Геном дьявола. Часть 1: Клуб "Нимостор" (СИ) - Романов Юрий - Страница 3

Край выбежал через коридор восьмого этажа к центральному залу. Постепенно он приходил к выводу, что тут, в полнейшей темноте, еще страшнее, чем на лестнице, но выбора нет, нужно найти безопасный выход.

Вася бегом добрался до центральной части и остановился, так как со стороны одной из лифтовых шахт послышался шорох, который доносился откуда-то снизу.

Край снова замер в ужасе, прислушиваясь к звуку из лифтовой шахты. Он инстинктивно принял решение бежать дальше по коридору, но не успел сделать и шага, как увидел прямо по коридору еще один скрюченный силуэт человека. Боже, они со всех сторон, что делать?!

Край нерешительно попятился назад и вдруг краем глаза заметил, как из пропасти ближайшей к нему лифтовой шахты в скудном освещении телефона показалась рука, которая ухватилась за обрыв. Затем показалась и вторая. Потом из шахты уже целиком выбрался высокий человек, одетый в черною рясу с синими полосами вдоль линии пуговиц. У пришельца из шахты были длинные черные потрепанные волосы, а так-же короткая борода и усы. Но одна подробность в его внешности привела Края в состояние истеричного страха: его лицо и веки глаз были багрово-красного цвета, а зрачки были огромными и черными. Точно так же выглядело лицо Марины в Васином кошмарном сне на крыше.

Человек с красным лицом медленно направился прямо на Васю, и уже обезумевший от ужаса подросток попятился от него назад. Но Край в темноте и в паническом состоянии не видел, что в той стороне, куда он двигался спиной, была еще одна пустая лифтовая шахта. Краснолицый вытянул руку вперед, и в этот момент Вася, потеряв от страха ориентацию в пространстве, шагнул одной ногой в пропасть шахты и тут же с обреченным криком полетел вниз.

Последнее, о чем подумал Край во время падения – это то, что лучше уж ему сейчас умереть, чем дальше переживать этот кошмар. Вася Крайновский упал на дно лифтовой шахты, и в его сознании тут же наступила пустота. Краснолицый человек в тёмной рясе смотрел без эмоций с восьмого этажа на безжизненный труп мальчика.

Глава 1

2015 год

Ранним субботним утром 25-го апреля майор полиции Алексей Васильев по пути к месту преступления в служебном микроавтобусе слушал очередной смешной рассказ своего коллеги и друга, оперативника Коли Ершова, на этот раз про случай из его армейских будней.

– Так вот, – вещал Коля. – Когда были мы на том аэродроме, там как раз в это время ревизия какая-то шла, много всяких шишек военных припёрлось, и мы были недалеко. Взлетает, значит, огроменный бомбардировщик. За взлетом внимательно смотрят эти ревизоры, и как только самолет отрывается от земли, из бомбового отсека каким-то макаром вываливается прямо на взлетную полосу здоровенная бомба! Ну прикинь, у всех сразу караул, паника, ну и у нас, само собой, очко сузилось, все разбежались кто куда, в канавах попрятались, а кто просто на землю лёг и не двигался. И только какой-то полковник с невозмутимым видом и сигаретой в зубах смотрел, как катится эта бомба в его сторону и даже не шелохнулся! Короче, бомба в итоге не взорвалась, все повскакивали на ноги, подходят к этому полкану и спрашивают его: «А вы, товарищ полковник, чего прятаться не стали, могла ведь и долбануть!» А тот с той же невозмутимой харей и бычком во рту спокойно ответил: «А херли прятаться, она же атомная».

Алексей вместе с остальными пассажирами в голос засмеялся. Коля всегда умел как следует разрядить рабочую обстановку мрачных полицейских будней. Особенно эта разрядка была актуальна сейчас: Васильев вместе с оперативной группой ехал на труп молодой девушки. Какой-то изверг ночью несколько раз пырнул ножом беззащитную девчонку и там же нарисовал её кровью странные знаки на полу. А случилось это не где-нибудь, а в Ховринской заброшенной больнице – мрачном московском недострое, о котором, как оказалось, уже несколько лет ходят разные пугающие городские легенды. Васильев как раз только что бегло прочитал в телефоне первую попавшуюся интернет-статью об этой больнице.

Хотя Алексей за годы службы в полиции, а особенно в МУРе, уже привык к разной грязи и крови, но всё равно, когда происходили подобные жуткие убийства, майору Васильеву становилось немного не по себе, в первую очередь из-за негативного воспоминания из детства, связанного с его матерью.

– А если б реально долбанула, ты бы сейчас не ржал мне тут на ухо! – посмеиваясь, поддержал Колин рассказ Васильев.

– Да ладно, у неё был ударный механизм, вот если б эта бомба вывалилась, когда самолет взлетел хотя бы на пару километров выше, тогда да, нам была бы хана, и еще паре ближайших городов до кучи.

– Вот она, русская армия! Не пиндосы, так сами себя взорвём к чертям.

– Это уж точно, – Коля повернулся к водителю микроавтобуса. – Сколько там еще ехать, Славик?

– Еще минут десять –и на месте, – спокойно ответил водитель.

– Сколько живу в Москве, а ни разу в Ховрино не был, – Ершов будто оправдывался за то, что не знал здешних улиц. – Говорят, тот еще райончик! Одна эта больничка, в которую едем, чего стоит.

– Я слышал, в этой больнице заброшенной постоянно люди пропадают, и трупы тоже часто находят, – присоединился к разговору младший опер Валера Савкин.

– Про это местные, думаю, лучше знают, – отвечал Алексей. – Я так вообще первый раз слышу об этой больнице. Вот только сейчас в Википедии статью целую нашел.

– Я в свое время тоже кое-что читал о ней в интернете, – снова вступил в беседу Коля. – В основном это были всякие детские байки о сатанистах, кровожадных бомжах, суицидниках и прочая бредятина. Ничего путного, похожего на правду я так и не увидел. В одном я не сомневаюсь, малолетки по своей же дурости сами себя там калечат. Там же повсюду провалы и полы на соплях держатся! Бегают везде, под ноги не смотрят, а потом либо в гробу, либо инвалиды на всю жизнь.

– И, тем не менее, наша жутковатая мокруха сейчас произошла именно там, – с серьёзным видом ответил ему Валера.

Васильев был мысленно согласен с Савкиным: девочку убили именно там, в заброшенной больнице, хотя само здание, насколько знал из первых подробностей Алексей, уже несколько лет охраняется ЧОПовцами, а вокруг установлен забор с колючей проволокой. Тем не менее, это ничуть не помешало душегубу совершить зверство с молодой девушкой на территории таинственной заброшки.

Алексей надеялся на шанс найти убийцу по горячим следам. Васильев знал, что большинство преступлений раскрывалось в короткие сроки, в течение одного-двух дней. Если же прошло больше времени, то расследование очень сильно затягивается, а то и вовсе имеет все шансы стать безнадежным глухарём.

– О, кажись, подъезжаем, – прервал мысли майора Коля.

Васильев, сидя спиной к водителю, глянул налево, куда смотрел Ершов.

Сейчас они ехали по Клинской улице. Через окно микроавтобуса был виден сетчатый забор с колючей проволокой, а за ним сквозь заросли голых деревьев просматривались мрачные и массивные очертания одного из самых известных заброшенных зданий Москвы – Ховринской больницы. Своим видом оно действительно навевало некое чувство внутренней необъяснимой тревоги, ну просто идеальная декорация к любому фильму ужасов!

Стояла середина весны, солнце сегодня было довольно яркое, но даже при таком освещении здание выглядело жутковато, а уж вечером или в пасмурную погоду оно смотрелось, скорее всего, настолько мрачно, что даже проходить мимо было некомфортно. И как тут еще люди живут? Такой зловещий вид из окна едва ли может настроить на позитивный лад. Хотя Алексей прекрасно знал, что человек способен привыкнуть к чему угодно, так что такой вид для местных – это уже привычная повседневная обыденность.

Через минуту они повернули направо, на Клинский проезд. Видимо, где-то тут и был вход на территорию больницы.

– Етить-колотить! Я и не думал, что она такая огромная, – удивленно сказал Ершов, внимательно рассматривая здание через окно.

– Да, здоровая махина. Чтоб её обойти целиком, и суток, скорее всего, не хватит, – задумчиво ответил Алексей.