Бешеный прапорщик. Части 1-19 (СИ) - Зурков Дмитрий - Страница 74

И – тишина. Почти мертвая…

– Объяснитесь, Денис Анатольевич! – Капитан Бойко пристально смотрит на меня. – Что Вы имеете в виду?

– Валерий Антонович, я просто хотел узнать Ваше мнение о государственном устройстве в будущем. Из своей истории я знаю, что основной причиной революции было недовольство царской властью со стороны всех слоев общества. Что многие хотели бы ограничить самодержавную власть, заменить ее на конституционную монархию, а то – и на республику. Вот и хочу узнать, что Вы думаете об этом.

– В начале своего царствования император Александр III подтвердил три принципа построения российского общества, определенные еще в 1832-м году Николаем I: самодержавие, православие, народность. Я считаю, что для России это – вполне подходящий вариант. А Ваше мнение?

– Насколько я знаю, Александр III держал твердой рукой и страну, и всю Великокняжескую… свиту. Ныне здравствующий Император этого сделать не может в силу ряда обстоятельств. А что делают мыши, когда кот спит?.. Особенно, если до них правосудию очень трудно дотянуться. Я хочу сказать, что есть несколько условий, при которых возможно дальнейшее развитие страны с сохранением монархии.

– Так все-таки – монархия, а не республика? Отчего же, можете объяснить?

– Могу. При республиканском строе к власти приходит политик, выбранный на недолгое время, – максимум пять лет. То есть, партия, находящаяся у руля, гарантированно может выполнить программу, разработанную на этот недолгий срок. А учитывая «честность» большинства современных политиков, их действия будут направлены на обогащение себя любимых. Потом к власти придет другой лидер, другая партия, и процесс управления страной, то есть набивания собственных карманов, начнется по новой, а все огрехи будут сваливаться на предшественника. В своем времени я на это успел насмотреться, да и пример Северо-Американских Соединенных Штатов у всех нас перед глазами. Республиканцы и демократы сменяют друг друга с завидной периодичностью, а все идет так, как надо всяким банкам и трестам.

Так вот, чтобы сохранить власть, Царь должен объявить о национализации всей земли и бесплатной раздаче ее крестьянам. С учетом их заслуг в войне, то есть, лучшую землю должны получить те, кто проливал кровь на фронте, или семья погибшего воина…

– Подожди, Денис, ты хоть представляешь сколько крупных землевладельцев в России? Ты думаешь, они обрадуются? – Дольский следует моему примеру и тоже закуривает.

– Анатоль, пойми! Один из основных лозунгов революции был «Землю – крестьянам!». Если это сделать сверху, то крестьянство будет за царя, а не за революционеров. А вообще, скажи мне, почему основная часть населения империи живет в беспросветной нищете, деградирует и спивается от безысходности? При этом еще обязана кормить остальных, которые их и за людей не считают? И потом, кого проще прижать к ногтю – миллионы озлобленных крестьян, или несколько пусть даже десятков тысяч помещиков и землевладельцев. Тем более, что им будет предложена определенная денежная компенсация, правда, растянутая лет на двадцать-тридцать.

– Да, Денис Анатольевич, удивили Вы меня, – Валерий Антонович, до сих пор внимательно слушавший нашу с Дольским перепалку, решил вступить в разговор. – Не скажу сразу, что я – за, но доводы заслуживают внимания. Чем еще удивите?

– Еще – смягчение отношений между сословиями, национализация стратегических отраслей промышленности, улучшение условий жизни и труда рабочих, в том числе и жестко установленная законом продолжительность рабочего дня, всеобщее образование, бесплатная медицина. Это так, навскидку.

– Ты хочешь уравнять в правах дворянина, купчину и крестьянина?! Ты представляешь, какой поднимется вой?

– Анатоль, скажи, пожалуйста, что дает тебе твое потомственное дворянство? Изжившие себя надуманные привилегии? Тебе это нужно?.. Тем более, что отменять ничего не надо, просто границы между сословиями сделать более прозрачными. Вспомни Петра I: «За ум графами жаловать буду!» Возьми, например, Демидовых. Да и Светлейший князь Александр Данилович Меньшиков свою карьеру начинал с пирогов. Дворянство должно служить стране. Не за страх, а за совесть. Как самураи в Японии…

– Хорошо. Тем более, что на войне пуля одинакова и для крестьянина, и для дворянина… А почему у тебя рюмка полная? Манкируешь?

– Нет, с позавчерашнего дня в роте – сухой закон. Для всех.

– Почему же, Денис Анатольевич? – Господин капитан с интересом смотрит на меня, ожидая ответа. Рассказываю историю трех незадачливых погранцов – пьяниц. Дольский ржет, а Валерий Антонович высказывает то ли похвалу, то ли осуждение:

– Вот вечно Вы, Денис Анатольевич, оригинальничаете. Они же теперь или пить разучатся, или бегать будут быстрее командира… Ну да шутки – в сторону. Вы назвали ряд преобразований в стране и обществе. А какими силами собираетесь это делать? Ваши слова достаточно близки к программе кадетов, но примут ли они нашу сторону? Тем более, что Ваши идеи гораздо радикальней. А они ведь сами рвутся к власти. И не они одни.

– Валерий Антонович, вопрос должен стоять по-другому – примем ли мы их в свои ряды? В моей истории было несколько случаев, когда военные брали власть в стране. Про младотурков Вы и сами знаете. А вот в Испании в начале тридцатых была революция, которая уничтожила монархию. Республиканцы разных партийных принадлежностей не могли выработать единой политики и грызлись между собой. А попутно отрывались на крестьянах. Представьте себе запрет на свободную торговлю продуктами в аграрной стране. Они же потом начали политические репрессии. А в 1936-м году восстали военные во главе с генералом Франко. И до 1939-го была гражданская война, которую армия, естественно, выиграла. Генерал стал диктатором, но сразу заявил, что передаст власть над страной наследному принцу Хуану-Карлосу, но только когда положение в стране это позволит. Что впоследствии и сделал, но сначала хитро обошел Вторую мировую войну, потом провел индустриализацию, – в общем, вывел Испанию из отсталых аграрных стран в развитые индустриальные. Националистической партии оставил только социальную направленность, тесно сотрудничал с религиозной организацией «Опус Деи»…

– Вот, мы и переходим к следующему принципу – православию. – Капитан задумчиво смотрит на мою полную рюмку, потом кивает Анатолю, чтобы налил себе и ему. – Что Вы думаете по этому вопросу, господин реформатор? Скажу сразу, я – человек верующий, и отказываться от Бога не собираюсь. Кстати, после нашего первого разговора задался вопросом: Не являлась ли именно религия той связующей силой, что подняла весь русский народ на войну с Бонапартом? Ведь он, вроде, обещал крестьян освободить от крепостничества. И ведь не помогло… Так что же делать с Церковью?

– Ну, во всяком случае, устраивать склады и клубы в церквях и взрывать Храм Христа-Спасителя по примеру большевиков нет необходимости. Но церковники сами же себя компроментируют в глазах народа. Вспомните того же попа, который на воскресные службы к нам приезжал до отца Александра…

– А сам отец Александр? Он для Вас – авторитет? – Валерий Антонович хитро смотрит на меня и неторопливо затягивается папиросой. – Он отличается от того попа?.. Молчите?.. Вот я Вас и поймал! Вы, Денис Анатольевич, родились и выросли в атеистическом обществе, и Вам не понять чувства верующего человека. Не почувствовать до глубины души того… окрыления, что ли, той возвышенности, возникающих от перезвона колоколов, от пения церковного хора… Что-то я расфилософствовался… Так что же делать с религией?

– Не знаю, Валерий Антонович… Сейчас не могу ничего сказать…

– Вот поэтому Вам и надо побеседовать с отцом Александром. И открыться ему. Если я не ошибаюсь, то он может стать нашим союзником. Могущественным, верным, незаменимым в своей области. Не бойтесь, святой водой он Вас окроплять не будет… Я уже это сделал. В первый разговор, когда стакан подавал… Поговорите с ним. Может быть, он ответит на некоторые вопросы… Так, возвращаемся к нашей беседе. Нужно обговорить наши действия. Я хочу предложить Вам, Денис Анатольевич, вспомнить все, что знаете о тактике ведения боевых действий в будущем.