В чужой коже (СИ) - "crazyhead" - Страница 53

Постепенно вовлек во все это всех, включая Плеймна.

Анрострум, кстати, связался со мной сам. Оказывается, Саед собирается вернуться обратно после того, как пройдет курс лечения, уж слишком ему неуютно среди всех этих технологий. А Плеймн, кажется, влюбился в человека и даже слышать не хочет о замене на другого сапиенса. Вот он и обратился ко мне, чтобы узнать мои впечатления от планеты. Все-таки в сети – только общие сведения, и очень кратко, сам Саед от разговоров о родине грустит, и анрострум не решается лишний раз заводить об этом беседу. Так и получилось, что Плеймн невольно начал мне помогать в составлении «плана возвращения». Через пару месяцев Велор признал, что сложности есть, но решаемые, и подключил Плеймна более плотно.

К тому моменту, как Саед завершил лечение, Плеймн и Велор выкупили монопольное право на контакт с аборигенами, разыскали нескольких анрострумов с той же редчайшей болезнью, что и у них, предложили поселиться «на природе в удобных домиках» и… все завертелось уже по-серьезному.

До какого-то момента переезд был всего лишь моей слегка отдающей безумием идеей, ностальгией Саеда, влюбленностью Плеймна, несопротивлением Илая и соглашательством Велора. Потом, в один момент, это стало делом решенным. Заключались договоры, выплачивались деньги, закупалось оборудование, нанимались рабочие, арендовались межзвездные корабли и небольшие капсулы. То, что было только планом, желанием нескольких разумных, начало претворяться в жизнь.

Конечно, все сложилось не сразу. Пришлось попотеть, особенно волнительным был момент, когда за три дня до старта вышел из строя главный корабль. Что-то с двигателем. Пришлось срочно, в течение нескольких часов, искать новый, нанимать вместе с командой, перетаскивать уже уложенные грузы из одного корабля в другой. Стартовать надо было точно по графику, время согласовывалось заранее, пропустишь свое – жди потом еще недели две, а мы ведь уже договорились на поставку подержанных исследовательских модулей, их должны сбросить на планету аккурат к нашему прилету… Мы успели.

Я вздохнул с облегчением. А потом еще дня два носился по трюму, сверяясь со списками, проверяя, не забыли ли мы чего. И только все общупав, простукав, обсмотрев целостность упаковки – немного успокоился. Теперь-то поделать уже ничего нельзя. В случае чего – свяжемся с Плеймном.

Хитрый анрострум решил полететь во «второй волне» - на все готовенькое. То есть мы прилетим, все построим, наладим, а потом он прибудет с Саедом.

Парень, конечно, рвался с нами, говорил, что соскучился по родителям, но Плеймн уговорил его пройти еще один курс – чтобы закрепить результат терапии. Не уверен, что это было так уж необходимо, однако, Плеймн явно не горел желанием, подобно первопроходцам, преодолевать бытовые трудности. Я вообще был удивлен степенью его увлеченности Саедом. Уехать от цивилизации, фактически в леса… я даже начал его уважать.

Вообще, мое отношение к дяде любимого было неоднозначным. Я расспросил Велора, с чего все началось и… не уверен, что супруг сказал правду. Сравнив его слова с информацией из сети, пришел к выводу, что… возможно… не наверняка, но вероятно – вовсе не Плеймн начал изводить моего любимого. Скорее всего инициатором был Велор. То есть, там сначала вообще было дело не в физическом уничтожении. Противостояние началось на уровне бизнеса, а потом уже плавно перешло на личности. В сети были намеки на «грязные» методы Велора. Я принял к сведению эту информацию. Просто еще одна частичка паззла. Велор может быть и таким тоже. Даже странно, что он с самого начала был настолько щепетилен в отношении меня.

И сейчас, уже находясь в звездолете, мне все еще немного не верится, что мы действительно это делаем. Послонявшись некоторое время бесцельно, нахожу Велора и начинаю выпытывать, не грустно ли ему оставлять родную планету.

- Не более грустно, чем было тебе, - улыбается анрострум и осторожно приобнимает клешней, - мы же потом еще попутешествуем?

- Обязательно! Вот только отдохнем немного от приключений…

Эпилог

- Да что ж ты творишь? Пучеглазина криворукая!

Прилетанец с огромными глазами и несколькими щупальцами шарахнулся в сторону от гневно упершего руки в бока Арта. Человек продолжил громко распекать покрывшегося пятнами бедолагу, тыкая пальцем в тонкую дощечку. От его матюгов с ближайшего дерева вспорхнула стая пичуг и, пролетая надо мной, изрядно изгадила камзол. Я потер глаз кулаком, в надежде что это – похмельный бред, но картинка осталась прежней: и блестящий бок корабля, что по размеру мог сравниться со всем нашим замком, и деловито снующие туда-сюда прилетанцы всех форм и размеров, и растущие, будто грибы после дождя круглые диковинные дома…

Интересно, как это Арту так удается – стоит далече, а кажное словцо слыхать?

На лице против воли расплывалась улыбка. Вернулись! Я повернулся к Бохлейлу, тот с кислой миной наблюдал, как стремительно растет рядом инопланетный город.

- Они вернулись! Это ведь здорово? Я скучал, а ты – нет?

- Здорово… - подтвердил князь, вздыхая, - только я за всю свою жизнь не видел созданий, настолько склонных влипать в разнообразные истории. И нам достанется… заодно…

Князь вздохнул еще раз, видимо, припоминая, как мы прятались на дереве от зверья, потом тряхнул головой:

- Зато и счастье с ними тоже рука об руку следует. Вот, тебя с собой привели!

Я ласково ткнул его под ребро, пока никто не видит. Ишь чего! «Привели»! Я, может, сам пришел! А все-таки здорово, что прилетанцы вертанули взад, с ними всяко веселее!

За ужином Арт жизнерадостно уплетал баланду, которую стряпухи считали похлебкой, и даже не морщился, кажись, от радости встречи даже не замечая ее вкуса. Он много смеялся и рассказывал про то, как гостил у Велора. Говорил про Саеда, что тот скоро прилетит, да не один. Это, конечно, не обрадовало воеводу, и они с Артом долго орали друг на друга и даже чуть не передрались. Угомонились, только когда Бохлейл вмешался. Велор и зверочеловек тихо улыбались, не мешая Арту, я слышал, как ушастый довольно произнес:

- Смотри! Глаза блестят, ожил. А то было: либо злой, либо грустный. Хорошо все-таки получилось, да?

- Пожалуй, - согласился серокожий, - есть нечто притягательное в этой планете…

Ну, и хорошо, ну, и ладно! Раз «притягательное», значится, задержатся…