Янтарь (СИ) - Соколова Ксения - Страница 22

Юкихито опоздал: Эмбер уже садилась в свой шаттл. Юки, глядя на ее походный императорский костюм, подумал, что весь ее внешний вид — это один сплошной «костюм». Рядом с императрицей неотступно шел начальник ее охраны. Юки взглянул на непростительно привлекательного гвардейца, и даже его вид вызвал у императора чувство вины: из-за слухов о личной охране императрицы Юки считал, что Хак для Эмбер не просто охранник. Не то чтобы тогда императора это так сильно беспокоило, просто очередная неприятная мысль о неприятных традициях правителей Центральной империи. Только сейчас Юки понял, что и в этом он ошибался: Хак был просто безгранично преданным охранником своей императрицы.

Шаттл взлетел и скрылся за раздвижным потолком ангара. У Юкихито образовался гандикап в пару дней, чтобы спокойно обдумать все свои дальнейшие действия.

Глава 18. Должок

В западном секторе бушевали народные возмущения. Началось все с того, что императрица Эмбер признала само существование и все печальные последствия программы Темная ночь. Сразу за этим последовала свадьба с императором Юкихито. Недовольное население активно подхватило идею издевательств со стороны имперских властей, безразличие к собственному исстрадавшемуся народу, в то время как сами власти утонули в празднествах и торжествах ради личной выгоды и себе в удовольствие. В добавок ситуацию накалила беспощадность палящего светила: система метеоконтроля, управляемая Сивиллой, решила, что для выращивания в секторе культур, не жалующих влагу, нужно по полной зарядить пекло, и совершенно не баловала поселенцев даже легким освежающим дождиком.

Эмбер не побоялась выступить на открытом митинге на главной площади небольшого сельского городка, где собрались основные массы протестующих. Император Юкихито смотрел прямую трансляцию, сидя в своем новом кабинете. Естественно, Эмбер не стала бы его слушать, да и разговаривать с ним вообще в свете их последней ссоры, поэтому по старой привычке приняла все решения самостоятельно. Хоть император и поддерживал идею личного общения с народом — при этом правитель прекращал быть абстрактным кукловодом и становился живым человеком, который вас слушает, — но Юки совершенно не представлял, что на самом деле планирует его жена.

Юкихито много раз видел записи «представлений», которые устраивали Заклинатели разума, чтобы успокоить недовольную толпу, но то, что юный император увидел сейчас, было не похоже ни на одну из известных ему сцен. Императрица стояла на деревянном помосте в каком-то далеком сельском городке, но от ее присутствия все протестующие не пали на колени, покорно склонив головы, они просто стояли и слушали. Эмбер не использовала контроль разума на толпе взволнованных сельских жителей, она просто убедила их. Обычный разговор, обычная агитационная речь, но императрица была хороша, и что немаловажно — правдива.

Юки отключил волскрин. Его разум все еще беспорядочно блуждал во тьме, но пока Эмбер в отъезде, ситуация далеко не продвинется. Он перекопал всю информацию, до которой смог дотянуться со всеми своими возможностями императора, хотя и делать это приходилось осторожно, чтобы не вызвать подозрений благоверной, но вместо желанных ответов у Юки появилось только еще больше вопросов. В результате император был убежден лишь в одном: его жена — не такой хладнокровный и жестокий тиран, какой кажется с первого взгляда. И она действительно заботится о народе ее страны, их страны.

В конце-концов, Юки решил погрузиться в собственные государственные дела — ему самому было сейчас не продохнуть от наплыва рабочих вопросов.

Императрица осталась на ночь в бывшем дворце Западных земель, который сейчас служил лишь региональным отделением единой Центральной империи. Эмбер решила убедиться, что конфликт исчерпан, и обсудить кое-какие детали с городским управляющим. Все толпы недовольных протестующих, казалось, успокоились после разговора с императрицей, и разошлись по домам. В ту ночь на городок неожиданно опустился легкий дождь, не свойственный жесткому контролю искусственного разума. Живительная влага не затронула поля, но очистила пыльные улицы и остудила раскаленные души людей освежающим спокойствием.

Эмбер вернулась в императорский дворец только к вечеру второго дня, успешно уладив все дела в Западном секторе. Юки весь день разгребал планы по новому бюджету их объединенных стран, но как только услышал, что его жена вернулась, сразу же отложил все дела. Он уже знал, что и как закончилось в Западном секторе, и у него был совсем другой, гораздо более важный разговор к императрице.

Юкихито вошел в их общий кабинет. Эмбер сидела за своим столом, на ней уже был ночной халат, но ее руки активно скользили над терминалом.

— Эмбер, — начал Юки, — с возвращением.

Но императрица даже не подняла голову на его слова. Она что-то быстро смахнула в сторону соседнего стола — рабочего стола императора.

— Я хочу видеть отчет по этим документам завтра днем, — деловым и безэмоциональным голосом сказала она.

— Эмбер, нам нужно поговорить, — спокойно, почти умоляюще начал Юки. — В прошлый раз…

— Эта тема исчерпана, — резко прервала его императрица. — Очевидно, что в данном вопросе мы с Вами не сходимся во мнениях, — непоколебимо продолжила она, — и начинать очередную ссору по этому поводу я не намерена. Исходя из сложившейся ситуации, я пересмотрела варианты наших с вами личных контактов: цель у них определенно одна — рождение наследника, посему я не вижу причины лишний раз ступать на спорную территорию. Отныне наши контакты будут осуществляться раз в месяц. И, надеюсь, Вы достаточно разумны, чтобы не поднимать очередную истерику из-за того, что это расписание будет ориентировано на меня. — Императрица свернула все текущие документы и открыла календарь. — Следующий раз жду вас по этому вопросу через 23 дня, я отправлю вам напоминание.

Юкихито лишился дара речи от такого заявления. Ее поразительная практичность и деловой подход перешли все границы. Очевидно, что Эмбер была обижена и окончательно закрылась в своей ракушке: заколотила намертво все двери и окна, перегородила проход неподъемным шкафом и вставила беруши — теперь до нее не достучаться. Но он должен был попробовать.

— Эмбер, прошу Вас, выслушайте…

— Я сказала, этот вопрос закрыт! — резко оборвала императрица и встала из-за стола. Она наконец-то подняла свой взгляд на мужа, но тут же развернулась и направилась к выходу. — Данная тема более не обсуждается. А сейчас прошу меня извинить, я за сегодня очень устала.

Императрица спешно удалилась в свою спальню и захлопнула дверь. Юки запустил пальцы в волосы и задумчиво вздохнул. Очевидно, просто поговорить не удастся, но сдаваться пока еще рано. Император последовал за своей женой и распахнул дверь в ее спальню.

Императрица сидела на кровати, закинув голову назад, опираясь затылком на сомкнутые руки. Как только Юки вошел и аккуратно закрыл за собой дверь, Эмбер устало выпрямилась и недоуменно посмотрела на мужа. Император не сказал ни слова, он спешно подошел к своей жене и присел перед ней, упираясь руками в кровать, тем самым ограничивая ее возможность подняться и в очередной раз уйти. Не дожидаясь очередных возражений и указания на дверь, он перешел сразу к делу.

— Эмбер, прошу Вас, простите, — Юки с сожалением посмотрел снизу вверх, пытаясь поймать взгляд жены. — Я был не прав. Я оскорбил Вас, унизил, я… сделал Вам больно.

Звенящий отголосок пощечины разлетелся эхом по всей спальне. Черные волосы каруселью взлетели в воздух. От импульсивного удара наотмашь у императрицы загорелась ладонь.

— Заслужил… — горько отозвался Юки, так и не решаясь вновь поднять глаза на жену.

Вместо этого император наклонился вперед и уткнулся головой в солнечное сплетение императрицы. Эмбер попыталась отстраниться, стараясь избегать с ним контакта как только могла. Она попятилась назад, упираясь в кровать руками и ногами, но в результате не удержалась и упала навзничь. Юки последовал за ней, мягко приземлившись сверху, водопад его волос опустился следом, накрывая их шелковым пологом. Эмбер была в гневе, ей хотелось кричать, вырываться, бить кулаками в его грудь. Ей хотелось вцепиться руками в его идеальные волосы и вырвать каждый волосок из его дурацкой головы.