. Так и я считаю, что пока тебе не стоит еще сильнее перегружать твой мозг, который и так склонен к самодеструкции посредством слишком глубокого анализа ситуации.

– Ты просто влезла сейчас мне в голову, чтобы сказать, что у тебя есть некая информация, которой ты не планируешь делиться?

– Нет. Я влезла, чтобы сообщить тебе, что теперь мы с тобой круглые сутки вместе. И я буду помогать тебе по мере моих сил и возможностей.

– Чем же может быть полезен голос в голове? – смешок так же трудно удавался в мыслях, как и сарказм.

– Например, могу сказать, что за тобой следят три носителя, – я попытался оглядеться. – Да не крутись ты, они не должны знать, что ты их видишь. Вот как тебе рассказать что-либо, если ты тут же поддаешься мимолетным желаниям, не стараясь действовать логично?

– По большому счету эта информация не то чтобы очень полезна. Комиссар меня предупреждал о слежке. Так что…

– Хочешь полезную информацию? – перебила она мою мысль. – Сходи в салон красоты и приведи себя в порядок перед встречей с Юлей. Выглядишь отвратительно и пахнешь тоже, – все сказанное звучало без эмоций, но это только усиливало упрек.

Мне нечего было сказать, Ненависть была права, мой внешний вид оставлял желать лучшего.

Мы не сговариваясь закончили диалог. Скорее всего, она просто чувствовала, что больше нам не о чем говорить и что ее появление и так привнесло в мою жизнь неприятную неожиданность, с которой мне еще предстояло свыкнуться.

За всем этим общением с бывшей женой, потом с Ненавистью я не заметил, как подошел к своему временному обиталищу. К моему счастью, в этом же доме располагался и салон красоты, который был так мне необходим.

Подобные заведения посещались мной всего два раза. Не то что бы мне было жалко денег. Проблема была скорее в том, что мою простую прическу из разряда «чтобы утром не причесываться» мог выполнить практически любой парикмахер, затратив на это не больше двадцати минут. Мастера же из подобных салонов в стремлении показать свой профессионализм могли растянуть эту процедуру до часа, а то и нескольких. В первый раз в подобном заведении мне делали прическу, упорно не пользуясь машинкой, говоря, что это инструмент дилетантов. Второй раз меня вообще стригли опасной бритвой, видимо, показывая пик профессионализма. Но сейчас у меня не было вариантов, оставалось надеяться на адекватность местных работников ножниц и фена.

Помещение салона встретило меня смесью запахов всевозможных средств для волос. Дорогой интерьер, включающий в себя кожаные диваны, огромный аквариум и даже фонтан на стене тонко намекали, что услуги будут стоить тут недешево. Но сейчас меня это волновало меньше всего.

– Добрый вечер, чем я могу вам помочь? – спросила меня стоящая за стойкой приятная женщина лет пятидесяти.

Мне всегда было трудно оценить женскую красоту. В вопросах красоты зрелых женщин все было еще труднее, я находился в том возрасте, когда меня уже точно не привлекали малолетки, а дамы постарше только начинали вызывать странный, пока что постыдный интерес. Но ее красота меня поразила, она была высокая, стройная, не пытающаяся молодиться, она была прекрасна именно в этом возрасте, в этом месте и в это время.

– Мне бы привести себя в порядок, – собравшись, озвучил я свое желание.

– Конечно, проходите, – она провела меня к креслу. – Присаживайтесь. Сегодня воскресенье, да к тому же лето, клиентов совершенно нет, так что я отпустила всех мастеров, – значит, она была владелицей салона, – подстригу вас сама, вы не против?

– Думаю, хуже, чем сейчас, вы не сделаете, – я старался быть максимально непринужденным, не выдавая странный трепет, терзающий меня.

– Тогда приступим, – с улыбкой ответила она мне.

Мой конский хвост, который не имел никакой логики и красоты, а служил исключительно с целью убрать волосы от лица, был сразу отрезан и выброшен. Последующие ее действия были направлены на максимальное укорачивание моих непослушных, в некоторых местах кудрявых волос. Она делала все быстро и профессионально, совершенно не интересуясь моими пожеланиями, что для меня было даже плюсом.

– Я вижу вас тут впервые, – решила она прервать тишину. – Вы из нашего дома?

– Да, только вчера въехал, – ответил я.

– Тогда понятно, а то я знаю всех жильцов уже в лицо, потому была слегка удивлена, увидев новое.

– Еще и такое заросшее и неухоженное, – решил я пошутить в свой адрес.

– У всех разные жизненные ситуации, и не такое встречала, – с улыбкой поддержала она мой юмор. – Меня, кстати, зовут Валентина, раз уж мы соседи, стоит познакомиться.

– Виктор.

– Приятно познакомиться, – все с той же теплой улыбкой, возможно даже честно и искренне, сказала она.

За время стрижки мы непринужденно общались на всевозможные темы. Как ни странно, меня это не раздражало, хотя мне очень не нравилось, когда парикмахеры или таксисты, да кто угодно, пытаются навязать клиенту совершенно не нужное ему общение. Она рассказала, что сама давно живет в этом комплексе, что дети ее учатся где-то в Европе, муж – успешный бизнесмен, а этот салон красоты купил ей, чтобы она не скучала.

За разговорами время пролетело быстро, уже через полчаса моя прическа полностью преобразила меня. Я уже и забыл, как мне идет короткая стрижка.

– Мне кажется, от вашей так называемой бороды стоит избавиться на корню, она у вас не столь густая, чтобы ее носить, – рассматривая мое лицо, сказала владелица салона, она била прям по больному месту. Мне год пришлось растить это подобие бороды в стремлении быть мужественней.

– Вы мастер, вам виднее, – смирился я.

Она оказалась права, короткая прическа и отсутствие бороды сделали меня вполне приятным молодым человеком. Я помолодел года на три.

– Вот теперь совсем другое дело, – заметила мой парикмахер. – Я сама довольна тем, что получилось, но все же настоятельно рекомендую сменить одежду. С вас две тысячи.

– Спасибо, до свидания, – попрощался я.

– Приходите еще, – улыбнулась владелица салона в ответ.

Она была права, с одеждой получался полный прокол, застиранная серая футболка и протертые джинсы вряд ли подходили для соблазнения девушки, не говоря уже о том, что в таком виде не пустят ни в один приличный ресторан. На мой гардероб тоже надежды не было, там лежали совершенно такие же футболки и джинсы.