Песня моей души (СИ) - Свительская Елена Юрьевна - Страница 122

- Я тогда ненавидел тебя.

- Как будто мне нужна твоя любовь! – нахмурился правитель Черноречья.

- Было бы здорово снова на неё влезть!.. Мир с неё выглядит иным…

- Ты бы на ногах держаться научился, воин, - вдруг беззлобно усмехнулся Мстислав.

- Ты бы побоялся сам залезть так высоко, - на губах Вячеслава появилась усмешка.

- Ради тебя я бы забрался, - проворчал король, - Чтобы устроить тебе взбучку. Ишь вздумал, прятаться от учителей! От книг бы своих под столом прятался – вот уж точно не мужское занятие, эти твои книги!

Вячеслав повернул голову и грустно посмотрел на отца:

- Что ж ты и в тот день послал за мной слугу, а сам ушёл по делам?

- Королю не следует лазать по крышам за глупыми мальчишками, - нахмурился Мстислав, - Дел, знаешь ли, у меня хватает. Поважнее.

Вячеслав отвернулся и долго молчал, смотря в потолок – мы все напряжённо наблюдали за ним, испугавшись его неподвижности – потом вдруг снова повернулся к отцу, грустно улыбнулся:

- А я тогда надеялся… что ты ещё раз за мной полезешь…

- Если бы я лазил за тобой ещё и на крышу, ты бы только затрещиной не отделался.

- Ты уделял мне столько внимания, что и затрещина становилась наградой.

- Я желал, чтобы из моих сыновей выросли прекрасные воины! – рявкнул король, - А ты закопался в пыльные летописи. Ладно бы хоть от тренировок не бегал, совмещал нужное с приятным, так нет!

Чуть помолчав, сын серьёзно спросил:

- Разве нельзя человеку заниматься тем, что ему по душе? Ты бы хоть порадовался, что я нашёл себе дело по душе. Я же могу что-то полезное сделать людям, даже не беря в руки меч!

Лицо отца окаменело. Он ледяным голосом сказал:

- Знаешь, я смотрю на тебя сейчас… и я не радуюсь тому, что я вижу.

- Ты отгородился от меня, найдя для этого удобную причину.

Король молча пошёл к дверям. На пороге обернулся, но не на сына, а на Клёна, который что-то записывал, расположившись на полу.

- Пиши по-человечески, - проворчал Мстислав, - За столом, - и вышел, с грохотом захлопнув двери.

Вячеслав горько вздохнул и вновь перешёл к пустякам, как будто ничего особенного не случилось.

- Хотите, расскажу вам интересную легенду? – вдруг предложил Клён.

Принц попытался сесть – Цветана заботливо помогла ему, села поближе, давая прислониться к ней, осторожно обняла – и посмотрел на алхимика, уже перебравшегося за стол со своими бумагами и письменными принадлежностями.

- Ты что-то пишешь, Клён? Новые идеи?

- Так, кой-какие мысли записываю, - невозмутимо соврал Клён, потом тепло улыбнулся своему другу, - Ты потом прочтёшь, Вячеслав. Когда отдохнёшь, - и, повертев перо меж пальцев, невозмутимо начал рассказывать.

К моему удивлению, в легенде накрепко сплелась одно из сказаний Кана и выдуманная кем-то иным история про Гришку, которым он притворялся.

- Как будто я уже слышал об этом страннике.

- О нём вся страна говорит, - улыбнулся Клён, - О нём все говорят, укладывая детей спать, собираясь семьёй после тяжёлого дня, попивая с друзьями квас или встречаясь с соседями и соседками. Утверждают, будто Гришка и в правду живёт. Как будто он повидал немало стран и у него много друзей по всей Мирионе. Он любит разные истории, но не переносит те, в которых хотя бы упоминается о вражде или которые имеют грустный конец… - парень вдруг запнулся, но сразу же продолжил, как будто ничего не случилось, - Конечно, люди и сами выдумывают про него небылицы. Только не каждому верят, произнеси он хоть слово, оправдывающее вражду. Вроде бы Гришка не смирился с войной в Черноречье, потому и выбрал жизнь полуголодного оборванного странника.

- Постой, в некоторых историях Гришка вполне прилично одет!

В комнате, как оказалось, народу стало ещё больше: добавились двое стражников. Значит, Мстислав велел следить за нами и Клёном. Я подошла к Кану, сжала его руку, с мольбой заглянула ему в глаза, потто взглядом указала на Клёна. Ведь нельзя его так оставить!

- Конечно, он не из знати, простой и приличный человек, но одежда всегда чистая, - продолжил воин.

- Слушай, а он всегда таскал с собой щит или где-то его оставил? – задумчиво уточнил его напарник.

- Не уверен. Но у него всегда были чёрные волосы, а на рубахе как будто бы вились ветки с листьями...

Надо же, человек, которым Кан притворялся, так полюбился народу Черноречья! Но...

Дёрнула жениха за рукав, снова взглядом указала на Клёна. Можно его сейчас похитить.

- Неужели кроме как о нём в вашей стране ни о ком не говорят? – уточнил маг, будто не заметив моей мольбы.

- Это же Гришка! – одновременно произнесли воин и алхимик таким тоном, будто бы их ответ всё прояснял. – Прошлые байки о вражде не сравнятся ни с одной из его историй!

- Этот человек не воин. С чего бы вам так любить его легенды?

- Вот в том-то и дело: Гришка – не воин. Самый обычный человек, соскучившийся по покою, - вздохнул один из стражников.

- Раз вы так восхищённо о нём говорите и следите за всеми легендами, он и в правду живёт, - усмехнулся Кан.

Его что, никто не интересует кроме выдуманного им Гришки?!

- Как такой человек может не жить? – по-детски наивно захлопал ресницами воин, не желая отпускать сладкую и приятную сказку. – Ведь кто-то же первым начал пересказывать те чудесные легенды!

- Но почему именно Гришка? Вполне мог бы оказаться другой какой-нибудь сказитель или менестрель.

- А потому, - едва не обиделся заступник. – Не трогай нашего Гришку! Ты с ним даже не встречался и не представляешь, какой замечательный он человек!

Похоже, народ этой страны не только полюбил «собирателя легенд», но и полностью присвоил его себе вместе со всеми легендами. Интересно, не обиделся ли из-за этого любимый?

Кан лукаво только усмехался: такому повороту он был только рад. Впрочем…

Незаметно ото всех ущипнула мага.

- Встречаются те, кто видел Гришку в трактирах и деревнях. Даже в столицу этот мужчина заходил. А вы не верите в его существование!

- Вспомните ещё какую-нибудь историю о нём, - попросил Вячеслав.

Перебивая друг друга, воин и алхимик принялись припоминать все самые лакомые и увлекательные истории «собирателя легенд», какие им были известны.

Где-то посередине седьмой легенды Кан скользнул к Клёну – и коснулся рукой его плеча, взглядом указал на дверь, потом ладонью коснулся своего уха. Парень остановил свой рассказ, но его тут же подхватил кто-то из стражников. А Клён опять стал записывать.

Вдруг появился Мстислав. Стражники, увидев его, испуганно притихли. Король шагнул к сыну и… вложил ему в ладонь сосновую веточку. Вячеслав изумлённо посмотрел на отца:

- С той самой сосны?

- С неё.

- Спасибо, - глаза принца засияли.

- А ты чего вдруг заткнулся? – проворчал король, покосившись на стражника, - Ты что-то интересное, кажется, говорил? Продолжай.

Смущённо потупившись, чернореченец последовал приказу. Вячеслав заинтересованно слушал, неосознанно играя пальцами с иголками с той самой, дорогой его сердцу сосны…

А потом вдруг, легенды через две, глаза его закрылись. Он обмяк. Цветана крепко обняла его и зарыдала.

- Кого-то ты мне напоминаешь, - задумчиво сказал Мстислав, глядя на девочку.

- Послушайте… - шагнул к нему Кан.

- Ну что тебе? – король недовольно посмотрел на него.

- Нашему отряду нужен алхимик, - твёрдо сказал мой жених.

Рука Клёна дрогнула – и он посадил на бумагу кляксу – парень быстро посмотрел на Кана, потом уткнулся взглядом в свои записи, до того, как Мстислав посмотрел на него.

- Тем более, Клён знает обо всех делах отряда, он хорошо со всеми ладит, всегда трудолюбив. А Вячеслав говорил, что он и в алхимии хорошо разбирается...

- Я найду вам новых алхимиков, - отрезал правитель Черноречья.

Хотя Клен всё слышал – он не мог не слушать – парнишка продолжил невозмутимо что-то писать. Мне стало очень жаль этого смелого, верного чернореченца. Может быть, мы сумеем похитить его позже? Ведь Кан – маг!