Двое (СИ) - "Villano" - Страница 55

— Еще одна такая небрежность, и я своего маркшейдера в шахте закопаю, серьезно! — не на шутку разошелся он, ерзая на мне все сильнее. — Не собираюсь по его вине в тюрьме гнить!

— Давай его лучше сюда пригласим и утопим, — предложил я, укладывая Ромку на спину. — Венеция — весьма подходящий город для того, чтобы спрятать концы в воду.

— Венеция? — вытянулся на постели во весь рост лось. — При чем здесь Венеция?

— Ни при чем, — пополз по нему губами вниз я. — Просто раз уж мы здесь, то почему бы не совместить приятное с полезным?

— Приятное, говоришь? — мгновенно сменил тон Ромка и положил на мою спину руку, прогибая в талии.

Я послушно прогнулся и взял в руку его член. Лизнул конец, поддрочил и пополз губами по стволу вниз.

— Серш-ш-ш!

— М-м-м?! — отозвался я, возвращаясь обратно и беря головку в рот.

— У-у-ух!

— Хах!

— Еще, родной, глубже, пожалуйста!

— Гх-х-к! Р-р-р!

— Нет, нет, нет, ты что?! Куда?! Вернись! Я почти кончил!

— Расслабь булки, Ромка. Мои челюсти чуть не заклинило, так что теперь в дело пойдут мои пальцы.

— Правда? Тогда лад… о-о-ох!

— Для начала.

— Ох-ох-Се-ер-р-р-ш-ш-ш!

— Стой! Не смей кончать! Эх! Скорострел ты, Ромка.

— Это ты во всем виноват! Нечего было так эротично надо мной гнуться и сопеть!!! И пальцы совать…

— И из дома уезжать. И без секса тебя неделю держать.

— Меня?! Что значит: меня! А тебя?! У тебя что, был секс?!

— Ну-у-у, — протянул я задумчиво и пополз от него подальше, благо кровать была просто гигантской.

— А ну стой! Куда?! Что еще за ну?!

— Ну…

— Серж! — догнал меня Ромка.

— Бля! Отпусти мои яйца! — возмутился я, старательно храня на лице загадочную мину. Пусть поревнует, ему полезно!

— Я из них сейчас омлет сделаю! — зарычал Ромка.

— Ах так! Получи, фашист, гранату! — схватил его за жизненно-важное я. Ишь чего удумал!

— Отпусти мой член. Живо!

— Да щас-с-с! Ты первый!

— Ни. За. Что. С кем ты мне изменил? — налился грозой Ромка. Захрустел зубами.

Я поежился. Ладно, поиграли и будет. Про работу он явно уже забыл, так что пора балаган заканчивать.

— Я не изменял! Я просто переписывался. Каждый день.

— Что?! С кем, я спрашиваю?!

Ромка навалился на меня всей своей тушей, и я не выдержал: расхохотался, отпустил зажатый в моей руке член и поцеловал в губы.

— С девицей по работе, глупый.

— Ну, ты и гад, — обиделся Ромка, облегченно роняя голову мне на грудь.

— Весь в тебя, — отозвался я, потираясь о его живот членом. Хорошо ему! Он-то кончил, а я-то нет!

— Ты не успокоишься, пока я не избавлюсь от Ольги, да? — поднял голову Ромка.

— Переведи ее в Питер, завали делами так, чтобы пукнуть некогда было, да что угодно!

— Ревнуешь?

— Конечно! А ты бы не ревновал? Только что тебя посетила зверская ревность к пустому месту. Что говорить обо мне?

— Чудовище ты. Опять побил меня моими же собственными картами.

— Скотина ты. Жить без меня не можешь, а запасной аэродром все равно держишь.

— Запасной аэродром? — оторвался от целования меня Ромка. Я посмотрел на него так, что он смутился и отвел взгляд. — Серж, черт, ты же понимаешь, что парочка женщин «на всякий случай» есть у всех нормальных мужиков. Они ни к чему не обязывают, ты же понимаешь. Заботливая мамочка на случай бытовых неурядиц, вот и все.

— Тебе кроме меня никто не нужен, — решительно взял его за подбородок я.

— Конечно, но…

— Ты все еще боишься, что я тебя брошу?

Ромка пристально посмотрел мне в глаза. Тяжело вздохнул. Почесал макушку.

— Да. Боюсь больше всего на свете. Может, поэтому делаю глупости?

— Не брошу.

Ромка открыл рот, чтобы переспросить, но вовремя наткнулся на мои глаза и не стал делать глупости. Просто обнял меня так, что кости захрустели, запутал в себе и счастливо уснул, оставляя меня на страже.

01.07.15

====== 32. Врагу не сдается ======

Комментарий к 32. Врагу не сдается Осторожно) Горячо))

— Виктор Иванович, я вам что сказал? Поставить три дополнительных опоры, а вы что сделали? Точнее НЕ сделали!

Ромкин рык из прихожей я услышал аж в спальне на втором этаже. Вот же бля! Время полночь, а он только что приперся домой, да еще и подчиненных строит. Это когда-нибудь кончится или нет?

— Не надо думать! Благодаря вашей самодеятельности чуть люди не погибли, и я не собираюсь спускать все это на тормозах. Мне осточертело разгребать за вами дерьмо!

Тяжелые шаги раздались на лестнице, и я поспешил повернуть голову Ромке навстречу. Похоже, он в ярости, а это означало, что секса мне сегодня не видать. Черт побери! Я, понимаешь, не спал, готовился к жестокому разврату, а он! Все испортил. Опять.

— Еще одно слово, и я вас уволю к чертовой матери! Похуй мне на ваши прошлые заслуги. Я взял вас по рекомендации человека, которому доверял, и что в итоге? Два серьезных инцидента на объекте за полгода, недовольство персонала и отставание от графика строительства на две недели!

Ромка шагнул в двери спальни, с размаху зашвырнул папку с документами в угол и плюхнулся рядом со мной на постель. Ой-ой-ой. Я закрыл ноут, убрал его под кровать от греха подальше и заставил Ромку сесть. По ходу, придется применять крайние меры, чтобы спасти вечер.

— Виктор Иванович, вы мне угрожаете? — голосом Дарта Вейдера сказал Ромка в трубку.

И я понял, что мужик только что подписал себе смертный приговор. С Ромкой в таком настроении спорить категорически запрещается. Я подумал-подумал, принял стратегическое решение и принялся стягивать с него пиджак. Хоть помацаю, и то вперед.

— Юристы? Конечно. Они разденут вас до нитки за погубленное оборудование и срывы сроков прохода основного ствола.

Я откинул пиджак в сторону, но поймал Ромкин укоряющий взгляд, закатил глаза к потолку, прошипел:

— Зануда!

И понес пиджак в гардеробную. Чтоб ему пусто было, педант хренов! Я тут, понимаешь, добровольный доброволец, а он! Никакого уважения к моим титаническим усилиям!!!

— Дальше? Я скажу, что будет дальше! Дисциплинарная комиссия и суд, который лишит вас всех категорий и допусков!

Я вернулся к Ромке и уронил его на постель спиной. Хрен с ним, пусть ругается. В конце концов, его шикарная задница в этом не участвует, мне и ее вполне достаточно. Я наклонился и расстегнул ремень на Ромкиных брюках. Медленно вытащил его из петель и задумался. А что если…

Кованые завитушки в изголовье придали моим мыслям весьма определенное и даже слегка маньячное направление. Ромка, распятый в изголовье, будет смотреться просто великолепно! И болтать не сможет. И будет в полном моем распоряжении. В паху потяжелело.

— И что вы предлагаете? — спросил Ромка в трубку, увидел выражение моего лица, перевернулся на живот и шустро пополз прочь.

— Ха! — хмыкнул себе под нос я, любуясь картинкой, и поймал его за пояс брюк. — Тпру, лошадка!

Перевернул на спину, уселся на его бедра и принялся расстегивать пуговицы на рубашке, оставляя галстук напоследок. Вторая пуговица. Третья. Ромка сделал большие глаза и отчаянный рывок. Я свалился на постель, но успел поймать его за пояс и придавил носом к постели. Правая запонка с рукава прочь.

— Я в эти игры не играю! — рыкнул Ромка. Интересно, это он мне или мужику? — Не вздумайте предлагать мне взятку! Я вас за решетку упрячу!!!

Не мне. Вот и замечательно. Левая запонка. Рывок за Ромкины бедра. Теперь потянуть за плечо, усаживая его на колени. Прижаться сзади. Провести руками по бокам. Скользнуть по груди к пуговицам. Поцеловать-лизнуть в шею под правым ухом.

— Р-р-р! — зарычал Ромка и попытался вырваться. Ага. Конечно! — Да! Я рычу! Вы меня заебали!

Четвертая пуговица. Рукой провести по груди, коснуться торчащих сосков. Расстегнуть пуговицу на поясе брюк. Это одной рукой, а второй приласкать нехилый такой бугор в паху.

— Я виноват? Вы в своем уме?! — возмутился Ромка, отпихивая мои руки своей одной.