Лишний на земле лишних (СИ) - Смекалин Дмитрий - Страница 56

Хотя, я несправедлив. С логикой в любой религии дело обстоит плохо. Недаром первое требование - верить сердцем, а не умом.

И несправедлив вдвойне. Кумушки все-таки понимают, что, хотя "тайная" дата интервью и должна быть мне назначена, в свете последних беспорядков ее все-таки надо уточнить. В приемной гуру (есть у него такая). Что мне сделать и посоветовали.

А я им посоветовал в ответ все-таки порыться в своих запасах и принести хануманам чего-нибудь вкусного. Хотя бы сластей каких-нибудь.

- Вкусно давай! - неожиданно ментально рявкнул на них Вождь. Очень к месту, должен сказать.

Болтушек как ветром сдуло. И почти бегом вернулись, неся конфеты, засахаренные фрукты. Даже кто-то банку сгущенки принес. Много всего. Но ничему пропасть обезьяны не дали. Сущие проглоты.

Со сгущенкой и вовсе казус случился. Открытую консервным ножом банку захапал Вождь. Быстро разобрался и стал макать внутрь палец и его облизывать. В конце концов, порезался о неровно обрезанный край. Как он возмутился! Пришлось на него срочно "малое исцеление" накладывать и ментально успокаивать.

Успокоился обезьян довольно быстро. Собственно, его не сам порез и связанные с ним неприятные ощущения возмутили, а вредная ловушка для пальца. Он ее так воспринял. Того, что он сам криворукий, даже в мыслях не допускал. Но довольно быстро всех простил. Потому что добрый (по его мнению). Если я правильно его мысли понял.

Не скажу, что между обезьянами и жителями поселка с того времени пошло братание, но обнаглели эти потомки Ханумана окончательно. В поселке стали проводить почти все время, любую готовку еды проверяли на предмет поживиться самим, а фрукты в саду посреди поселения стали оставлять хозяевам только незрелые.

Некоторые даже ко мне претензии предъявлять стали:

- Вы им скажите, а то нас они не слушают! - но я стрелки на отшельника перевел. Мол, его обезьяны, с него и спрашивайте.

Плюсом (или минусом, не знаю) всей этой истории стало то, что поселенцы признали меня совсем своим. Причем поместили в довольно высокое место в иерархии их поселка. Раньше я был просто человеком, у которого достаточно денег здесь дом себе построить. Но русским. А русские даже в Бабу-Сатью как-то по-своему верят. Нет, меня не избегали, наоборот, в их небольшом мирке я был чем-то новым и интересным, но исподволь ждали какого-нибудь подвоха. И вдруг оказывается, что я чуть ли не благодатью отмечен. В общем, в их глазах я по уровню чуть ли не со священными обезьянами сравнялся. Только те грубые какие-то только жратву требуют и спасибо не говорят, а меня даже опекать (и допекать) можно без риска быть посланным.

Заботу, как не сложно догадаться, проявляли, в основном, кумушки. Дав мне на собственной шкуре почувствовать разницу менталитетов. Ни накормить, ни помочь с уборкой или иными работами никто не предлагал. Зато советов, как мне лучше деньги потратить (мои деньги, естественно), была куча. Как усовершенствовать дом и приусадебную территорию, где и какую мебель заказать, где и каких слуг нанять. Были желающие съездить со мной и помочь мне купить машину (тут больше мужчины) и одежду (очередь из кумушек).

Но, пожалуй, наиболее достающим было твердое намерение соседок подобрать мне женщину. Для здоровья и порядка. В принципе, я был с этим согласен, хотя предпочел бы в ближайшее время обойтись отношениями без обязательств, а то и вовсе услугами проституток, но свободных женщин в поселке не наблюдалось, а где здесь оказывают интим-услуги, выяснить мне не удалось. Ясно, что поблизости от моего теперешнего жилища ничего подобного нет. А ездить в Ути? Мытарно, да и ориентированы тамошние жрицы любви на обслуживание проходящих караванов. Брезгливо как-то. Вроде, с моим усовершенствованным организмом и выученными заклинаниями не должна ко мне зараза приставать, но инстинкты протестуют. А просто снять местную девочку где-нибудь в баре - нереально. Местные нравы такое не допускают. Тут молодежь даже за руку друг друга не держит, если рядом идут, а целоваться - так и вовсе табу.

Нет, кумушки предлагали мне подобрать жену из местных индианок. Точнее, выражали готовность сами все устроить. Жених я богатый по местным понятиям, к тому же белый, приравненный к высшей касте (в мирное время, как выяснилось). Дочку махараджи за меня не отдадут, да и проблем с ней куча может быть. Но ведь мы культурные люди, без кастовых предрассудков, вполне и из бедных девушка сойдет. Тем более, что все послушные, трудолюбивые и симпатичных среди них немало. И обязательств, фактически, никаких, так как и документов, подтверждающих брак, здесь оформлять не принято. Надо заплатить символический для меня выкуп, устроить для родителей и их соседей "свадебный пир" (что тоже совсем недорого, ибо никаких изысканных блюд не надо, лишь бы риса побольше). А дальше всех документов - совместная фотография в рамке.

Есть, правда, один нюанс. Замуж здесь рано принято выходить. Так что невесте будет лет двенадцать. А с учетом массового вегетарианства и общей недокормленности, выглядеть она будет лет на восемь-десять. Но на способность к исполнению супружеских обязанностей это никак повлиять не должно.

И ведь всерьез кумушки планы строили. Родню своих слуг на предмет кандидатур перебирали... В общем, встречаясь с кем-нибудь из них, стал я наигрывать "трансляцию эмоций", внушая лень и спокойствие. Чтобы планы претворять в жизнь не кинулись.

Глава 10.

День визитов

Народные волнения, конечно, отвлекли от решения основной моей задачи, но, по большому счету, стали не более чем досадной, но незначительной помехой. В своей работе со всякими неприятностями мне и раньше чуть не каждый день сталкиваться приходилось. Например, ведешь раскопки с группой студентов исторического факультета, а тут прибегает зав. экспедиции по хозчасти и радостно сообщает, что договорился с ближайшей фермой на бесплатную поставку продуктов за отработку на полях. Думаете, эта практика с отменой советской власти приказала долго жить? Разве что менее системной стала, так как сельское хозяйство совсем в упадок пришло, банально, полей на студентов стало не хватать. Так что бесплатные помидоры за их уборку - это чуть ли не шефская помощь.

Конечно, разгон разбушевавшихся граждан с колами, это не уборка помидоров, и вместо студентов обезьян привлекать пришлось, но что-то общее в происшествиях все-таки было. В смысле отвлечения от более важных дел - точно.

Но теперь, наконец, я отправился в подгорный комплекс изучать вновь открывшиеся территории. Было непривычно тихо, обезьяны в полном составе хозяйничали в поселке. Так что я сначала заглянул на этаж, где, в основном, жили эти хануманы раньше. Всего несколько комнат небольшого размера. Видимо, во времена Ушедших они тоже в качестве жилых использовались. Как бы не тех же обезьян. Впрочем, полуметровый слой отложений под ногами мог и за более короткий срок возникнуть. Убирать за собой нынешние обитатели явно не любят. Хорошо хоть корка грязи высохла и уплотнилась до состояния почти нормальной почвы.

Шел с осторожностью, светил себе под ноги фонариком. Поэтому и заметил ближе к углу одной из комнат слегка выступающее из пола что-то инородное. Выковырял это "что-то" из земли. Каменное яйцо, довольно большое и тяжелое, но до страусиного не дотягивает. Сантиметров десять-двенадцать длиной. Явно искусственного происхождения. Артефакт Ушедших? Надо бы в этих комнатах нормальные раскопки провести, только с обезьянами надо будет как-нибудь полюбовно договориться. Если просто так начну здесь хозяйничать, могут возмутиться. Даже наверняка возмутятся, если я правильно их характер понимаю.

- Ну что, Николай Алексеевич, с первой находкой тебя! - поздравил я сам себя вслух: - Пока только "подъемка", но там, глядишь, и "отрытия" будут(*).

(*Использован археологический жаргон. "Подъемка" - случайные находки археологических памятников, в основном, монет и небольших предметов, которые сами проявляются на поверхности земли после дождей, паводков, просто сильного ветра. "Отрытие" - старая шутка о том, что в археологии не бывает открытий, а только отрытия.)