Идущий на смех (СИ) - Логинов Геннадий - Страница 66

Правда, и бойцы из них были — не ахти, но спустя некоторое время поглазеть на эту нелепую, но яркую потасовку собрались зеваки, а следом за ними — и гвардейцы.

Последние не стали церемониться и, надавав всем участникам хороших люлей, потащили всех (включая Вас) куда следует — 320

425

Эти ребята сдали свою смену и теперь расслабляются, проматывая жалование в кабаке, а девицы лёгкого поведения с радостью составляют им компанию. Языки заплетаются, звучат пошлые шутки и пьяный хохот.

— Что, отец, на выпивку не хватает? — заметив Ваше присутствие замечает один из гвардейцев. Сидящая у него на коленях женщина с фингалом под глазом ухмыляется, демонстрируя нехватку зубов.

— А удиви-ка нас чем-нибудь, может быть и подарим, — предлагает один из его собутыльников.

— Если владеете эквилибристикой — можете пройтись по столу на руках, ничего не опрокинув — 739

— Если умеете жонглировать — поупражняйтесь с пустыми бутылками, постаравшись ненароком не перебить их — 846

— Если Вы умеете петь — можете исполнить песню (и было бы очень хорошо, если Вы при этом сумели бы подыгрывать себе на музыкальном инструменте) — 916

Если всё глухо — возвращайтесь на параграф, с которого пришли, и обратитесь к кому-нибудь ещё.

426

— Эй, красотка, а что ты делаешь вечером? — интересуетесь Вы, подкатив к ней поближе. Может быть, Вы и годитесь ей в отцы, или даже в деды, но всё-таки Вы мужчина.

— Но-но! — кокетливо отвечает она, продолжая заниматься своими делами и ходить по кабаку с подносом и кружками, вихляя бёдрами.

— Что, в лошадку играешь? — подмигнув, острите Вы.

— Сначала — иду к лекарю, лечить гнойные нарывы на чрёслах, а потом свободна, — отвечает она, вызвав хохот многих завсегдатаев и брезгливое раздражение остальных.

— А если серьёзно? — не унимаетесь Вы, в то время как местные забулдыги уже начинают с интересом наблюдать за этой сценкой. — Что ты делаешь сегодня вечером?

— Всё!

— Кхм… Обычно говорят «ничего».

— Я строю сарай.

— Какой ещё сарай?!

— Ну как, какой? Обычный, из дерева.

— Жаль, а я хотел предложить тебе прогуляться.

— Ну, так предложи.

— Прогуляемся?

— Не могу.

— Но почему?!

— Так ведь у меня ещё сарай недостроенный!

— Ну, так давай я тебе помогу, сколотим его вместе.

— Какой же ты, всё-таки, настырный! Ну, ладно, посмотрим, какой из тебя мастер… — 917

427

Циклопических размеров собор будоражил воображение, заставляя человеческое естество трепетать и благоговеть, ощущая себя ничтожной и грешной козявочкой.

Колоссальный и величественный, он имел форму латинского креста, мраморную облицовку, внушительные барельефы со сценами из Ветхого и Нового Завета, ужасного вида горгулий, три нефа, два боковых трансепта и полукруглую апсиду.

Находившийся в самом центре города — на соборной площади, он мог вместить внутри себя всё население города, а его массивный, изящный и грандиозный купол словно бы парил над Коканью.

Даже самое распоследнее мурло, живущие одними животными инстинктами, с утра и до вечера желающее лишь жрать, выпивать, совокупляться, испражняться и ничего более, — и то проникалось каким-то особым восторгом, соединявшим в себе ужас и восхищение.

Площадь перед собором всегда была полна всевозможного люда: разномастные калеки и побирушки всех мастей, способные напугать разнообразием уродств и увечий; всевозможное ворьё, ошивавшееся везде, где случаются человеческие скопления; многочисленные торговцы и лавочники, завлекавшие кто чем горазд, расхваливая во всё горло кто грушу, кто хрюшу; монахи, собиравшие подаяния и проповедующие на площади; различные умельцы, предоставлявшие свои услуги прямо на открытом воздухе — кому нож заточить, а кому и зуб вырвать; и многие, многие другие дельцы и пройдохи всех мастей.

Конечно, были здесь и городские стражники, но, на Ваше счастье, площадь была огромной, а толпа — достаточно многочисленной, чтобы можно было в ней затеряться, даже при таком броском наряде, как на Вас.

…Впрочем, Вы здесь не для того, чтобы красоты рассматривать. Вам необходимо заручиться поддержкой и выжить. А для этого крайне желательно добраться до собора и поскорее — 348

428

— Да, я, — спокойно отвечаете Вы, присматриваясь к незнакомцу. Да, костюм неплох, но Вы носили и получше.

— Ой, здорово-то как! Послушай, выручи, будь другом. У нас тут спектакль сейчас будет, но актёр заболел, а заменить некем. Я вижу, ты человек нашей масти. Заменишь его, а? Мы поделимся, ты не думай, — заверяет тот.

— Как? Вот так вот просто, в последний момент? Я ведь ни роли не учил, ни пьесы не знаю, — разводите Вы руками.

— Ой, да ладно. Там сплошная импровизация. Просто выйди и делай что тебе вздумается, если только это будет уместно и не сорвёт представление. Разберёшься. Тебе, я вижу, не впервой. А секрет творческого дела — это естественность и достоверность, — воздев в воздух перст, заметил актёр.

— Не учи отца — и баста! — отвечаете Вы.

— Поддержите актёров — 450

— Пусть сами разбираются — 63

429

Ну, в лес — так в лес. Некоторое время команда собиралась, основательно готовясь к предстоящему походу.

Дабы не вызывать подозрений — все, включая Вас, переоделись в костюмы охотников, вооружились мушкетами, луками, рогатинами и охотничьими ножами, также прихватив с собой палатки для бивака, охотничьи сумки, топорик, котелок, верёвки, трости, фонари, фляги, сухие пайки и огниво.

Гвардейцы не уделили группе особого внимания — вряд ли им могло прийти в головы, что кучка людей, отправляющаяся в лес из города, собирается, как минимум, ограбить королевскую казну.

Вас было пятеро: собственно, Вы, Годелот (бывший шпион из сети короля Альбериха, ранее осуществлявший связь официальной и неофициальной власти), Рупрехт (рыжебородый немец-кондотьер, который плохо понимал язык этих мест, но нашёл себя в роли преступника-авантюриста), Стефан (рябой парниша, который когда-то против воли был отдан родителями в монастырь, но в итоге бежал, прихватив кое-что с собой) и Мартин (конокрад и убийца с изуродованным от шрама лицом, большую часть времени собирающий мзду «за покровительство и защиту» и наказывающий тех, кто живёт «не по понятиям»).

— Ну, отец, веди, — требует Годелот, когда «охотники» приближаются к лесу. — И смотри, не выкидывай глупости.

Остаётся только подчиниться, ведь Вы сами всё это затеяли — 440

430

Увы, но в этом мраке не видно ни зги, и даже зажённые фонари не особенно Вам помогают. Вы шли целый день, люди устали и начинают испытывать раздражение. Да уж, идти по тайному ходу в замок — намного проще и быстрее, чем искать вход через лес.

— Ну что, отец, долго там ещё? — устало торопит долговязый Стефан.

— Как только — так сразу, — уклончиво отвечаете Вы.

— Если Вы невезучий (или выдерживайте проверку) — 436

— Если нет — 432

431

К счастью, Вам всё-таки удаётся обнаружить знакомые ориентиры и подкорректировать свой путь. Кажись, пронесло. Во всяком случае сейчас. Вы уверенно идёте весь остаток дня, до тех пор, пока не начинает темнеть. А это значит, что Вам становится всё сложнее различать местность, даже несмотря на свет фонарей.

— Если Вы плохо видите (или выдерживайте проверку) — 438

— Если нет — 434

432

Ночной лес таит в себе множество опасностей, но, тем не менее, Вы по-прежнему живы. Вопрос в том — надолго ли. Где-то вдали раздаются крики совы.

Луну почти не видно из-за сомкнувшихся ветвей. Вы продолжаете вести своих уставших и раздражённых путников, которые явно начинают сомневаться в Вашей полезности, как вдруг Рупрехт останавливается и прислушивается.