Бешеный прапорщик. Части 1-19 (СИ) - Зурков Дмитрий - Страница 417

- Насколько я знаю, он помимо газеты вот уже сорок лет активно занимается книгопечатанием и даже издает Военную энциклопедию, правда еще не закончил, запнулся на Порт-Артуре. - Добавляет информации Келлер.

Ага, когда-то Валерий Антонович мне рассказывал, что в бытность еще слушателем Академии Генштаба, помогал какому-то преподу писать статью в эту самую энциклопедию. И что сей книгоиздатель снабжает нашу армию топокартами, и не самыми плохими...

- Вы считаете, с ним действительно можно иметь дело? - В голосе Великого князя проскальзывает недоверие.

- Да, Михаил Александрович. Думаю, он пойдет на контакт. И потянет за собой других. Те же "Петроградские ведомости", например. А если станет нашим единомышленником и "рупором", то в будущем ему можно будет преподнести "вкусняшку" - пристегнуть к реформе образования и дать право монопольного издания новых учебников. - Павлов нервно барабанит карандашом по своему личному секретному блокноту, собираясь сказать еще что-то.

Мы-то с академиком привыкли к таким "склеротникам" еще там, на прошлом месте службы, Петр Всеславович тоже умеет обращаться с грифоваными документами, даже наш генерал без труда с этим освоился, а вот для убеждения Великого князя потребовалось время и некоторые усилия. Но, в конце концов, он тоже признал, что прошитый блокнот, хранящийся в сейфе за "семью печатями", всё же лучше, чем отменная фамильная память...

- ... Я сейчас хочу напомнить всем присутствующим тезис, который через несколько лет мог бы сказать небезызвестный господин Ульянов: "Из всех искусств важнейшим для нас является кино". В стране, где три четверти населения безграмотных, это действительно так... Я предвижу Ваш вопрос, Михаил Александрович: а стоит ли сейчас, во время войны, да еще в преддверии переворота тратить время на синематограф? Я угадал, не так ли?.. Так вот, родившись как невинное развлечение и попытки изобретателей запечатлеть события и воспроизвести их в динамике на экране, синематограф уже тогда таил в себе огромные возможности по воздействию на психику. Вы, наверное, слышали рассказы о том, как люди, смотревшие "Прибытие поезда на вокзал Ля Сьота" пытались убежать от наезжающего на них с экрана паровоза, а имеющие при себе оружие открывали стрельбу? При умелом режиссере, талантливых артистах, фильмы могут сыграть как роль лекарства, дающее силы во время тяжёлого недуга, так и наркотика, туманящего ум и лишающего воли.

Великий Князь не выдерживает и прерывает монолог академика:

-Уважаемый Иван Петрович, мне кажется, что Вы несколько преувеличиваете силу воздействия синематографа. Согласен, что первые фильмы действовали на неискушённого зрителя ошеломляюще, но это лишь по началу. Новое всегда удивляет, а иной раз и пугает, так уж устроен человек.

-Ну-с, не скажите, Ваше Императорское Высочество. Раз уж Вы коснулись сфер психологии, в коих я кое-что понимаю, то извольте выслушать короткую лекцию о прошлом и будущем...

Пока даже не о синемА. Итак, семидесятые годы века восемнадцатого. По улицам Европы дефилируют молодые люди в синих фраках, жёлтых жилетах и панталонах. А затем часть из этих щеголей находят мертвыми с простреленной головой валящихся в луже крови. А толкает их на самоубийство неземной талант Иоганна Вольфганга фон Гёте и его роман "Страдания юного Вертера". Эпидемия самоубийств захлестывает Европу. Доходит до того, что в ряде стран запрещают ввоз этой книги.

Теперь перенесемся в грядущее. Во Франции, в 1938-м году выходит фильм "Набережная туманов". О несчастной любви, об измене и крушении всех человеческих надежд. Многие зрители по нескольку раз просмотрели эту ленту. И, самое интересное, когда в 1940-м году Париж капитулировал, сами же французы обвинили этот фильм в разгроме Франции и позоре страны, мол, картина своей безысходной тоской морально разоружила нацию. А от одного своего знакомого я узнал, что снимали сей шедевр и на германские деньги...

А теперь вернемся в наше время. Михаил Александрович, Вам не доводилось просматривать ленту, произведённую Скобелевским комитетом "Умер бедняга в больнице военной"? Сценарий фильма можно проиллюстрировать так: "Таял, как свечка, солдат понемногу

Ранен был часто в бою;

Тихо, безропотно Господу Богу

Отдал он душу свою.

Умер вдали от родного семейства,

Умер в разлуке с женой,

Без материнского благословенья

Этот солдат молодой".

Я считаю, что этот фильм - выстрел в спину Русской Армии и ее солдату! Я бы этого режиссера!..

Присутствующие невольно вздрагивают от внезапного грохота. Павлов, разгоряченный своей "лекцией" и предметом обсуждения, резким движением пытается пригвоздить лежащий перед ним блокнот к столешнице остро отточенным карандашом.

- Оно, конечно, Александр Македонский - герой, но зачем же стулья, пардон, столы ломать? - Великий Князь, улыбаясь, слегка интерпретирует Гоголя. - Я понял, Иван Петрович, но что Вы предлагаете взамен?

- Мы должны снимать фильмы, наполненные оптимизмом, верой в победу и при этом их сюжет и герои не должны быть надуманными. Люди должны узнавать в героях самих себя, своих знакомых, или друзей. В батальных сценах не место парадности, должна быть обычная проза войны, в которой подвиги совершают не былинные богатыри, а простые русские солдаты. - Павлов, устыдившись своего порыва, берет себя в руки. - И не должно быть ни капли лжи. Безусловно, художественное произведение - это не дневник и не мемуары. Роман Толстого "Война и Мир" при всей его гениальности - не учебник военной истории и по нему нельзя изучать все нюансы тактики, но в целом он рисует абсолютно объективную картину событий. И на этой книге будут учиться как нужно защищать Родину многие поколения россиян...

Но об этом можно говорить бесконечно. А посему, Михаил Александрович, по примеру Вашего прадедушки готовьтесь стать высочайшим цензором. Вот здесь, - академик протягивает Великому Князю пухленькую папку, - обобщенные предложения по основным направлениям кинематографа, как художественного, так документального, научного и популярного.

- Иван Петрович, а Вы уже нашли будущих витязей пропаганды и богатырей информационных войн? - Пытаюсь поскоморошничать и разрядить обстановку - ни разу еще не видел, чтобы Павлов-Тимин карандаши в доски забивал. - Если нет, я Вам адресок подкину. Рядом с внезапно обретенной мною дачкой, кажется, какая-то киностудия обретается. Только персонал придется сменить, нынешний мне не нравится - слишком откровенно на мою супругу пялились, гаденыши... Я думаю, Петр Всеславович должен быть в курсе, кто такие и откуда...

- Насколько я понимаю, речь идет о павильонах "Киноателье "Русь"? - Неслышно вернувшийся вместе с Потаповым Воронцов, наверное, слышал конец фразы. - Хозяин - костромской купец-старовер Трофимов. Состояние свое сколотил на строительных подрядах, увлекается театром и синематографом. Полтора года назад вместе с инженером Алейниковым основали "Торговый дом "Русь" и занимаются производством фильмов. Очень дружны с Московским художественным театром, с ними работают практически все артисты, режиссеры и художники. Из самых популярных картин - "Дочь истерзанной Польши", снятая, скорее всего, по мотивам одной из новелл Мопассана.

- Как Вы считаете, Петр Всеславович, с ними можно сотрудничать? Я имею в виду патриотическую пропаганду. - Интересуется уже окончательно успокоившийся Павлов.

- Я полагаю, что - да, Иван Петрович. Но стоит учесть, что они сейчас нацелились на религиозные темы. Собираются снимать фильм о сектантах-хлыстах. Называться будет, кажется,... "Лгущие Богу"...