Оборотень (СИ) - Ганиева Алеся "Alesya-Grey" - Страница 106

Звук трещащих галок. Раздражает. Духота. Зной. Раскаленная пустыня в горле. Но всю эту неприязнь скрашивают поцелуи Джексона, которыми он так нежно пытается меня разбудить. Пусть я покажусь эгоисткой, но готова ещё долго так симулировать только бы не спугнуть такой наплыв ласки и нежности.

— Ну ты же не спишь, — щекочет ухо своим дыханием.

— Не-а, — трусь лицом об него. — Мне к девочкам надо, — прижимаюсь к горячей груди. Понимая свое счастье, начинаю улыбаться самой себе. Вот только бы не спугнуть, только бы не сглазить.

— Успеешь ещё.

— Марго наверно…

— Прабабушка звонила и она счастлива сидеть со своими внучками, — провел пальцем по носу и чмокнул в губы.

— Ты это сейчас прикалываешься над нами? — Марго конечно любит свои правнучек, но чтобы расплываться в счастье от них…

— Цитируя это тем, что кое-кто за последние три недели не отходил от них и никому толком не давал с ними повозиться.

— Бред! — соскочила и села на кровати. — Я же говорю вы плетете заговоры против меня! Когда это я так себя вела? Дети спокойные и спят целыми днями!

— Так они ещё маленькие, — поднялся с кровати и быстро надел боксеры. Взял свою майку, вывернув её продел горло через голову.

— Так я тоже об этом! — сама начинаю продевать руки и плетусь за Джексоном, который быстро покидает комнату. — Ты куда?

— Пошли я тебе кое-что покажу, — уже внизу лестницы, а я только к ней подступилась. — Так не честно, я этот дом не знаю.

— Ориентируйся по запаху, — усмехнулся и скрылся за дверью. А что за ней? Остается дойти и выяснить.

— Хитро! Не считая того, что твой запах на майке, который сбивает мне всё обоняние, — оттянув воротник, с наслаждением вздохнула полной грудью. Как же сладко, аж мурашки табуном рванули по телу. Перед глазами минувшая близость и тут же заныли мышцы живота. Смущение от собственного возбуждения. Он же это сейчас почувствует.

— Хочешь сказать, во всём виновата моя майка? — открываю медленно и дверь и любопытно просовываю голову.

— Хочу сказать, что я этом не сильна! — захожу в какой-то кабинет, где Джексон уже расположился в крутящемся кресле.

— Этой ночью мы всё исправим, — сверкнул темным взглядом и усадил меня к себе на колени. И снова намеки на обращение. И снова страх проскользнул в душу. — Как же мне нравится, что ты без белья, — лукаво улыбнулся, орудуя рукой у меня в паху.

— Мистер Ливертон, так вы мне хотели показать ваш кабинет? Он мне нравится, — сама как кошка начинаю лезть к нему.

— Нет, — усмехнулся. — Этот кабинет был когда-то моего отца. А тебе я не это хотел показать. И не показать… — достал из-под моей майки ключик на цепочке, который он мне вернул на свое день рождения. — Это не просто ключ. Это ключ от нашего с тобой счастья. — Достает странную шкатулку, небольшую. Сделанная словно из темного серебра, с красивыми узорами. Наверно точно серебро. Для простой слишком уж она красивая, хотя ключ к ней золотой. Недолго размышляя и крутя ключ в руке, Джексон просунул его в отверстие и одним движением открыл дверцу с боку. Непредсказуемо и так похоже на моего столь продуманного и серьезного Мистера Ливертона. А ключик-то со смыслом оказался!

— Так красиво, — тихо шепнула, кладя голову ему плечо, тесно упирая в его шею.

— Вот и открыли дверцу нашего счастья... Доставай, — нежно поцеловал в лоб. Я помню эти слова: - "Дверь нашего счастья." Я тогда до конца не понимала, что он имел виду в той открытке на день рождения. Вот та самая дверца - у Джексона, как всегда десять шагов спланировано наперед. Он за ранее знал, что это произойдет. Он медленно, но верно шел к этому, пока я с ума сходил в неведение. Не зря говорят, что всему свое время. И все равно мне так жаль весь этот год, который нам не принадлежал.

Конечно же, там что-то есть, тянусь к шкатулке. Что? Сердце забилось в тревоге, от волнения. И я так уверенна, что это что-то особенно невероятное. По-другому я просто не могу передать восторг. Сама шкатулка уже невероятная для меня. А её содержимое… Чего тянуть? Полезла рукой в эту дверцу!

— О май Гаш! — тихо, но с таким восторгом. Пальцами нащупываю два кольца. Да! Это кольца! — Джексон! — восклицаю и начинаю выскребать из маленького пространства. Вот правильно мне мама говорила, что это не просто ключ, а предложение руки и сердца. — Ты женишься на мне! — держу два золотых кольца в ладони. — Да я буду твоей женой! Ура! — обнимаю его и целую.

— Ты не перестаешь меня удивлять, — усмехнулся в ухо. — Я же тебе ещё ничего не предложил… — и тут мне стало страшно.

— Ну я же не глупая… — медленно отхожу назад и смотрю в его глаза. Глаза блестят, но что они замышляют не понятно. — И так ясно к чему два кольца… тебе и мне… — медленно, но верно связываю слова.

— Уффф… — глубоко вздохнул, будто я не права. Взял одно кольцо, которое меньше размером. То что я думала полагается мне. — Эмили Браун, вы согласны стать моей женой? — я так и знала! Всё внутри затрепетало. Как же он любит официальность и эти торжественные речи. Мысли летят впереди паровоза. — Не просто женой, Мисс Браун… — тяжело затянул, приподнимая кольцо между нашими лицами. — - Будешь ли ты моей парой? Матерью моего наследника? Моей волчицей? — последняя фраза пробежала холодком по телу. Наверно это все из-за того, что тогда произошло? Неприятная ночь, полная страха и разочарования никак не отпустит.

— - Волчицей? — несмотря на странные ощущения неуверенности, хочу обговорить процесс моего обращения. Но как всегда начинаю разговор не с того. — А это сильно больно? — может стоило промолчать, но как всегда язык — враг мой!

— Где твое мужество, Эм?! Боишься боли? Боль это самое лучшее что когда-либо мы чувствуем. Боль закаляет наш характер, нашу выносливость. Выматывает до смерти и отпустив, дарит нам блаженство. Только прочувствовав боль, ты начнешь ценить моменты без неё! А их поверь очень много.

— Мне просто страшно, — губы дрожат, но я стараюсь держаться спокойно.

— Твой страх — твой враг. Не позволяй страху ломать твою жизнь. Ломать тебя. Разлучать с детьми. Не позволяй этому пороку рушить нашу любовь! Сейчас нас сдерживает только это чувство. Но и это не вечно! Догорит, как свеча и погаснет. И что потом у нас останется? Я ограничен, пока ты слабое существо.

— Да! Я согласна! — тут же мотнула головой, чтобы только бы он прекратил читать мне нотацию. — Только с одним условием! Чем быстрее это произойдет, тем быстрее я перестану бояться!

— Согласен, — усмехнулся и надел на мой палец кольцо.

Я надела его кольцо на его безымянный палец и тут меня удивил тот факт, что оно будто засветилось по кругу. Точно засветилась. Синим неоновым цветом. Не могу разобрать, но на нем определенно что-то написано. Хочу прищурится и прочитать, но обида распирает. Так не честно! Я не понимаю, что это такое? При каких обстоятельствах загорается? Но я чувствую себя обделенной!

— Почему мое кольцо не светится, как твое? — и его начинает гаснуть медленно и остается почти незаметный синий свет. Это словно мы в ночи видим восковые пятна, которые светятся сами по себе. Ни краска, ни фонарик, а что-то необычное. Не из нашего мира, не из простого человеческого.

— Кольцо засветится только при контакте с кожей оборотня, — пожал плечами и скинул меня с колен. — Нужно было тебе его подарить после твоего обращения…

— Сейчас!

— Что сейчас? — повернулся и укоризненно окинул взглядом.

— Обрати меня сейчас! Ты же согласился! — не знаю, что на меня нашло, но чем быстрее это произойдет, тем лучше.

— Не будь ребенком! Из-за кольца? — возмутился и вышел из кабинета.

— Нет! Это не из-за кольца! — бегу за ним. — Ты же сам согласился? — он куда-то выворачивает из коридора и мы оказываемся на кухни.

— Согласился, — мотнул головой и открыл холодильник. — Я же сказал, что ты проснешься утром уже другой.

— Ну почему не сейчас? — пытаюсь обойти его, чтоб посмотреть в глаза.