Идущий на смех (СИ) - Логинов Геннадий - Страница 69

— Если всё в порядке — 930

452

Дорогу Вам преграждает пара вооружённых мужчин в серебряных масках и чёрных плащах, целя в Вас обнажёнными шпагами.

— Если у Вас с кем-то есть старые счёты — 945

— Если Вы похотливый — 968

— Если Вы азартный — 954

— А если Вы не проигрались никому в карты, не спали с чужими жёнами и не делали никому подлостей — 951

453

— Отдай свою душу! — прозвучал замогильный голос, заставивший стража вздрогнуть и поседеть прямо у Вас на глазах. Уж он-то, гад, знал, в какую камеру Вас определить.

Отшатнувшись и потеряв равновесие, он осел и схватился за сердце, а позднее — пребывал в прострации и даже не сопротивлялся, пока Вы подобрали его факел, ключи и кованую дубинку (на всякий случай огрев его ею по голове).

Добавьте +15 пунктов Героизма!

— Откроете камеры и выпустите узников — 670

— Не станете терять время и поспешите прочь — 689

454

— Я — Валькелин, актёр из гастролирующей труппы. Ездим по городам, веселим народ христианский чем можем, чтобы в эти нелёгкие дни было хоть что-то светлое и доброе, — полушутя ответил он.

— Ну вид у тебя совершенно не светлый и не добрый, — угрюмо замечаете Вы.

— Ой, да ладно — без злодеев нет и героев. Должен же кто-то плести интриги и совершать всякие гнустости. По крайней мере — на сцене. В жизни я сама доброта, — заверил актёр. — Слушай, раз уж ты, как я погляжу, человек творческий, может быть поможешь нам в спектакле? Дело в том, что один урод, который должен сегодня играть, по всей видимости либо опять завис в кабаке, либо шляется где-то по бабам, либо играет в кости… Словом, не знаю, где он, и знать не хочу, если он не появится. А представление должно начаться уже вот совсем скоро. Ты не мог бы нам помочь? Подменишь его на время. Мы заплатим со сборов, не сомневайся.

— И как, вот так вот, без подготовки, без знания роли, без знания пьесы просто выйти и играть? — покривились Вы.

Впрочем, хватает постановок, в которых нет как такового сюжета и заранее прописанного сценария — скажем, моралите, где актёры исполняют роль пороков и добродетелей, или комедия дель арте, в которой актёры всю жизнь играют одни и те же архетипы, импровизируя по ходу дела.

— Это не потребуется. Просто выйди и импровизируй. А мы уж как-нибудь выкрутимся, — подмигивает Валькелин. Ну что ж…

— Поможете ему — 450

— Или ну его, пойдёте куда подальше — 63

455

Это заняло меньше времени, чем Вы ожидали. Забившись, будто загнанный зверь, в узкий и мрачный проход босяцкого квартала, куда порядочные люди не сунутся и за пушечный выстрел, Вы быстро собрали вокруг себя компанию неопрятных людей подозрительного вида и вкратце изложили им суть своей проблемы.

Вас спрятали и велели ждать, а позднее появился Годелот, доверенный человек Крысиного Короля, тот самый главарь оборванцев, маячивший у ворот королевского замка. Не тратя времени, он велел Вам следовать за ним.

Переходите на 13 параграф.

456

Да, было дело. А теперь — это дань истории. Не будем портить красивую историю правдой о том, что Ричард Львиное Сердце, к примеру, вырезал почти три тысячи человек (две тысячи восемьсот, если точно), отказавшихся добровольно сдать город ему и его крестоносцам.

Вы получаете +5 пунктов Вдохновения и +5 пунктов Героизма.

Сумасшедшие так и слушали бы Вас целый день, даром что песня грустная. От радости они топают, прыгают, хлопают в ладоши и издают разные звуки, членораздельные и не очень, пускают слюни и смеются.

А вот дежурным совсем не весело — несчастных психов вскоре утихомирили, а Вас, как зачинщика всего этого безобразия, временно изолировали от остальных, закрыв на засов в небольшом помещении для смутьянов и дебоширов, чтобы Вы как следует подумали о своём поведении.

Конечно, с сумасшедшего — и взятки гладки, поэтому ни у кого не поднимается рука наказать Вас всерьёз — тем более что за всё время Вы не совершали ничего дикого и жестокого, никого не избили, ничего не сломали, и пусть и не были паинькой — в целом вели себя хорошо.

Но все понимают, что Вы не настолько обезумели, чтобы совершенно не отдавать себе отчёта в своих действиях, поэтому поддаётесь воспитанию. Во всяком случае, так им хочется думать.

Переходите на параграф 464

457

— Хех! Погулять он, видите ли, вздумал. А птичьего молока тебе не хочется? — устало вздохнув, произносит дежурный.

— Ух ты! А есть?! — с блеском в глазах интересуетесь Вы. В ответ тот качает головой.

— Вот в том-то и дело, что нет. И на прогулку тебе тоже нельзя, — сурово произносит мужчина, указав Вам на место.

Странный он какой-то. Если нет молока, то зачем предлагать?

Возвращайтесь на параграф, с которого пришли, и попробуйте уговорить его в чём-нибудь другом.

458

Порасплодились тут, понимаешь! Шагу ступить некуда! Ну да ладно: в своё время кошек истребляли как пособников ведьм, в результате чего расплодились крысы, а с ними и чума — проходили, знаем.

Ладно, разобравшись с этим, Вы уверенно шагаете дальше по направлению к богатым кварталам, где живут наиболее состоятельные и влиятельные люди города, состоящие в городском совете и занимающие все ключевые посты.

Это городская аристократия, так называемый патрициат. Формально они тоже дворяне, но по факту рода городских дворян никогда не смешиваются с феодальными дворянами — это разные вещи, как вода и масло: вроде бы и то и то жидкое, и то и другое может течь и храниться в сосуде, но если их налить в один сосуд и разболтать — они всё равно не перемешаются.

Улицы здесь самые широкие и самые чистые, дома — самые опрятные, у многих есть оградка, за которой есть свои сады, огороды, беседки, хозяйство. Тут много развлечений не абы для кого-то а для высшего света (например, специальный театр, куда всяких босяков с улицы не пускают).

Тут же находятся светская школа и книгопечатня (в основном, подавляющая масса населения по-прежнему получает образование при монастырских семинариях, в монастырских скрипториях всё так же пишутся книги, но с тех пор как Гуттенберг создал книгопечатание (опять же, не без идеи, поданной монахами) — у людей появилась альтернатива в виде книг, написанных исключительно светскими авторами, и такие же преподаватели. Хотя в массе обеспеченные люди имеют своих преподавателей на дому.

Надо сказать, что эти места — самые защищённые в городе. Мало того, что здесь всегда стоит немалое количество гвардейцев — каждый патриций обязательно имеет и личную стражу (а как иначе — своё право на жизнь, власть и богатство необходимо постоянно отстаивать).

Путь проходит спокойно и, в общем-то, Вы не ожидаете никаких приключений, как вдруг кто-то хлопает Вас по плечу так, что Вы аж вздрагиваете. Нельзя так незаметно подкрадываться к людям.

Обернувшись, Вы собираетесь отчитать хама, но обнаруживаете знакомое лицо.

— Бартоломеу? — произносите Вы, смутно всматриваясь в некогда знакомые черты. Не то чтобы Вы близко общались со своим младшим двоюродным братом, но по молодости иногда виделись.

— А кого ещё ты, интересно, ожидал увидеть? Чезаре Борджиа? Кому ты ещё, хрен старый, нужен? — раздражённо ворчит он. — Я тут обошёл все улицы, узнал, что произошло. Мне сказали, что видели тебя идущим сюда.

— А зачем ты вообще меня искал? — резонно поинтересовались Вы.

Так быстро известие о том, что Вас вышвырнули с должности, долететь до него не могло, это произошло совсем недавно. Значит, он приехал сюда уже имея для этого причины. А так уж вышло, что Вы в последние годы всё реже виделись с роднёй и больше по неприятным поводам.