Восемь секунд удачи - Каменистый Артем - Страница 57

Пришлось брать в руки лук и наконец, использовать одну из закрепленных на нем стрел. Попал в район солнечного сплетения, что вряд ли привело к смерти, зато яд наконечника, попав в кровь, парализовал тварь.

Еще спустя полдесятка убийств израсходовал вторую бронебойную стрелу. На этот раз в явного топтуна, его прыгающую походку ни с чем не перепутаешь.

Если и дальше будут появляться зараженные такого уровня, Читеру придется с ними разбираться при помощи пистолета. Или пытаться пробивать крепкие шкуры обычными стрелами.

Которых, к слову, осталось всего лишь три.

Читер сидел на балке, свесив ноги вниз и с тоской смотрел на зараженных. Те, задрав головы, занимались тем же самым, только смотрели, разумеется, не друг на дружку. Ситуация напоминала недавнюю, когда мертвяки загнали его на крышу трансформаторной будки, разве что сейчас урчащих уродцев несопоставимо больше. Он насчитал тридцать четыре твари, но не был уверен в истинности этой цифры. Урчащие уроды то и дело перемещались и почти не отличались друг от дружки: морды в разной степени оплывшие, волосы всколоченные, одежда растрепанная и грязная. Разве что по половой принадлежности в большинстве случаев можно заметить разницу, но этого маловато для того, чтобы идентифицировать каждого, не учтя второй, а то и третий раз.

Почему Читер сидит, морозя копчик на металле, а зараженные только любуются им, но не лезут, как прежде, познакомиться поближе? Известно, почему – тех, которые умели карабкаться без лестницы, он или прикончил, или оставил валяться внизу, парализованными. Оставшиеся твари не могли атаковать, вот и пришлось перейти к тактике осады.

И черт побери, эта тактика скоро принесет им победу. Зараженным помогают три фактора. Первый, это то, что заправка располагается возле широкой дороги, а дороги, как известно, используют не только люди. Уже две пары бегунов успели присоединиться к стае, примчавшись, при виде такого оживления. Вряд ли они отставшие, скорее всего, шли мимо по своим делам, увидели перспективное движение, или услышали урчание соплеменников.

Рано или поздно мимо пройдет один или несколько серьезных мертвяков, а дело совсем дрянь. У Читера не осталось стрел, в пистолете последний магазин, заполненный наполовину, еще есть топорик, два ножа и граната, которую дважды мог сплавить Юрте, но почему-то упорно оставлял при себе.

Серьезный бой с таким арсеналом не потянуть. Даже если не появятся опасные твари, свою роль сыграют два оставшиеся фактора. С первым все предельно просто, – со временем Читер свалится от голода, жажды и невозможности выспаться, как следует, на узкой балке. Второй связан с ядом на стрелах, ведь он действует не вечно. Пораженные монстры вскоре начнут приходить в себя, а там, восстановившись, опять захотят побывать наверху. Если с бегунами еще можно совладать топориком, лотерейщики – другое дело. Полезут поодиночке, шанс есть, а в случае одновременной атаки, без вариантов.

Никак не успеть отбиться от нескольких созданий, способных запрыгивать на такую высоту.

Некоторые из обездвиженных разлеглись удобно, подставив уязвимые точки. Читер старался их контролировать, чтобы при малейших признаках активности пустить в дело пистолет. Но пока с этим не торопился, стремился беречь патроны до последнего. Он здесь уже пошумел, что привлекло зараженных с окрестностей, но дальше вел себя тихо уже больше часа. Если твари, мчавшиеся на шумиху, потеряли направление, новой пальбой он им его укажет.

А ему и тех, которые снизу таращатся, более чем хватает.

Так и сяк продумывая ситуацию, он не торопился принимать решение, опасаясь, что, ввиду устроенной Системой умственной ограниченности, вновь наломает дров. Потому и потратил столько времени, попусту посматривая на урчащее "осадное войско".

Да что тут думать? Время шло, а идеальное решение так и не приходило в голову. Зато назрело понимание простого факта – медлить больше нельзя. До сих пор ему феерически везло, раз он до сих пор жив, но если на дороге покажется новая стая, или хотя бы одиночка, уровнем повыше топтуна, о каких-либо шансах на спасение придется забыть.

Значит, придется действовать. А здесь Читер нашел два варианта: в первом надо спуститься прямиком в толпу мертвяков (что несказанно их обрадует); во втором использовался альтернативный путь, в обход урчащей оравы.

Но с этим путем все непросто. С виду нет ничего запредельного, всего-то и надо, разогнаться по одной из балок и прыгнуть метра на три, приземлившись на крышу автозаправки. Ее, в отличии от навеса над колонками, уже довели до ума, "нарастив мясо на скелет".

Но вот насколько нарастили? Выдержит ли крыша вес Читера, усугубленный инерцией разбега и последующего полета? Если нет, он рискует провалиться вниз, в зал обслуживания клиентов. Там сейчас ничего нет, лишь строительный хлам и сплошные недоделки. Если при падении ничего не повредит, возможно, успеет вскочить и выскочить в пустой оконный проем до того, как подоспеют урчащие товарищи.

Если нет, надолго его мучения не затянутся.

Решившись, поднялся, проверил, надежно ли закреплен за спиной драгоценный лук. Встал на самое начало балки, скосил взгляд вниз, сплюнул, напоследок, в одну из самых омерзительных рож. А потом уверенно помчался по узкой балке, набирая разбег.

И при этом, почему-то, вспомнил начальный период этой, да и прочих жизней. Когда, временами, доходило до того, что даже ходьба с обычной скоростью вызывала те еще страдания. А теперь он даже не помнит, что у него в последний раз болело: правое колено, левое, или сразу оба. Хоть за одно можно Систему похвалить, лечит она первоклассно.

Однако и калечить мастерица...

Оттолкнуться, короткий полет и вот он – миг истины. Ноги ударили по крыше, сердце чуть не сбежало, почуяв, как под ногами пружинит, или даже поддается, не такая уж серьезная поверхность. Но тело продолжает действовать, ступни отталкиваются, уносят из точки приземления.

Прекрасно, Читер не провалился. Нет, это даже просто здорово, хлипкая на вид крыша держалась прекрасно. Но радоваться некогда, надо двигаться так, будто за тобой все демоны ада гонятся.

Что, вообще-то, чертовски близко к истине. Мертвяки не могли прозевать акробатическое выступление загнанной добычи, они уже мчатся следом. Вот только на их пути пусть и недостроенное здание, но все же преграда. Им придется обойти его слева и справа.

Читеру же, ничего не нужно: домчался до другого края, бросил сверху короткий оценивающий взгляд, прыгнул на облюбованное место. Высота приличная, колено, будто мстя за воспоминание о недавней немощи, кольнуло болью при ударе о вытоптанную землю. Но обошлось или, вообще, без травм, или без серьезных травм, дальше побежал, не замедлившись.

А за спиной урчали в десятки глоток.

В боку покалывало, сердце стучало так, что вот-вот, и ребра начнут трещать под его напором. Слюна во рту загустела до такого состояния, что хоть ножом режь, ноги требовали немедленно остановиться и дать им продолжительный отдых.

Ничего, потерпят. Как терпели все последние полчаса.

Да уж, наверное, Читер никогда в жизни так не бегал.

Промчался через узкую полосу кустарника, разделявшего два поля. На следующем зеленели кочаны молодой капусты. Это чуть обрадовало, ведь улепетывать по ним куда легче, чем по густой пшенице. Прибавил ходу, хотя секунду назад это казалось невозможным. Нестерпимо хотелось обернуться, но он стоически терпел, напрягая всю без остатка силу воли. Дал себе зарок досчитать до трехсот, значит, досчитает, и только потом позволит себе взглянуть назад.

Двести девяносто восемь, двести девяносто девять...

Все, можно.

Сбавив скорость, обернулся. Ближайший мертвяк несся шагах в пятидесяти, от него чуть отставал еще один, а вот до остальных уже приличный отрыв получался, быстро они не подоспеют.