Аквариум (СИ) - Фомин Олег - Страница 133

  Но вместо чуть живой человеческой плоти семь черных молний встретили на своем пути ослепительную вспышку белого света, в которой на миг утонула вся арена поединка. Скалы, деревья, вода - все исчезло в ее сиянии. Во все стороны брызнули лучи, настолько яркие, что безжалостно резали глаза даже на таком расстоянии. Затем, в постепенно гаснущем мареве начали проявляться высокие фигуры черных. Вспышка отбросила их на несколько метров назад от цели и они, беспорядочно рассредоточившись по гребню скалы, замерли в неподвижности. Если бы Ануннаки не были столь близко знакомы с этими существами, то они могли бы подумать, что те находятся, как минимум, в недоумении. Свет сжимался, словно время повернулось вспять, и лучи быстро возвращались в одну точку. Миг, и свечение уплотнилось и сосредоточилось в длинном и широком лепестке меча, находившегося в правой руке у твердо и уверенно стоявшего на камнях человека. Он был покрыт кровью и черной копотью, но беспомощности и слабости, всего пару секунд назад исходивших от онемевшего, распростертого на камнях тела, как не бывало. Человека переполняла сила. Рассеянный свет, струящийся через мир вокруг, водоворотом стекался к нему со всех сторон горизонта и, проходя через все его естество, собирался на гранях белого клинка, острие которого смотрело на замерших черных.

  Человек замахнулся своим оружием и резко прыгнул вперед в сторону ближних к нему противников, в высоком сальто разрезав воздух крест-накрест слепящими росчерками света. Раздался какой-то совершенно запредельный скрежет, постепенно переходящий в визг такой мощности, что корабли Ануннаков ощутимо вздрогнули, а две непобедимые твари, сотканные из мрака, одна за другой медленно и торжественно разъехались пополам прямо по линии разрезов, оставленных на них белым лезвием. На этот раз их тела не рассыпались на сотни невесомых крупиц, а начали съеживаться, притягиваясь друг к другу и соединяясь в одну плотную точку, зависшую в воздухе. Она была настолько черной, что пространство вокруг нее заколыхалось расходящимися волнами искажений. Точка сжалась до предела и бесшумно исчезла, последний раз изуродовав оптические свойства материи несимметричным, постепенно исчезающим искривленным узлом. Визг тут же затих, и наступила звенящая тишина.

  Человек, словно сам не ожидавший такого потрясающего эффекта от примененного им оружия, замер на месте напротив неподвижных фигур пяти оставшихся противников. Несколько долгих секунд они так и стояли в этом странном оцепенении, а потом, как по свистку, одновременно бросились друг на друга.

  Взлетели вверх пять черных клинков, а им навстречу устремился широкий белый лепесток.

  Свет встретился с тьмой...

  Зрение Ануннаков было намного острее и совершеннее человеческого, но даже они не могли различить отдельные детали яростного сражения, разыгравшегося внизу. По исковерканным, растрескавшимся скалам кружил неистовый, порывистый смерч с ярко-белой сердцевиной, вокруг которой бесновались иссиня-черные вихри. Летели во все стороны камни, стволы и ветки деревьев, стонал воздух, а черно-белая карусель продолжала свой безумный танец, круша и уродуя когда-то живописный береговой пейзаж.

  Вот смерч резко ушёл в сторону, пересекая четырехугольную площадку наискосок, и оказался около длинного высокого мыса, далеко выступавшего в море. Белое пятно взметнулось вверх, вырываясь из центра чёрной воронки. Ему вслед ударили три темных молнии, и две широких, похожих на огромные крылья ворона, плоскости, перечеркнувшие огромным косым крестом облака пыли. Чёрные начали наносить не только колющие выпады, но и размашистые рубящие удары. Молнии ушли в небо, совсем чуть-чуть разминувшись с целью, которая резко поменяла вектор движения и рванулась в сторону, чудом пройдя через узкий коридор пространства между секущими плоскостями, и ударила в ответ.

  Вершина мыса, размером раза в четыре больше самого высокого из уцелевших деревьев, разрубленная двумя крыльями мрака, со страшным грохотом съехала в воду, взметнув вверх фонтан воды и каменной крошки.

  Но даже через это плотное марево было отчетливо видно белый луч, упавший сверху на один из мечущихся в вихре сгустков тьмы и пронзивший его насквозь. Душераздирающий скрежет, визг на грани ультразвука, и чёрное пятно вывалилось из яростной круговерти, сжалось в точку и исчезло, на миг проделав в материи мира узкую дыру с неровными краями, похожую на пулевое ранение, исказившее пространство.

  Свет и тьма вновь слились воедино и продолжили свой неистовый танец. Чёрные начали бить вразнобой, выбрасывая во все стороны полосы мрака. Им в ответ, намного реже, но не менее яростно выстреливал белый лепесток.

  Схватка перемещалась по плато туда-сюда, безжалостно кромсая все вокруг. С тяжким гулом в воды прибоя обрушился кусок ещё одной скалы, зеленые заросли по периметру площадки почти перестали существовать, смотря в серое небо жалкими пеньками, оставшимися от деревьев, и темными пятнами вытоптанной травы и кустов.

  Ануннакам, замершим в ожидании, которое из предвкушающе-нетерпеливого медленно, но неумолимо превращалось в тревожное, начало казаться, что этот танец может продолжаться бесконечно. Было похоже, что сцепившиеся друг с другом силы обрели некий равновесный баланс в своём противостоянии и уже не могут склонить чашу весов на ту или иную сторону.

  Однако, это было не так. Очень скоро раздался ещё один непродолжительный визг, и вновь воздух заколебался, схлопываясь в провал, оставленный очередным уничтоженным чёрным.

  Вихрь заметно убавил в объёме, зато скорость его вращения, казалось, стала ещё быстрее.

  Снова смазанное движение, в котором смутно угадываются выпады, уходы, развороты, снова брызги гранита и грохот, а потом стремительный взмах крыла, на этот раз белого, яркая вспышка света и знакомый визг.

  Ураган наконец распался и остановился. На его месте остались лишь двое перерубленных пополам на уровне пояса чёрных, которые, визжа, съёживались и исчезали, а справа от них застыл их единственный уцелевший собрат, ну а слева человек со сверкающим мечом в руке.

  Через секунду они остались вдвоём, напротив друг друга.

  Две противоположности, два антипода, два разных полюса бытия.

  Один - дымящийся густым, плотным мраком и ощетинившийся сотканными из тьмы иглами, другой - переполненный ярким белым светом, пробегающим через все тело и пульсирующим на острие выставленного перед собой клинка.

  А ещё через секунду они вновь бросились в бой. Видимо, возможность компромисса даже не рассматривалась ни первым, ни, тем более, вторым.

  Чёрный нанёс красивую сокрушительную серию ударов обеими руками-мечами, но часть из них человек, немыслимо изворачиваясь, пропустил мимо, а часть отразил своим ярким лепестком. Лезвие его меча расчертило в воздухе замысловатый, изломанный белый зигзаг, встречающий разящие чёрные шипы каждым вектором поворота своего движения, а предпоследний отрезок этого зигзага прошёл точно через шею противника, в то время, как последний развалил обезглавленное тело на две половины четко по вертикали сверху вниз.

  Все!

  Двенадцать карателей, которых Ануннаки считали боевой элитой высших сфер, настолько грозной и непобедимой, что иногда даже просто их появление могло в один момент решить проблему чьего-то неповиновения, были уничтожены. Уничтожены червяком, расходным материалом для опытов, человеком, одним из тысяч подобных ему тварей, которые влекут своё жалкое существование на их полигонах.

  Это факт был необъясним и настолько запределен, что их сознание до сих пор не могло принять его, как что-то свершившееся и реальное. Казалось, что это какая-то чудовищная и нелепая ошибка. Такого просто не могло произойти на самом деле.

  И тут поверхность планеты под ними наконец-то осветили солнечные лучи все-таки наставшего утра. Огромная туча наверху бесшумно исчезла вслед за смертью последнего из чёрных, лишний раз подтвердив, что все, произошедшее только что, имеет место быть.